Наступила пауза, во время которой Конни надеялась, что получит честный ответ. Но этот момент миновал, и она поняла еще до того, как секретарша заговорила, что та не скажет правды.
— Весьма сожалею, мисс Майерс, что так получилось. День был тяжелый, что, конечно, не оправдывает меня. Я была груба, и извиняюсь еще раз. Пожалуйста, не беспокойтесь, я передам ваше послание мистеру Кампари, как только он освободится. Не сомневаюсь, он будет ждать вашего звонка сегодня вечером в половине десятого.
— К идеальной секретарше вернулась ее выдержка, — прошептала Конни. — Если вы когда-нибудь пожелаете сменить работу, Алиса, приходите ко мне — уверена, что смогу подыскать для вас хорошее место. С другой стороны, если вы решитесь искренне ответить на мой предыдущий вопрос, позвоните мне — я действительно хочу знать этот ответ.
Она положила трубку, чувствуя обиду, хотя ей нечасто приходилось встречаться с Алисой и, в общем-то, было наплевать, что эта женщина невзлюбила ее.
Посещение Рудольфа в клинике не помогло развеять ее растущее уныние. Несмотря на предупреждение Ким, она не ожидала увидеть энергичного босса таким больным.
— Чувствую я себя не так ужасно, как выгляжу, — заверил ее Рудольф с намеком на былой юмор. — Вот тебе бесплатный совет, детка: будь умной и держись подальше от больниц. В этих заведениях тебя так тыкают и мнут, что даже крепкому мужику впору обращаться в похоронное бюро.
Конни рассмеялась. Однако Рудольф отнюдь не выглядел крепким. Его тело, окруженное всевозможными аппаратами и опутанное трубками и капельницами, казалось совсем хилым. Неудивительно, что Ким готова принять столь крутые меры, как свидание с Недом, лишь бы поднять ему настроение.
Конни попыталась развлечь его забавными перипетиями минувшего рабочего дня, но поняла, что он не слушает ее. Только когда появилась Аннет с бутылкой дорогого шотландского виски, он немного оживился.
— Вот, что ждет вашей выписки отсюда. — Она соблазняюще помотала бутылкой перед его носом. — Ким подбросит вас ко мне домой, а я приготовлю обед с низким содержанием жиров, но настолько вкусный, что вам покажется, будто он состоит из сплошного холестерина.
— Я приеду сам, — отпарировал он.
— Нет, если желаете отведать мою стряпню, — спокойно возразила Аннет. — Тем более, если захотите дерябнуть капельку этого виски.
Рудольф запротестовал, и Конни с облегчением заметила, что его щеки слегка порозовели и он уже не казался апатичным.
И все же неприятно было видеть вечно кипучего босса таким больным, так что клинику она покинула совершенно подавленная.
Истощение также не способствует повышению настроения, решила она, войдя на неслушающихся ногах в квартиру и соображая, хватит ли ей сил приготовить чашку бульона. Она не ощущала голода, но, вероятно, ей следовало подкрепиться. Она припомнила, что, кроме апельсина утром и печенья, принесенного в начале вечера Шоном, она ничего не ела целый день.
В конце концов она вскипятила чай и поджарила кусок пшеничного хлеба — все же меньше возни, чем с открыванием банки с супом. Ей еще нужно было позвонить Эду, и ее руки нервно подрагивали перед предстоящим разговором. За две короткие недели ее отношения с ним утратили легкость и беззаботность, и она докатилась до того, что должна собираться с духом, чтобы набрать его номер. Как, черт побери, дошли мы до жизни такой, в замешательстве думала Конни.
Промедление ничего не даст. Сделав пару глубоких вдохов, она взяла трубку и набрала дрожащими пальцами номер Эдварда.
Он ответил после первого же звонка, его голос прозвучал очень устало:
— Алло?
— Это Конни.
Прежде чем он ответил, возникла очень короткая пауза, но она ее заметила.
— Ах да, Алиса сказала мне, что ты можешь позвонить.
Его голос остался вялым, то ли скучным, то ли усталым. Она заговорила быстро, борясь с желанием расплакаться.
— Рудди попал в больницу. У него случился сердечный приступ, и его оставили для обследования.
— Сочувствую. Рудольф всегда был отличным парнем. На тебя, наверно, навалилась уйма дополнительной работы?
— Еще сколько.
— Передай, пожалуйста, Рудольфу мои наилучшие пожелания, когда увидишься с ним.
Это ужасно, подумала Конни в совершенном отчаянии. Они вели вежливую беседу только потому, что ни один из них не находил предлога, чтобы положить трубку. Она откашлялась.
— Алиса объяснила мне, как ты занят, так что я не задержу тебя надолго, Эд. Это чисто деловой звонок. Относительно поиска невесты для тебя.
Последовала еще одна, уже более длительная пауза, пока он наконец не произнес:
— Да?
— Дочь Рудди хотела бы встретиться с тобой, хотя и не собирается выходить замуж. Ее зовут Ким, она очень молода, ей только двадцать два…
— Я по горло увяз в деле Бригеля, и у меня нет времени… — Он оборвал фразу, потом продолжил: — Если Ким не интересует замужество, тогда почему, Бога ради, она хочет встретиться со мной?
— Ее отец хочет видеть ее замужней и остепенившейся, — объяснила Конни. — Она готова ублажить его, раз он в больнице. Нед, я пойму, если ты не пожелаешь встретиться с ней.
Конни решила, что разговор на этом и закончится. К ее изумлению, Эдвард явно заинтересовался, ибо спросил:
— Ты уверена, что ее не интересует замужество?
— Насколько я знаю, она полна решимости отправиться в Африку после Нового года. Она убеждена, что никто в целом свете не интересуется больше нее жизненным циклом мухи цеце. Если спросить ее о сонной болезни, личинках и других не менее очаровательных вещах, она будет безостановочно говорить часами.
— Мы могли бы составить идеальную пару. — В голосе Эдварда проскользнула обычная насмешливость. — Я могу бубнить и бубнить о показаниях свидетелей и судебных делах, пока Ким тараторит о своих насекомых. Тем временем Рудольф будет счастлив, оттого что его дочь встречается с солидным человеком.
— Ты хочешь сказать, что готов встретиться с ней?
— Почему бы и нет? Мы можем сходить в кино или заняться еще чем-то столь же безобидным. Ей необходимо проводить хотя бы пару часов вне клиники, а мне нужно отвлечься от дел Бригеля.
— Ну, если так, я завтра же позвоню ей.
— Почему ты не дашь мне ее телефон? Я могу позвонить ей сам. Поскольку дело неофициальное, а я уже знаком с ее отцом, мы могли бы несколько отклониться от этикета, как ты думаешь? Так мы с Ким сами сможем договориться о встрече без тебя в качестве посредника. Ты занята и могла бы сэкономить время.
Конни понимала, что Ким вряд ли будет возражать против прямого звонка, а Руд будет в восторге от столь стремительного развития событий. Она продиктовала Эдварду номер домашнего телефона Дорманов, пытаясь одновременно сообразить, почему в ней все застыло тугим холодным узлом тревоги. Нед ведет себя совершенно не свойственным ему образом. Он хочет заполучить жену, так чего же тогда он собирается пригласить в кино не желающую выходить замуж Ким?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
