А как он ставил задачи? О! В такие моменты да Винчи казалось, что он уже прекрасно представляет себе то, что ему нужно и как это станет работать. Им же он поручал это разработать. Чтобы учились. Словно они молодые подмастерья, изучающие новое дело под надзором и наставлением Великого мастера.
[1] Стоимость перевозки товаров на лодке по реке в десятки раз ниже, чем караваном верблюдов по пустынным землям. Из-за чего путь по Каспию с Волгой с переволокой и далее в Балтику выходил заметно дешевле, чем в несколько раз более короткий путь по пустыне. И как бы не быстрее.
[2] Если пороха на полке слишком много, то пауза между инициацией и выстрелом может быть слишком большей. Если мало — выстрел может не произойти, так как огонь не попадет в затравочное отверстие. Поэтому размер полки подобрали после экспериментов. И пороха на нее требовалось сыпать «с горкой», чтобы лишний сбрасывался, а на полке его оказывалось столько, сколько нужно.
Часть 2. Глава 4
Глава 4
1481 год, 21 августа, Нанси
- Давно не виделись… — улыбнувшись, произнес Карл Смелый.
- Давненько, — с таким же довольным выражением лица, произнес Фридрих III Габсбург Император Священной Римской Империи. — А ты все такой же…
- Мы не меняемся.
- Ты получил Шампань. Зачем пришел в Лотарингию? Успокоился бы уже. Все равно дело закончится также, как и началось.
- Я не люблю незаконченных дел.
- И главным твоим неоконченным делом, я полагаю, является желание сложить голову в бою?
- Язвишь? — скривился Карл.
- Это лучшее, на что ты можешь рассчитывать. Предлагаешь приказать тебя вздернуть как самозванца? Или как мне трактовать твое провозглашение себя королем Бургундии?
- Верни мне титул, и я уйду из Лотарингии, оставив ее тебе.
- Вернуть? Тебе не кажется, что глупо возвращать тебе то, что никогда не принадлежало ни тебе, ни твоим предкам? А? Капетинг?
- Это мое по праву!
- По какому праву?
- По праву владения! Я и мои предки владеют Бургундией.
- Интересно. И по какому праву вы заняли чужую землю? Неужели, как цыгане, прикочевали? — едва сдерживая улыбку поинтересовался Фридрих.
- Ясно… — холодно процедил Карл. — По-хорошему ты не хочешь.
- Не хочу.
- И тебе не жалко жизней твоих воинов? Недаром говорят, что ты бездушный кровопийца.
- У меня, хотя бы воины. Или ты боишься за своих крестьян? А? Узурпатор?
Весь дальнейший их разговор сводился к ругани на постоянно повышающихся тонах. Но лаять лаяли, а вот кусать — ни-ни. Ругались они вдумчиво и со вкусом, наращивая обороты. А потом разъехались, ибо их устная баталия ни привела ни к каким результатам и разочаровала их.
В целом ситуация с юридической точки зрения была достаточно неоднозначной. С одной стороны, Фридрих Габсбург честь по чести унаследовал титул короля Бургундии, но никогда не владел этой державой. То есть, был титулярным королем. С другой стороны, Карл, являясь фактическим правителем Бургундии, не был королем это страны, и никто из Капетингов этот титул никогда не носили. Ибо эти земли вошли в состав Франции как герцогство.
Так что у каждого из них были права. Но у каждого они были очень условными. Не фиктивными. Нет. Просто однозначно правой стороны не имелось. Поэтому Карл и затеял войну. Лотарингия ему теперь была не нужна, после обретения Шампани. Но никак иначе вынудить Фридриха выступить на войну и окончательно разрешить это противоречие он не мог…
Самопровозглашенный король Бургундии не стремился нападать. Опыт битвы при Париже был еще свеж. Да это ему в сложившейся диспозиции и не требовалось. Это Фридрих хотел снять осаду с Нанси, а не наоборот. Так что он расположился с комфортом на своих позициях и принялся ждать.
Фридрих тоже.
Наступать ему не сильно-то и хотелось. После новостей о том, что Карл разгромил французские войска какой-то там пехотой из вчерашних крестьян. Пехотой, удивительно похожих на русских. А связываться с ними он не имел ни малейшего желания.
Его, конечно, убеждали в том, что это все фигня. И это не русские. Да и откуда им здесь взяться? Просто Карл нарядил своих крестьян под них. Чтобы пугать прохожих. Однако Фридрих медлил в нерешительности. Потому что если его советники ошибаются и это действительно русские, то его может ждать очень тяжелое и опасное поражение.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Но кому-то все равно нужно было наступать.
Поэтому помедлив пару часов, Император Священной Римской Империи отдал приказ о наступлении. Но не всеми силами, а лишь швейцарским баталиям, каковых он нанял для этой кампании богато. Сразу тысяч двадцать.
У тех вид знакомых силуэтов тоже радости особенной не вызвал. Свежа была еще память битвы при Риге, когда их баталии оказались уничтожены практически полностью. Да, там был другой цвет гербовой накидки и восставшего льва на ней. Однако тревожности это добавляло немало. Впрочем, контракт есть контракт. И они пусть и неохотно, но выступили вперед. Тремя колоннами, расположенными не одна за другой, а во фронт. Чтобы минимизировать урон от возможного огня артиллерии.
И он последовал. Ведь орудия никто не скрывал. Многочисленные орудия, которых король Бургундии выставил более пары сотен во фронт… К тому же инструкторы, прибывшие к Карлу от Иоанна, сумели мало-мальски привести в порядок его парк. И даже привнести новую технологию — картузное заряжание. Очень надо сказать прогрессивный метод, который все эти пестрые кулеврины да серпентины смог очень серьезно «апнуть», то есть, поднять боевые характеристики в плане скорострельности. Несмотря ни на что. Из-за чего даже самые убогие и тяжелые «стволы» полевой артиллерии Бургундии умудрялись давать по выстрелу раз в две-три минуты. Легкие же орудия работали куда шустрее.
До уровня королевских войск Руси им было, конечно, далеко. Однако даже этот успех выглядел впечатляющим результатом. Практически сказкой в глазах местных. Тем более, что умеренный темп стрельбы привел к интересному эффекту — артиллерия Бургундии не перегревалась. Из-за чего смогла вести обстрел неприятеля непрерывно все то время, что он находился в зоне ее поражения.
- Не устоят… ей Богу не устоят… — мельтешил Карл, не находя себе места. Он наблюдал за боем совсем недалеко от зоны предстоящей свалки и видел все неплохо.
Швейцарцы перли вперед. Перли, невзирая на потери.
Невооруженным взглядом было видно, как ядра проламывали целые просеки в плотных атакующих колоннах. Создавая своего рода волны крови и воли, от которых в разные стороны летели не только жутковатые брызги, но и фрагменты тел.
Однако швисы шли. Смыкали ряды и шли. Даже, казалось, набирая скорость.
Сто шагов до позиций бургундской пехоты.
Восемьдесят.
И тут практически весь фронт как по мановению волшебной палочки окутался пороховыми дымами. А до Карла донесся звук какой-то гулкой трескотни.
Это аркебузиры открыли огонь. Но не из новых длинноствольных московских аркебуз, а из старых. Они и били поближе, и стреляли слабее. Однако — это все одно — были аркебузы, причем хорошей выделки. И они слизнули как корова языком первые пару рядов швейцарцев.
И это стало финишем.
Гордые швейцарские вояки, не знавшие поражений до столкновения с русской пехотой, дрогнули. Они тупо не выдержали. Рассказы ведь о битве при Вильно среди них ходили… и ходили много. К лету 1481 года в вольных кантонах, наверное, каждый уже мог рассказать ту печальную историю о героическом сражении и гибели славных воинов-соотечественников.
А тут — тоже самое.
Ну вот буквально один в один. И они не выдержали. Дрогнули. Побежали. Оставив, впрочем, на поле боя порядка четверти личного состава. Но побежали.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Серьезно? — удивленно спросил Карл непонятно кого, когда увидел результат атаки неприятеля.
- Видишь, я же говорил, — заметил герцог Шампани и по совместительству его единокровный брат — Антуан, улыбаясь при этом во все тридцать два зубы и сияя словно начищенная золотая монета…
