можно и гульнуть. Ладно, я пойду, поболтаю с ребятами, ты со мной? — Встал с места Рик.
— Не, я пока тут посижу. — Выпустил я клубы дыма в потолок ПАЗика.
Рик же, быстро посеменил по салону и сел рядом с демоном, что был в зелёном кителе, возле которого сгрудилось большая часть нашего отряда. А сам провожатый, что был при погонах прапорщика, достал из-под ног ящик водки и задорно потёр руки.
Я же повернул голову к окну и стал размышлять, покуривая папиросу.
Мои мысли крутились вокруг моей, так сказать, коронации, и лишения меня пути Архонт. За эти дни мне вообще было некогда об этом думать, и вот сейчас эти мысли вновь вылезли с подсознания.
Я получил титул и прошёл какое-то испытание. Но, как и где, я не мог понять. К тому же теперь было ни ясно, как прокачивать свои навыки до следующего уровня и был ли этот уровень вообще?
Может, когда меня посвятили в монархи, цепочка развития прервалась, но тогда в свитках бы ни писали, что я встал на новый путь. Да, как писалась в последнем свитке, оставалось совсем мало времени и может сегодня ночью, я узнаю, что это за коронация и с чем её едят.
Прошло более трёх часов, как мы ехали по нескончаемым улицам и дорогам, этот город и вправду был бесконечным, но строения начинали меняться на более ранние постройки. Теперь тут мелькали старинные храмы и дворцы, одноэтажные домики и серые сталинки. Где-то и вовсе были целые улицы бараков и античных построек, уходящие далеко за горизонт.
— Ох, — Сел ко мне опять Рик. — Нам ещё ехать до хрена, а мы ещё даже к лесам патриархов не доехали.
— К чему? — Оторвался я от окна.
— Ох, я всё забываю, что ты первичный. Хотя по тебе и не скажешь. — Растянулся на сидении мой напарник.
Астарта, придумывая мне легенду, записала меня как «Первичный». Это значило, что я, умерев, сразу обратился в демона, миновав всю бюрократию и возможность спасти свою душу.
В аду было не принято спрашивать, за какие такие заслуги ты сюда угодил или про вообще земную жизнь. Это было связано с тем, что тут обязательно найдутся те, кто захочет свести с тобой счёты и обнулить тебя к чертям собачьем, а это было самое страшное как для демонов, так и для обычных жильцов.
Зато здесь оставили расовую и государственную привязку, дабы противоречия разных народов постоянно бурлили и выливались в войны и прочие безобразия.
Вот и получалось, что Астарта за такой короткий срок всё очень хорошо продумала и привела в действие.
— Так что за леса такие? — Смотрел я на напарника.
— В этой части города, как и в других удалённых его частях, есть как бы отдельные территории, что не заселены и становится чем-то вроде загорода с лесами полями и всякими горами и даже подобием моря. Эти районы считаются ничейной зоной и зовутся лесами патриархов или горами патриархов. Ну, типа все они в равных правах на эти места и, никто из них не имеет права на них. Не бери в голову, — отмахнулся Рик. — Вот лучше слушай, что прапор тут наболтал.
Я посмотрел на мужика в зелёном мундире, который вовсю чистил варёные яйца и разливал по гранёным стаканам водку.
— И что он рассказал? — Потянулся я всем телом.
Рик закинул ноги на соседнее сидение и, чуть ли не лёжа заговорил:
— Короче, прапор рассказал, что мы не просто будем усиливать стражу цитадели, а ещё после истечения нашего пребывания в казематах будем конвоировать заключённых на суд. И я надеюсь, что нам достанется какой ни то тихий зэк. Хотя ребята говорят, что мы осуществляем охрану прислужников павшего дома Гаапа, а это пахнет керосином в руках святой инквизиции.
Рик, всё болтал и болтал, словно базарная бабка, а я слушал своего напарника и дивился новой информации.
Конечно, он нёс много слухов и недостоверных данных, но и полезная инфа здесь также промелькивала. А когда прапорщик уже в сильном подпитии позвал нас пить, мой напарник ускакал хлестать водяру, а я, отказавшись, остался вовсе один, сидеть в дальней части автобуса, закуривая папиросу.
Пейзаж менялся на загородный, и мы поехали словно по просёлочным дорогам, когда солнце уже клонилось к закату. За те две редкие остановки, для справления нужды, и закупки горячительного для нашего сопровождающего, мы больше напоминали призывников, которые ехали в часть, ещё не приняв присягу, чем отряд конвоя, для лютых врагов великих князей ада.
Я смотрел в окно и выпускал дым, размышляя над тем, как я спокойно стал реагировать на всё, что творилось вокруг.
Раньше для меня поход в школу или университет без Антона вызывал жуткий дискомфорт и лёгкую панику, а мысли об армии и вовсе трепет, и паническую атаку. Но сейчас я сам стал частью армии Астарота, и спокойно еду выполнять приказ в обществе уже бухих сослуживцев, которые куда страшнее студентов первокурсников или уличной шпаны.
Я менялся и, оглядываясь назад, понимал, что я прежний кончился с ударом ножа и депортации меня в ад. Теперь те страхи и переживания, были такой лажей, что хотелось смеяться.
Нет, конечно, я был всё тем же парнем, но уже свободным от былых предрассудков и страхов. А может, ещё роль играло, то, что я теперь был на пятьдесят пять процентов демоном.
Стряхнув пепел прямо себе под ноги, я смотрел, как мы въехали на лесную дорогу.
— Влад, пошли к нам, — сел рядом со мной Рик. — А то ты сидишь тут словно святоша, и окно подпираешь.
— Ладно, пошли. — Улыбнулся я уже совсем бухому напарнику.
— Мужики, штрафной стакан! На-Ле-Вай! — Заорал на весь салон Рик.
Дружный одобрительный рёв пьяных сослуживцев был нам ответом, а мы, встав с сидения, пошли в начало салона, где мне всучили стакан до краёв налитый водкой.
Так началось моё врастание в коллектив нашего отряда. Кто-то достал гитару, и запел армейские песни про Афган и Сталинград. И выяснилось, что весь отряд состоял из славян. Даже комбат был белорусом, с русскими корнями.
— Да мужики, занесло вас, — ели выговаривал слова наш провожатый. — Самих генералов армии Гаапа охранять придётся.
Я, будучи уже в бухущем состоянии, сидя в обществе таких же бухих вояк, произнёс:
— А что их под стражей-то держат? Я думал, тут вообще тюрем нет, это ж ад.
Все удивлённо посмотрели на меня, от чего я почувствовал себя тупым бараном.
— Ребят он первичный. — Махнул рукой, уже чуть не спящий
