Кто-то из солдат окликнул новую армию Алкида.
— Стрелять на поражение, — приказал Алкид, утягивая Фрикса за спины других беженцев.
Раздался гром автоматной очереди. Они вдвоём пригнулись, не переставая двигаться прочь от здания в сторону снежной гряды. Как он собирается выбраться отсюда? Нас же пристрелят.
Ответные выстрелы раздались спустя небольшой промежуток времени, к этому моменту Алкид дотащил Фрикса уже до самого холма, поэтому он не видел, что происходило.
— Придётся покататься с горки, — шепнул Алкид, и столкнул его кубарем вниз.
Земля и небо слились в единое месиво. Дважды Фрикс ударялся о камни или замёрзшие глыбы, пока в конце концов не оказался у подножья холма. Дальше начинался небольшой пролесок, слишком голый, чтобы в нём можно было как следует укрыться от погони. Снег здесь был глубже, нетронутый и рыхлый. Быстро уйти не получится, зато машины не проедут.
— Сюда! Уходим! — донёсся до Фрикса голос Алкида и через мгновение тот тоже слетел с холма.
Выстрелы и лай собак стали ближе. На вершине холма появились новые силуэты, еще через секунду весь отряд Алкида оказался внизу.
— Бежим. Держать задний фланг, стрелять, не отставать, — приказал Алкид, вновь забросив руку Фрикса себе на шею и что силы потащил вперёд.
Ноги заплетались, проваливаясь в глубокий снег. Позади доносились звуки стрельбы и собачий лай. Алкид то и дело петлял. Может, надеялся, что в темноте их следы будут не так сильно видны и солдаты запутаются в них. Ему приходилось почти тащить на себе ослабевшего Фрикса. Ведь он тоже ранен и истекает кровью. Если бы не ночь, их бы точно давно пристрелили, но тьма вдали от Акрополя стояла такая, что Фрикс едва различал силуэты их отряда. В погоне даже сосчитать всех не получалось.
— Куда мы бежим? — крикнул кто-то. Судя по голосу это был здоровяк-южанин.
— Отбейся от них, тогда узнаешь, — ответил Алкид.
— Они пошлют ещё больше по нашим следам. Нужно разделиться!
— Уйдёшь из отряда — попрощаешься с жизнью, — предупредил его Алкид сурово. — Все за то поваленное дерево и стрелять до конца! Быстро!
Фрикс действительно увидел длинный широкий ствол прямо перед ними, правда перепрыгнуть через него они не смогли, скорее просто перевалились, загородившись от встречных пуль. Алкид оставил Фрикса, сам снял пулемёт со второго плеча:
— Огонь! — окрикнул он и лес сотрясся от звуков пальбы.
Фрикс с трудом перевернулся, тоже приник к своему оружию и стал стрелять не целясь, куда-то в черноту ночи.
— Заглушите, они все мертвы! — раздался чей-то крик из их отряда спустя несколько мгновений.
Выстрелы стихли. На несколько секунд в лесу воцарилась совершенная тишина.
— Они найдут нас по следам. — Упорствовал южанин. — Скоро здесь будут ещё солдаты.
— Здесь неподалёку река, мы пойдём по ней, — ответил Алкид. — По замёрзшему льду.
— Лёд на ней слишком тонкий, не получится, — заговорила вдруг девушка, которая пришла с Алкидом. — Но у меня есть идея. Пойдём, я выведу нас.
***
Алкид перевёл на неё взгляд. Даже в ночи Веспер видела блеск в его глазах и различала не сходящую ни на миг ухмылку. Она вдруг смутилась. Наверняка ему не понравится, что она начала вдруг командовать.
— Доверься мне, — попросила Веспер. — Я знаю, что делать.
Он разглядывал её, оценивая. Конечно, Алкид мог составить прекрасный план побега из здания, мог изучить карты местности и проложить заранее маршрут, но как он мог знать про реку, на которой никогда не был. Веспер прожила в Термине всю жизнь, она знала каждый камень вокруг, каждую тропку леса. Летом они с сестрой приходили на эту реку купаться, а осенью собирали грибы в этом самом лесу. А потом… когда война разрушила их детство… пришлось научиться прятаться и не оставлять следов на снегу.
Она так надеялась, что он скажет ей что-то ободряющее, скажет, что доверяет ей. Она ждала его ответа, пока сердце безудержно колотило в грудь.
— Всем идти за Веспер, она поведёт. Бут и Фобос держат тыл. Европа идёт последней с ними и заметает следы. — Приказал Алкид.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Она не дождалась. Но сейчас некогда отвлекаться на такие мелочи.
Веспер повела их вглубь леса, прочь от главной тропы. Идти здесь стало совсем невозможно, они с трудом пробирались сквозь сугробы. Алкид приказывал идти за Веспер нога в ногу, чтобы Европе было проще орудовать еловой веткой, застилая тропу.
— Здесь недалеко, — пообещала Веспер, — пара минут.
Они приблизились к невысокому скалистому утёсу. Узкую расщелину-вход было почти не видно неопытному глазу.
— Тут тесно, но мы все пройдём. — Сказала она. — Дальше будет кромешный мрак, но если будем держаться друг за друга, то я вас проведу. Не отставайте, не зная дороги никому живым не выйти. Если повезёт, то доберёмся до Термины ещё до рассвета.
— Это же Некрополь! — воскликнул самый молодой парень из их новой армии, — Поверить не могу, что он существует…
— Это верная смерть! — выпалила женщина со скрипучим голосом. — Я не готова умирать, только выбравшись из Акрополя.
— Все слышали Веспер? — окликнул Алкид свою армию. — Мы идём за ней.
В военном снаряжении, которое они вынесли из Акрополя нашлось три динамо-фонаря. Один был в руках у Веспер, второй у мужчины по имени Сизиф, он шёл по середине отряда, третий у Бута, южанина, замыкавшего их строй. Так, друг за другом, они вошли в пещеру следом за Веспер. Сколько лет она уже здесь не была? Восемь-Девять. Такое чувство, что это было вчера.
Она уверенно пролезла через расщелину, идти здесь можно было только боком, чуть дальше проход расширится, но легче не станет. Чем глубже они будут уходить, тем страшнее станут здешние красоты. Фонарик постоянно затухал, приходилось безостановочно сжимать педаль, чтобы тусклый жёлтый блик озарял каменные стены. Веспер не нужен был свет, она умела перемешаться по этим лабиринтам и в кромешной темноте, но прошло столько лет, вдруг что-то изменилось…
Изменилось в пещере? В катакомбах? Ей самой стало смешно от этой мысли. Если какие-то вещи никогда не менялись, то это были два оплота Термины — Акрополь наверху и Некрополь под землёй.
Коридор постепенно уходил всё ниже. Воздух становился затхлым и влажным, пальцы сводило от холода. Ничего, дальше станет немного теплее. Раньше они всегда использовали свечи, фонарей ни у кого не было. Веспер даже подумала высмотреть себе какой-нибудь огарок на полу, наверняка их здесь было много, но поймала себя на мысли, что у неё нет спичек, да и задерживаться ради такой мелочи не стоило.
Вскоре каменная кладка сменилась на более жуткую. От пола и до потолка стены были выложены костями. Черепа скалились новой армии Алкида застывшими на век гримасами. От бледного луча фонаря на их лицах появлялись жутковатые тени.
— Что это за место? — раздался голос Бута из самого конца отряда. Он был не местный. Наверное, и не слышал про Некрополь никогда.
— Один из проходов в древние катакомбы. — Ответила ему Европа. — Вся Термина изрыта изнутри, как муравейник. Раньше здесь добывали известняк, это всё старые шахты. Говорят, кости сюда стали свозить ещё во вторую эру, сразу после первой войны. Когда началась третья эра, кладбища крайних земель — Термины и Милета переполнились, в городах начались болезни, чума. Власти уже тогда проводили много времени в Термине. Акрополя, в том виде, в каком мы знаем его сейчас ещё не было, но они хотели усилить своё влияние возле границы, поэтому Термина была для них важным пунктом. Конвои вывозили старые кости с кладбищ, дезинфицировали их и складывали здесь. Кто-то позднее решил превратить это место в галерею смерти. Я слышала, что там, где-то даже есть табличка…
— Памятник Скорби, — ответила Веспер. — Падшим Во Имя Государства. Но он в другой стороне, мы не дойдём до него сегодня.
— А жаль, я надеялся на экскурсию, — съязвил Бут.
— Сейчас главное выбраться наружу. — Сухо сказал Алкид, он так и тащил за собой гиперборейского шпиона, который не проронил ни слова за всё это время.
