Увы, я не в силах что-либо изменить, но все же комнату себе оборудую. Эшли даже знала, которую выбрать.
В дальней части дома располагалась небольшая утренняя гостиная, выходившая окнами на заросли кустарника. Эта комната была темной и тесноватой,0) и, вероятно, поэтому Эрика не сочла ее достойной своего внимания.
Войдя туда, Эшли огляделась. Тяжелой старомодной мебели пора отправиться на чердак, решила девушка. Ее заменят самые любимые предметы обстановки из моей старой квартиры. Выцветшие, но все равно прелестные шелковистые обои можно оставить, а вот шторы выбрать посветлее. Начать, пожалуй, можно прямо сейчас.
Она вызвала миссис Болтон и спокойно объявила, что желает, чтобы из комнаты вынесли мебель. Эшли ждала новых возражений, однако экономка лишь поджала губы и утвердительно кивнула.
Наверное, думает, что темная комната в дальнем углу – самое подходящее для меня место, усмехнулась про себя Эшли.
Отдав распоряжения, она отправилась в город. Агент по продаже недвижимости не выразил особого восторга, узнав, что клиентка решила не продавать свою мебель, хотя неохотно признался, что из квартиры еще ничего не вывезено.
Он был очень раздражен, узнав, что Эшли приняла решение сдать ее частично меблированной. Дело в том, что переговоры с двумя покупателями уже были в самом разгаре.
– Спросите, не устроит ли их краткосрочная аренда, – пожала плечами Эшли в ответ на протесты агента.
– Нет, не устроит, – скорбно отозвался тот. – Можно мне узнать, почему вы передумали? Мистер Мэррик заявил совершенно твердо, что вы хотите продать квартиру.
Она уловила в глазах агента искорку любопытства и непринужденно улыбнулась:
– Мы посоветовались и решили, что не помешает иметь пристанище поблизости от офиса.
Эшли открыла дверь в квартиру со странным чувством. Минуло всего несколько дней с тех пор, как она уехала отсюда, но казалось, прошла целая вечность. Как здесь уютно! – думала она, бродя по комнатам. Неудивительно, что покупатели нашлись сразу. Но почему-то теперь Эшли чувствовала себя чужой в собственной квартире, и это ощущение ей не понравилось.
– Эй! – вслух произнесла она. – Я ведь отсутствовала совсем недолго. И очень скоро вернусь сюда!
Эшли отобрала мебель, которую решила увезти в поместье, и пометила ее ярлычками. Агент по недвижимости снабдил ее телефоном фирмы, занимавшейся мелкими перевозками, и она как раз собиралась позвонить туда, как вдруг услышала какую-то возню у двери.
Очередной покупатель, решила она, открывая, и тут же изумленно ахнула:
– Мартин!
Тот, похоже, тоже был в шоке.
– Мне сообщили, что твоя квартира выставлена на продажу, так как… – Он осекся. – Эшли, ведь это неправда! Ты не могла выйти замуж!
Она молча протянула ему левую руку, на которой поблескивало обручальное кольцо.
– Боже милостивый! – Мартин бессильно прислонился к дверному косяку. – Ты времени не теряешь, да? Я хочу сказать… когда я уезжал, я думал… я собирался… – Он снова умолк. – Ты ведь должна была знать.
Эшли было жаль его. Но как объяснить Мартину, что, каковы бы ни были его намерения, их отношения не имели будущего. Ибо в глубине души она продолжала надеяться, что Джо когда-нибудь вернется.
И девушка лишь смущенно произнесла:
– Хочешь чего-нибудь выпить? Тут еще кое-что осталось. Боюсь, что кофе предложить не могу, так как электричество отключили.
– Пожалуй, – пробормотал тот.
Эшли без особого энтузиазма пригласила его войти и занялась поисками виски и бокалов.
– Ну, как твоя дочурка? Лучше? – преувеличенно бодрым тоном спросила она.
– Да… да. Дети вообще легче переносят болезни. А моя… Мэрилин всегда была паникершей. – В голосе Мартина невольно зазвучала тоска.
Он тоскует по семейной жизни, догадалась Эшли. Этому человеку не хватает кого-то, кого он мог бы защищать и лелеять. Только вот мне эти качества, как выяснилось, были не нужны. Сама того не зная, я оказалась любительницей приключений, с тоской подумала она.
– Конечно, я удивился, увидев, как ведет себя с тобой Мэррик тогда, в клубе, – между тем продолжал Мартин. – Но ты сказала, что у вас все в прошлом. Я думал, что могу тебе доверять.
Его тон разозлил Эшли.
– По-моему, наши отношения не достигли такой степени близости, – сухо заметила она.
– По городу ползут самые разные слухи. – Он неловко переминался с ноги на ногу. – Да ты и сама знаешь.
Эшли пожала плечами и сделала глоток тоника:
– При сложившихся обстоятельствах это неизбежно.
– При каких это обстоятельствах? – В голосе Мартина явственно зазвучала обида. – По-моему, я имею право знать.
– А я имею такое же право молчать, – отозвалась Эшли, стараясь смягчить тон. – И не настаивай, пожалуйста.
Последовало долгое молчание, затем он вздохнул:
– Извини. Но ты могла по крайней мере сообщить мне, как обстоят дела, чтобы я не питал тщетных надежд.
– Да, я об этом не подумала, – согласилась она. – Скажем так, Джо… застал меня врасплох, и мне оставалось лишь плыть по течению. И давай оставим это, ладно?
– Наверное, мне нужно было действовать более решительно, – огорченно произнес Мартин и, допив виски, поднялся. – Что ж, Эшли, я не в обиде. Можно поцеловать тебя на прощание?
Первой мыслью Эшли было ответить: «Нет», но ей не хотелось еще больше обижать Мартина. Так что когда он обнял ее и притянул к себе, она просто подставила ему крепко сжатые губы. Однако выяснилось, что у него совсем другие представления о прощальном поцелуе. Он жадно прижался к ее губам.
Эшли уперлась руками ему в грудь, пытаясь оттолкнуть, но тут же поняла, что он не собирается отпускать ее. Судя по всему, Мартин твердо решил доказать ей, что тоже может быть мужчиной и что, останься она с ним, им было бы хорошо вместе. Однако эти неуклюжие попытки вызвали у нее лишь отвращение.
Руки Мартина скользнули вниз, к ее груди, и она застыла. Ситуация явно выходила из-под контроля, и Эшли решила хорошенько поддать ему коленом, чтобы привести в чувство.
Но пока она собиралась с духом, у двери возникло какое-то движение, и голос, от которого веяло прямо-таки арктическим холодом, произнес:
– Кажется, я пришел не вовремя.
На пороге стоял Джо.
8
Мартин отпустил Эшли так внезапно, что она едва не упала. Судя по ужасу, написанному на его лице, он только сейчас сообразил, что попал в затруднительную ситуацию. Это было смешно, но ей почему-то совсем не хотелось смеяться.
– Я… я должен объяснить, – запинаясь, пробормотал Мартин.
Откровенная насмешка в глазах Джо внезапно взбесила Эшли. Какое он имеет право требовать объяснений, в ярости подумала она. Он что, считает, что ему все позволено, а другим – ничего?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
