– Тогда предлагаю выпить за то, что мы не дуры, – намекнула Ника, потрясая у родительницы перед носом чайными пакетиками. – Лучше спать плохо, зато ворочаться гордо.
– Это ты пока так говоришь. А с возрастом, может, и передумаешь. – Светлана Петровна раздраженно пнула баул с кокетливыми тряпочками, которые возила в область, надеясь потрясти своей красотой нового кавалера. – Кто их разберет, мужиков этих, что им надо?
* * *
Галя тосковала. Шеф уехал в командировку, а ее не взял. С одной стороны, это было даже здорово. В последнее время директор словно с цепи сорвался, пытаясь напоследок взять от жизни все, что можно и нельзя. Он накупил виагры, насмотрелся фильмов для взрослых и ежедневно демонстрировал Галочке небо в алмазах. А она все чаще задумывалась о том, стоят ли эти «алмазы» моральных терзаний. Диплом у нее был, внешность тоже, так зачем тогда сидеть на какой-то фабрике? Есть же нефтяные компании, молодые директора и неразобранные женихи. Но пока запасного аэродрома не было, она зависела от своего престарелого любовника. И тот факт, что он умотал на Урал без нее, настораживал.
Галина переживала и названивала вероломному Казанове на мобильный, демонстративно и навязчиво скучая. Он радовался, как маленький, сюсюкал и обещал привезти подарочек. В прошлый раз, когда он не взял ее в Карелию, подарочком оказался здоровенный кусок копченой рыбы. Галя долго и обиженно выговаривала дарителю, объясняя правила ухаживания за феями. И теперь она могла быть уверена, что ни вяленой оленины, ни шедевров народного промысла она не получит.
Сидеть в приемной просто так было скучно. Зато можно было спокойно порыться в интернет-вакансиях. Вдруг да и найдется что-нибудь стоящее. Но рынок рабочих ресурсов переживал период застоя, и изящные блондинки с купленными дипломами никому не требовались. Посидев для порядка еще час, Галина поплелась в кафе. Там хоть было с кем поболтать. Девочки из других отделов смотрели на нее как на небожительницу. Завидовали, конечно, шептались за спиной – Галя это прекрасно понимала, – но зато каждая мечтала оказаться на ее месте. Поэтому все старательно поддерживали с секретаршей директора дружеские отношения.
В коридоре на нее налетел веселый крепыш с пронзительными карими глазами. Он тащил какие-то папки, пакеты и штатив. Причем штатив парень периодически прихватывал зубами, поскольку он сползал с верхнего регистратора и норовил упасть.
– Приветствую, о богиня! – шутливо кивнул он, ковыляя мимо.
Галя улыбнулась, пытаясь вспомнить, как его зовут. «Паша? Саша? Вася? Какой обаяшка…» Галина вдруг поняла, что ей хочется, чтобы ее любил молодой и интересный мужчина. А у этого к тому же были красивые глаза.
– Привет, – сказала она, так и не вспомнив, как его зовут. – Я в кафе. Не составишь компанию?
Саша чуть не выронил свое добро. Аккуратно выплюнув штатив и прижав его для верности подбородком, он прошепелявил:
– Пофту за фесть.
Получилось ужасно. Он вытянул шею, покосился глазом на уползающий штатив и повторил:
– Почту за честь. Только вот закину все в лабораторию и догоню.
– Давай! – повеселела Галина и пошла от бедра, забыв, что кавалер торопится в другую сторону и ничего этого не видит.
Зато зрелищем в полной мере насладился Миша.
– Меня сейчас инфаркт хватит, – поведал он директорской секретарше, стараясь быть в меру фамильярным.
– Медпункт на втором этаже, – усмехнулась Галя. Этот ей тоже нравился. Хорошо бы закрутить с кем-нибудь, пока босс не вернулся. А то жизнь проходит. И, по ощущениям, проходит она мимо, оставляя Галочку за бортом.
– Куда же торопится наша королевна? – блестел глазками Миша. Близкое знакомство с телом, приближенным к начальству, никому не мешало. Тем более что не так давно начало было положено. Ничего, что девица недалекая. Напрягаться особо не придется…
– В кафе. А что?
– А я тоже туда шел, – ослепительно улыбнулся Михаил, развернувшись на сто восемьдесят градусов и двинувшись следом.
А Саша тем временем многоскоком несся к месту назначения. Нельзя сказать, что Галя ему нравилась. Вообще-то, он ее просто не замечал как женщину, с которой может что-то быть. Во-первых, это чужая девушка, и не просто чужая, а директорская. Во-вторых, по слухам, она глуповата, а дур Саша не любил. В-третьих, барышня с претензиями, а одна такая у него уже имелась раньше.
Но в свете последних обстоятельств ему даже Галя вполне подошла бы. Хотя бы временно. Может, она не такая дура, как говорят? По крайней мере, можно будет предъявить ее Камилле, и та успокоится. А то присылает ему всяких Ларис, будто он убожество, не имеющее шансов найти приличную девушку.
Еще больше его взволновал факт, что Галя первая к нему обратилась. Значит, он все же может нравиться таким красавицам? А почему бы и нет?
Что может развлечь скучающую девушку? Мужское внимание. А еще лучше – рыцарский турнир за право обладания ею. Так было всегда. Принцесса сидела где-то в партере и ждала, пока потные, проклинающие все на свете мужики в тяжелых латах калечили друг друга в тяжелом бою, чтобы жениться на ней. Это при том, что принцесса могла быть уродливой или сильно перезревшей. Но ведь принцесса же! Зато потом можно будет говорить всем, мол, а моя-то – принцесса. И ничего, что дома он от нее шарахался! И плевать, что вокруг множество более симпатичных и подходящих по комплекции дам. Нет. Они никогда не искали легких путей. И эти люди еще имели наглость говорить о том, что Бог создал женщину из ребра Адама.
Александр и Михаил азартно упражнялись в остроумии, надеясь переплюнуть друг друга и разве что не лягаясь под столом. Самое смешное, что ни одному из них Галя как таковая была даром не нужна. Но дух соперничества не позволял отступить. Каждому важнее было доказать, что он лучше, нанизав конкурента на копье и получив одобрение веселящейся блондинки. Чай был выпит, пирожки съедены, но никто не хотел сдаваться.
– Мальчики, вы такие смешные, – чирикала Галина, хохоча и демонстрируя белые зубки.
«Дура», – подумали оба и с удвоенным усердием принялись биться за ненужную им добычу.
Светлана Петровна впала в депрессию. Очередной неудачный роман выбил ее из колеи, поэтому она умудрилась забыть дома права и документы. Обнаружила она это, когда приехала на работу.
– Одно к одному, – обозлилась Донецкая и стала названивать Веронике.
Дочь была дома и быстро согласилась все привезти.
– Все равно делать нечего, – зевнула она в трубку.
– Значит, если бы тебе было чем заняться, ты бы мать не выручила, – завелась маменька.
– Выручила бы, – утешила ее Ника. – И ты не переживай, стакан воды тебе будет кому подать.
