но и больно от сдавливающих тяжелых кандалов.
Обычно мягкая с подданными Елизавета Елецкая едва сдерживалась, чтобы не приказать им отстегнуть ее немедленно. Если бы тут не было Юры, то давно бы уже так и сделала.
— Благодарю за содействие, ваше императорское высочество, — сдержанно кивнул Ноготков и, повернувшись к своим подчиненным, коротко бросил команды: — ты наверх, прочешите дом тщательнее. Ты, свяжись с отрядом «G», он не мог уйти далеко.
— А цель? — уточнил первый.
— Я разберусь, — сухо ответил Ноготков и двое бойцов скрылись наверху.
Девушка не сводила глаз с происходящего и ее исчезнувшая, казалось бы, тревога вернулась с удвоенной силой.
— Освободи меня, Юра, — потеряв всякое терпение приказала Елизавета Елецкая.
Но Ноготков ей не ответил. Отложив тактический шлем на землю, Юрий захлопнул дверь и медленно стянул перчатку с руки.
— Ты что себе позволяешь, Юра?! — не могла поверить своим глазам Елизавета, — ОТПУСТИ МЕНЯ НЕМЕДЛЕННО! КАК ТВОЯ ЦЕСАРЕВНА, Я ТЕБЕ ПРИКАЗЫВАЮ!
— Мне жаль, что до этого дошло, Лиз, — безжизненным голосом отозвался Ноготков и вскинул руку, в которой сотни желтых искр медленно стягивались в один пучок у самой ладони.
— Юра, ты что делаешь?! Не шути так, Юра... Отпусти меня... — тщетно пытаясь вырваться из оков взмолилась цесаревна.
— Прости, — закрыв глаза, тихо сказал Ноготков, и искрящийся шар магической энергии сорвался с его руки.
Глава 12
— Сейчас, — приказал я, и между летящим магическим сгустком и верещащей от страха Елизаветой Елецкой возник невысокий парнишка в толстовке.
Лениво приподняв ладонь, Алекс полностью поглотил атаку, не получив ни единой царапинки.
В этот же момент я возник за спиной незадачливого убийцы и техникой касания свернул ему шею. Затратная техника Ноготкова с материализацией эфира на короткий миг ослабила его покров и пробить его защиту не составило труда.
Бедолага даже осознать ничего не успел.
Если бы не закрывал глаза, может, и успел бы отреагировать и пожить на несколько секунд подольше.
— И снова здравствуйте, ваше высочество, — добродушно кивнул я замершей в ужасе цесаревне, — теперь я больше похож на спасителя? — спросил я.
Все произошло так быстро, что уже успевшая проститься с жизнью дочь императора впала в ступор, судорожно мечась взглядом от меня к трупу Юрия Ноготкова и обратно.
— Но вы ведь... что... как? — никак не могла подобрать слова произошедшему Елецкая, все еще не до конца осознавая, что осталась жива.
— Как я это сделал сейчас не так важно, ваше высочество, — вежливо заметил я, — снаружи еще девять одаренных, и, в отличие от вашего друга, никаких особых чувств они к вам не питают. Это элитные профессиональные убийцы, которые куда сильнее тех, от которых я спас вас несколько часов назад. Хотя бы моргните, если понимаете, о чем я говорю.
— П... п... понимаю, — предательски дрожащим голосом ответила Елецкая, — за что Юра так? Что я сделала?
— Боюсь, выяснять мотивы заговорщиков не входит в мою работу, — пожал я плечами.
— А спасать меня входит? — постепенно начала приходить в себя Елизавета Елецкая.
— Разумеется, ваше императорское высочество, — спокойно ответил я, — как верный княжич российской империи я никак не мог позволить пострадать своей цесаревне.
— Спасибо, Артемий Сергеевич, — смущенно опустив глаза выдавила из себя девушка.
— Никаких претензий? — на всякий случай уточнил я.
— Никаких, — охотно подтвердила Елизавета Елецкая, — мой отец щедро вознаградит вас за вашу отвагу и героизм, Артемий Сергеевич.
— Вот и славно, — улыбнулся я, — ну, раз с этим разобрались, с вашего позволения, я пойду наверх и закончу работу по вашему спасению.
С этими словами я распахнул массивную железную дверь и прислушался к происходящему по периметру вокруг. Нужно было убедиться, что моего появления отсюда не ожидают.
— Постойте! — растерянно спохватилась девушка, — вы меня не отстегнете?
— Увы, Елизавета Михайловна, — развел я руками, — наверху для вас слишком опасно.
— Я останусь тут и никуда не уйду! — пообещала Елизавета Елецкая, но звучал ее голос не очень уверенно.
Я окинул окружающую обстановку взглядом. Серые стены, кровь, свежие следы пыток, стул в котором девушка едва не умерла и труп Ноготкова с вывернутой шеей. Ну да, конечно, не уйдет она.
— Я не могу так рисковать, ваше высочество. Не извольте беспокоиться, за вами непременно вернутся, — максимально успокаивающим тоном проговорил я.
— Вы не посмеете бросить меня среди этой мерзости! — вновь проиграла внутренней борьбе со страхом Елизавета Елецкая и опять перешла на командный голос.
Как будто в подобных ситуациях может помочь статус.
Это так по-детски наивно.
Разве помог ей статус цесаревны в тот день, когда ее решили убить?
Нет, скорее наоборот.
Жаль сама юная дочь императора пока не понимает, что не все проблемы можно решить властным приказом. Не понимает, что в магическом мире, личная сила порой играет куда большую роль чем статус и власть, и ей нельзя пренебрегать.
Более того, именно ради личной силы и стоит ставить свою жизнь на кон. Полагаться на других в мире людей непозволительная роскошь.
— Закройте глаза и думайте о хорошем, Елизавета Михайловна, — посоветовал я, — а то заработаете морщинки на своем прекрасном личике. К тому же переживать совершенно не о чем, стены пыточной крепкие и вполне выдержат обрушение.
— Какое еще обрушение? — еще больше напряглась от моих слов Елизавета Елецкая, но вместо ответа я невозмутимо захлопнул дверь за собой и начал медленно подниматься по лестнице.
Все-таки утешать это не мое.
— Откуда ты знал, что сработает? — поинтересовался Алекс, который сидел на середине лестницы и с детским любопытством разглядывал собственную ладонь.
— Богатый жизненный опыт, — пояснил я.
Не объяснять же парнишке что его дар удивительно схож с силой Эфириала пустоты, которого я уничтожил более сотни лет назад на бесконечно далекой отсюда планете.
Хотя, глядя на беззаботное лицо Алекса казалось, что этот может и поверить.
— Получается, ты не был уверен?
— Не полностью, — подтвердил я.
— Ясно, — пожал плечами парнишка и поднялся на ноги, стоило нам поравняться.
— И ты не злишься? — поднял бровь я, — ты мог умереть.
— Не-а, — мотнул головой Алекс, — мы ведь друзья. Я тебе доверяю.
—
