Августа вышла из дворца и медленно побрела по центральной аллее в сторону запущенной части парка. Чем ближе она подходила к ней, тем яснее разбирала звуки музыки.
Это леди Гленда играла «Осенний вальс» Шопена в скрытом между деревьев стеклянном павильоне. Таким образом она прощалась с Гринбуш-холлом, где повстречала Ричарда и провела лучшие годы своей жизни.
Первоначально собираясь присоединиться к матери, Августа передумала. Не стоит нарушать ее одиночества в последнюю ночь, которую они проводят в Гринбуш-холле.
Где-то рядом раздались неторопливые шаги, и спустя несколько минут из темноты выступил Джереми.
– Неужели тебя мучает бессонница? – не сдержалась Августа от язвительного замечания. – Или ты следишь за мной, чтобы я ненароком не исчезла с твоими сокровищами?
– Ты еще злишься на меня, Августа?
Джереми подошел к ней, и она увидела, как блестят в лунном свете его глаза. Ей безумно захотелось заглянуть в них, как тогда, когда он любил ее. Но Августа подавила это желание.
– Злиться можно на того, кого ненавидишь, а к тебе я не испытываю ровным счетом никаких чувств!
– Неправда! – с неожиданной страстью произнес Джереми. – Ты любишь меня! Любишь, но из-за нелепого упрямства отрицаешь то, что так очевидно.
Он склонился к ней. Она ощутила его дыхание на своей щеке, но не сделала ни шага назад.
– Что же ты? – прошептал Джереми, обнимая ее лицо ладонями. – Почему не убегаешь, если я безразличен тебе? Не потому ли, что правда оказалась на моей стороне?
– Замолчи, – простонала Августа, привлекая его к себе...
8
– Я уже говорил тебе о том, как ты прекрасна? – поинтересовался Роберто, когда они входили в зал.
– Ты твердишь мне об этом не переставая вот уже несколько дней, – ответила Августа, осматриваясь по сторонам и думая о своем.
С Роберто Пачини, потомком древнего итальянского рода, она познакомилась совсем недавно, на раскопках печально известной Помпеи. Именно он пригласил ее в Неаполь, чтобы Августа могла встретиться с известными археологами, которые собирались на свой ежегодный съезд со всего мира.
С первой же встречи смуглый темноволосый итальянец с живым взглядом карих глаз принялся очаровывать молодую женщину, делая ей изысканные комплименты и окружая повышенным вниманием.
И хотя она видела в нем не более чем коллегу и приятного собеседника, о чем предупреждала его не раз, Роберто не оставлял попыток завоевать ее сердце. Но оно, увы, по-прежнему было занято Джереми.
После того как последнюю ночь в Гринбуш-холле Августа провела в его объятиях, они больше не виделись. Утром следующего дня, пока Джереми еще спал, она с матерью отправилась в «Пиджин нест», а затем, поручив леди Гленду заботам мистера Томпсона, еще дальше.
Августа соглашалась на любые предложения о работе, надеясь, что таким образом ей удастся забыть о кузене.
Она старалась не вспоминать о том, что произошло тогда в парке Гринбуш-холла, когда ее тело выступило против разума, отозвавшись на ласки Джереми. Именно поэтому Августа и сбежала от него, не простившись. Она прекрасно знала: скажи он слово, и она забудет обо всем на свете. И это при том, что не было человека, которого она ненавидела бы сильнее, чем Джереми Фокскрофта.
Подобная двойственность чувств пугала ее, заставляя любыми путями избегать возвращения в Англию под видом интереса к работе.
Поэтому, когда Роберто сообщил ей о съезде археологов в Неаполе, Августа обрадовалась удачной возможности завязать новые знакомства и обменяться информацией. Кроме того, ее работа на раскопках Помпеи подходила к завершению и она была бы не прочь договориться об очередной поездке, например, куда-нибудь в Индию...
– Эй, что с тобой? Ты меня совершенно не слушаешь. – Голос Роберто ворвался в мысли Августы, возвращая ее в действительность.
– Прости, я отвлеклась, – извинилась она, расцветая в очаровательной улыбке. – О чем речь?
– Я спросил, как ты смотришь на то, чтобы завтра, перед тем как возвращаться в Помпеи, поужинать в кругу моей семьи?
– Ни за что, – ответила Августа. – Я прекрасно знаю, чем оканчиваются подобные мероприятия у вас, итальянцев. Сначала ты знакомишь меня с родителями, потом наносишь ответный визит, очаровывая мою мать, и вот, совершенно неожиданно, я обнаруживаю, что стою рядом с тобой у алтаря и на мне подвенечное платье.
– О мадонна! – смеясь, воскликнул Роберто. – Августа, ты разгадала мои планы и я в полном отчаянии!
– Не расстраивайся, – утешительно произнесла она. – Лучше осмотрись вокруг, наверняка какая-нибудь очаровательная особа сгорает от желания удостоиться чуточки твоего внимания. Например, та блондинка в красном. Я заметила, что последние десять минут она с интересом посматривает в твою сторону.
Роберто проследил за ее взглядом и тут же резко отвернулся, прошептав:
– Ты сошла с ума! Это же доктор Сара Циммерман, ужасная зануда. Мы расстались с ней после того, как встречались два месяца. Ее единственный плюс в том, что она отлично готовит.
– Хорошо. – Августа усмехнулась и продолжила: – А как насчет брюнетки у окна, той, что беседует с профессором Паризи?
– Вивиан Уорд, американка, преподает историю древнего мира в Мичиганском университете. Только что развелась с третьим мужем. В данный момент находится в поисках четвертого. Три дня, проведенные с ней, я приравниваю к трем годам каторжных работ, причем второе гораздо предпочтительнее.
– Ладно, тогда что ты скажешь о Лиззи Бересфорд. Я немного знакома с ней и уверяю, она прекрасная женщина.
– Охотно верю, но Лиззи имеет маленький недостаток, но с ним я никак не могу смириться. Ей слишком нравятся женщины, если ты понимаешь, о чем я... Хотя одну ночь мы все же провели вместе: она, я... и ее очередная подруга.
– Какой кошмар! – Августа в притворном ужасе закатила глаза. – Неужели здесь нет ни одной женщины, с которой ты не спал?
– Есть. – Роберто придал лицу печальное выражение. – Но она совершенно не обращает на меня внимания так, как мне этого хочется. Я предлагаю ей любовь, а она твердит о какой-то дружбе и все время пытается навязать мне кого-то другого.
– Если ты обо мне, то даже не думай, – предупредила его Августа. – В моей жизни есть место только для работы.
– И все же мне непонятно, почему такая красивая женщина не имеет возлюбленного. – Роберто устремил на нее задумчивый взгляд. – Вот уже несколько недель я наблюдаю за тобой и точно знаю, что кроме матери ты никому не звонишь. Неужели ни один мужчина до сих пор не затронул твоего сердца?
– Роберто, может быть, когда ты сменишь археологию на психоанализ, я поделюсь с тобой тайнами моей жизни, но не раньше, – ушла от прямого ответа Августа и потянула его за собой. – Пойдем, мне хочется поздороваться с профессором Паризи.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
