Иду по знакомому маршруту, где мы очень редко сидели с Викой. Да, она не была мне подругой. Но была человеком, который переживал за меня хоть как-то, она жаловалась мне на проблемы, а я изредка ей на свои.
Вспоминая о ней, меня маршрут на заведение, где когда-то работала.
Работа в баре идёт полным ходом, но так и ни чего не изменилось. Пьяные люди, распускающие руки, которые не имеют ни каких моральных принципов. Подхожу к барной стойке, где стоит Вика. Она, как и мама, долго смотрит на меня, после кивает на подсобку.
Иду за ней. Она закрывает за мной дверь, и у неё, как и обычно начинает неимоверный поток вопросов. От этого становится легко на душе, я улыбаюсь ей и тяну на себя. Прижимаю к себе крепко. Долго не можем оторваться друг от друга.
— Лисица ты драная, я знаешь, чего уже надумала, где ты была? — она морщит свой маленький носик, показывая, что недовольна.
— Вик, это очень долгая и не хорошая история. Я пришла не на долго, расскажи лучше, как ты?
— Да как всегда, работаю, Вова бухает. Ни чего не изменилось — она и слова про малыша не сказала. По глазам вижу, что что-то не так.
— Как малыш?
Она сглатывает. Прячет глаза. А я успеваю накрутить в своих мыслей столько всего.
— Вика, что случилось?
— Алиса — только и говорит, а после начинает рыдать в голос — Мирона забрали в детский дом.
Она была хорошей мамой, как бы туго ей не приходилось, она всегда старалась дать своему малышу, самое лучшее. Она пахала без выходных месяцами, что бы у ребёнка было всё. Да, жила она в убогой квартире, почти без ремонта, но в нём всегда было чисто.
— Что? Почему? — прижимаю рыдающую девушку к себе, надеясь как-то успокоить.
— Это всё Вовка виноват, он начал бить меня, а Мирон плакать, соседи вызвали полицию, так и получилось.
Отброс, с которым она живёт — Вова. У меня даже язык не поворачивается мужиком его назвать.
— Вика, в себя приди — бью едва ощутимую пощёчину. Но от такого она смотри на меня во все глаза — выгони к хренам собачим этого ублюдка и забери ребёнка. Что толку от твоих слёз.
Даю ещё пару наставлений. Хотя понимаю, что сказать легче, чем сделать. Но я уверена, что она справится. Особенно, она всё сделает для своего ребёнка.
Выхожу с бара. Втягиваю прохладный воздух. Столько всего произошло с момента моего похищения. Будто прошёл год, а не какие-то две недели.
Иду обратно к дому, надеюсь, Агата уже вернулась, потому что скоро нам пора возвращаться.
Подходя ближе, что-то предательски сжимается внутри. Пытаюсь отбросить это чувство, но не получается. А когда подхожу ближе к дому, понимаю, почему так сильно засосало под ложечкой.
Рядом с подъездом, оперившись на огромный, чёрный тонированный джип, затягивая сигарету, и прожигает меня, своими чёрными глазами, стоит Эмиль.
Глава 29
Эмиль.
После разговора с Лисой, ещё долго смотрю на неё через камеры. Нужно думать о работе, а я думаю о том, что хочу от неё детей.
Долбаёт? Да. Определенно.
Она будоражит всех демонов внутри меня. Поднимает всё нутро и выворачивает наружу.
— Эмиль — врывается Пахом — пацан, что всё Карскому сливал, сбежать решил, на склад отвезли.
Блять. Когда всё уже закончится. Заебался уже проблемы постоянные решать, спокойствия хочу.
Встаю из-за стола, выхожу на улицу, сажусь в машину. Приезжаю на склад.
Долго разговор не затягивается. Узнаю, всё, что требуется и пускаю пулю в лоб молодому парню, который думал, что сможет положить меня. Но уебок, ввязываясь в игру с серьёзными дядями, так и не понял, что он всего лишь пешка в этой игре. Все подчинённые Карского этого не понимают, и каждый, кто был здесь или будет, надеется, на него.
Ублюдок решил, всё сделать чужими руками. Выходит лишь в тот момент, когда нет весомой угрозы.
***
На следующий день проверяю всё по десять раз, отдаю приказы, отправляю людей на Сицилию. Мониторю все отправки, следя за тем, чтобы дошла каждая.
Проходит день, два, три. Всё идёт хорошо. Карский не светится, уверен, готовит новый план.
Как пиздюк. Поигрался здесь, не вышло, пошёл искать новую игрушку. Я не исключаю того, что он хочет подорвать мои клубы, в надежде, что я буду гореть вместе с ними.
А так же, ублюдок не понимает, что если сдохну я, на моё место метить будет не только он. Ему не выиграть в той войне, а в войне со мной не выиграть ни кому.
***
— Пахом, здесь заканчиваем. Возвращаемся.
Всю дорогу назад, думал о мелкой. Ох, не сладко ей придётся, когда я вернусь. Схвачу и уволоку в берлогу, на ближайшие дня три, нет на неделю.
Буду трахать, пока не откинется. Уже представляю, как намотаю её рыжие волосы на кулак, как жадно вопьюсь в ей нежную кожу, всю отмечу, напомню, кому она принадлежит.
Сука, только от одной мысли о ней хер колом стоит. Я целую неделю дрочил на неё в душе, по памяти блять, пока остальные трахали шлюх. Из-за этой ведьмы, не встаёт ни на одну. Пробовал даже шлюх, похожих на неё, но ни одна не сравнится, с моей маленькой отзывчивой девочкой.
Дорога обратно длилась мучительно долго. Я отличался терпением, но сейчас я хочу разхуярить всё вокруг, лишь бы мы ехали быстрее. Выкурил пачку сигарет, но и это не помогало.
Через четыре часа, мы подъехали к моему дому. Выгнал нахер всех сразу, сейчас совсем не хотелось думать о делах, всё завтра, а сейчас…
— Где она? — задаю вопрос охране. И вижу по глазам, что эти долбаебы не знают. Почти тридцать человек по периметру дома, пожимают плечами — кажется, перед уездом, я дал вам приказ, указания не были выполнены.
Амбалы трясутся, как тёлки. Простреливаю колени троим ближайшим — в следующий раз, из-за не выполнения моего приказа, все схватят пулю в лоб — рычу, что блять вообще происходит? Какого хуя, все дружно отупели в один момент.
Похуй. С ними завтра разберусь.
Понимаюсь на второй этаж, в комнате её нет. Обхожу весь дом и не могу её найти.
Хуярю всю мебель, разнося гостиную в щепки. Охрана начинает понимать, чем пахнет. Просматривают камеры, сообщая, что девчонку увела Агата.
Выдыхаю. Стараюсь держать себя в руках. Набираю Агату.
— Да милый — дрожащим голосом отвечает. Понимает зачем я звоню, мне не приходится что-то говорить, Агата сама выдает всё.
— Не ругайся, Алиса у мамы, и в этом нет ни чего плохого, я скоро её привезу — добавляет более решительно. Если бы эта женщина не была мне дорога, уже сейчас сидела бы в сыром подвале, привязанная к батареи.
— Я сам заберу, домой езжай. И ещё раз такая выходка — не договариваю, она и сама понимает, что будет.
Дикий гнев поднимается внутри. Перевожу дыхание, чтобы не задушить мелкую, когда увижу. Ей не поздоровится. Она ослушалась, как и многие другие. За что каждый и ответит.
Сажусь в машину, лечу на огромной скорости.
Около её дома, стою, оперившись на джип. Я знаю, что она не здесь. Но чувствую, что где-то рядом.
Первая сигарета, вторая. Вижу её силуэт в темноте. Она подходит ближе, ни чего не подозревая. Впиваюсь взглядом в её маленькую, хрупкую фигуру. Сканирую каждый сантиметр. Особенно в её открытые, стройные ноги.
Какого хуя? Что блять на ней одето. Короткая юбка, топ. Для кого вырядилась. Плутовка мелкая. Тормоза срывает, но ещё держусь. Буквально заставляю стоять себя на месте и упиваюсь, её реакцией.
Она резко останавливается, смотрит на меня. Боится? Что ж, правильно.
Между нами метров пятьдесят, но мне кажется, что их целые тысячи.
Маленькая мнётся на месте, смотрит по сторонам. Думает убежать? Не получится.
— Подойди — говорю ровно, и меня радует, что мне не нужно повторять дважды. Маленькая идёт, медленно, слишком — БЫСТРЕЕ — рявкаю на неё. Потому что не выносимо. Трясёт сука всего.
Мелкая впивается в ладони своими маленькими коготками, опускает голову. Останавливается в метре от меня. Жадно рассматриваю её, собственнически.
