В этом мире его семьи нет, и никогда не было. Рассудком Вито понимал, что надо завести другую семью, что он ничего не должен памяти Кармелы, и здесь его зовут Аберфорт, а не Вито. В этом мире у него не будет его любимых детей: Сони, Фредо, Майкла, Конни. Но, возможно, здесь появятся другие дети, ведь для мага, он ещё совсем молод. Весь путь до Ливерпуля Вито не переставал думать об этом и внезапно понял, что не хочет делать так...
Несмотря на прошедшие годы, он как живых видел их всех и не хотел ничего менять. «Я проживу эту жизнь достойно и уйду к ним, — пробормотал Вито, спускаясь по трапу. — Их нет в этом мире, и я здесь тоже никому не нужен». Тут на плечо его маггловского костюма нагадила чайка, белое пятно испортило костюм, часть брызг даже на щеку попала, и Вито от души выругался по-итальянски.
Когда вечером в «Белой Виверне» Корлеоне сидел в окружении своих людей, которые кричали здравицы в честь его возвращения, Вито горько подумал, что мир изменился, а он идёт по тому же пути, что и раньше — по дороге крови, насилия и убийств. Музыка гремела, на сцене танцевала очередная полуголая красотка и жизнь продолжалась несмотря ни на что. «Старый волк потерял шерсть, а не привычку рвать добычу», — отбросил тяжёлые мысли Корлеоне, подставляя Джону Марлоу стакан.
Глава 8 Рождение и смерть — две стороны одной медали.
***
В Министерстве кипела работа. Летали самолётики между отделами, бегали по этажам сотрудники. Боб Огден, начальник группы обеспечения магического правопорядка сверкнул очками с толстыми стёклами, и со злостью кинул в мусорку скомканную газету. Эти писаки «Ежедневного пророка» опять вылили на ДМП ночной горшок.
— Твари! — рявкнул Боб, привлекая к себе внимание сослуживцев. Казалось, даже снующие туда-сюда самолётики зависли в воздухе.
— Что, Огден, — усмехнулся начальник другой группы авроров — Ричард Симонс. — Никак не можете поймать маньяка?
Маг побагровел и яростным взглядом уставился на коллегу.
— Когда эта сволочь веселилась у магглов, начальство и ухом не вело, — выплюнул Боб, — но последние три случая, произошли уже у нас. Почерк один: сначала жестоко насилует, а потом кидает «Аваду». Следов не оставляет, так слабый тёмный фон, с какой-то гнилью. Ну, может, какая-нибудь безделушка с тела пропадёт, но это не точно. Кажется, он сумасшедший, этот урод.
Симонс тоже скривился. Искать безумных магов, которые иногда появлялись в замкнутом обществе волшебников, не нравилось никому. Особенно аврорам, которым было запрещено применять к преступникам смертельные заклятья.
— Ладно, Боб, — примирительно пробурчал Ричард, — если понадобится помощь, не стесняйся. Ты же знаешь, мы с ребятами всегда готовы помочь. Этот урод не только на вашем участке, может, появиться.
Ещё через две недели безуспешных поисков, взвинченный до точки кипения Огден трансгрессировал в Литл-Хэнглтон. За последние годы в этой местности наблюдалось несколько случаев спонтанного колдовства и в Отделе магических происшествий и катастроф не без основания решили, что здесь мог родился какой-то малолетний волшебник. В этой местности проживала только одна семья магов, и свой визит Боб решил именно с них. Гонтов давно никто не встречал в обществе, глава рода вообще лет тридцать не выходи́л из мэнора, дочь, по слухам, ушла жить к магглам, а сын обитался в лачуге, которая служила точкой перехода в скрытое пространство. Вот к этому представителю рода Гонт и направлялся сейчас Огден.
***
На двери покосившейся грязной хибары была прибита ядовитая змея, а в траве вокруг, слышался подозрительный шелест и шипение.
— Тьфу, мать моя Моргана, — выругался Огден, осторожно смотря под ноги. — Откуда их тут столько? Мистер Гонт, — проорал он, не приближаясь к двери, — вы дома?
Дверь ветхой постройки заскрипела и в проём высунулась опухшая физиономия волшебника.
— Что, надо? — прокаркал Морфин. — Ты кто такой, мать твою?
— Боб Огден, ДМП, — сухо назвался аврор, сердито сверкнув очками. — Это вы применяли магию сегодня утром в деревне?
— А если и я? — с чего-то взбесился Морфин, — за это уже, что, в Азкабан сажают?
— Нет, мистер Гонт, — холодно посмотрел на него Огден. — На холме, в поместье местных лендлордов Реддлов, кто-то потравил хозяйство. Даже собаки сдохли. Похоже на стихийную магию, но с таким же успехом это может быть чьё-то проклятье. Скажите, мистер Гонт, — впился взглядом в опухшую физиономию хозяина Боб, — это ваших рук дело.
— Нет, — пробурчал Морфин. — Я только недавно появился дома. Путешествовал. Заметив недоверие во взгляде аврора, он нехотя продолжил:
— Магией клянусь! «Люмос-Нокс».
Кончик палочки волшебника вспыхнул и погас, а Огден разочарованно вздохнул.
— Спасибо за сотрудничество, мистер Гонт, — проворчал аврор и повернулся уходить, когда краем глаза заметил за спиной вышедшего на улицу Гонта, что-то белое в глубине комнаты. «Ну, притащил себе в нору маггловскую шляпку этот придурок, стянул в городе, наверное. Нормальная женщина на такого не посмотрит, даже маггла», — проскочила безразличная мысль.
Отойдя от обветшавшей хижины, Огден аппарировал вниз к деревне и прошёлся по главной улице, скрытый дезилюминационными чарами. Не заметив ничего подозрительного, он тяжело вздохнул и аппарировал в Лондон.
