с замком на массивной двери.
- Ну, будем надеяться, - выдохнул он, - что слишком многим на глаза не попадёмся.
Распахнул ту, выходя наружу и тут же замер.
- Что там? - протиснулся я мимо него и тоже тут же замер.
Наши наивные мечты, что обойдётся без свидетелей, разбились о суровую правду жизни. Улице, куда выходила дверь, была полна вооружённого народу с факелами. Куча стражи, глава магистрата и даже парочку преподавателей с Академии во главе с госпожой ректором, возле которой отирался, с недоверием глядя на нас, мой студент, - Бари Ботлер.
Мы разглядывали толпу, толпа оценивающе разглядывала нас и молчаливая пауза стала неприлично затягиваться.
- Э-э, магистр, - странно косясь на нас, произнесла Нодерляйн, - а что вы там с профессором Локарисом делали?
Мы переглянулись и Калистратис пожевав губами, со вздохом произнёс:
- На этот вопрос не так просто ответить.
Глава 11
Выкручиваться пришлось мне. Калистратис как-то замешкался, не зная, что такое соврать, чтобы поверили, и в то же время не раскрыть его взаимоотношения с алали, поэтому почётную роль Мюнхаузена я взял на себя.
Народ ждал и надо было срочно что-то придумывать пока нас не приняли за двух гомосеков-извращенцев, а то потом отмываться устанем.
То ли от стресса, после приключений в канализации, то ли от присутствия толпы, что пялилась на наши голые тела, во мне открылась прямо таки безудержная фантазия.
Выставив вперёд ногу и выпятив грудь, я простёр руку к толпе и с пафосом произнёс:
- Добрые жители Анкарна, этой ночью вам грозила страшнейшая опасность грозившая уничтожением всего города и только наши с магистром героические усилия не дали ей случиться.
Шепотки в толпе мгновенно стихли и все стали смотреть на нас с удвоенным вниманием.
От неожиданности старый маг закашлялся и я, показав на него, сообщил:
- Видите, магистр ещё даже не оправился от ран.
Калистратис закашлял ещё сильнее, то ли подыгрывая мне, то ли от ещё большей неожиданности.
- А что там было-то? - поёжившись, спросил глава магистрата.
- Культисты, - придав взгляду суровости и одновременно сощурившись, ответил я.
- Культисты, культисты, культисты… - понеслось слово по рядам, словно эхо, повторяемое всё дальше и дальше.
- Какие культисты? - побледнев, уточнил пузатый бургомистр.
В местной истории культы, в том числе весьма агрессивные, существовали, но называть какой-то определённый было опасно, мало ли что. Поэтому нужно было отвечать уклончиво.
Посылать бургомистра подальше в армейском стиле я не стал, поэтому твёрдо и веско ответил:
- Неустановленные.
- А что они делали? - спросила уже Нодерляйн.
- О, они делали такое… - я выдержал короткую паузу, чтобы народ проникся, покачал головой, словно мне тяжело было это вспоминать, затем сообщил, - эти мерзкие личности собирались призвать могущественную потустороннюю сущность.
- О боже! - послышался всхлип, затем звук падения тела.
- Так, поднимите бургомистра, - наша ректор оказалась покрепче психикой, поэтому выяснение обстоятельств взяла на себя.
Решительно подошла к паре стражников, отбирая у них плащи, после чего торжественно вручила нам с магистром.
- Прикройтесь.
Быстро закутавшись в плотную ткань на манер древнеримской тоги, я благодарно кивнул женщине.
- Ну, - произнесла Сильвия, - а теперь поподробнее, сколько культистов было, какой ритуал призыва они собирались проводить и что с ними сейчас?
- Было их тридцать… - Калистратис закашлял сильнее и я тут же поправился, - или двадцать. В общем, не меньше десятка точно. Раздели они нас догола, ну, чтобы в жертву принести. Им для ритуала нужна была кровь сильных магически одарённых.
На этом моменте взгляд ректорши стал подозрительным, потому что Вольдемар силой как раз никогда не отличался.
- В основном, конечно, магистра, - тут же уточнил я, - а меня так, в довесок, потому что одного магистра чуть-чуть не хватало.
Подозрительность из взгляда Нодерляйн слегка ушла и я приободрился, продолжая рассказ.
- Раздели, значит, они нас. Бессознательных, естественно. Так бы мы им не дались. И одели наручники из тритания.
Кашель магистра стал предупреждающим.
- Но перед самым ритуалом сняли! - быстро поправился я, - когда мы были уже в центре магической фигуры и наша магия не могла пробиться сквозь защитный барьер.
Я осторожно поглядел на ректоршу с магистром, но те оставались спокойны, видать пока враньё было в пределах допустимого.
- Тут они начали ритуал, чиркнули себе по запястью ножиками и давай кровью напитывать пентаграмму.
- Чьей кровью? - вскинулась Сильвия.
- Своей конечно, - уверенно ответил я.
- Ты говорил,что им нужна была ваша.
- Так это потом наша, - успокоил я женщину, - а сначала своя. Нашу должна была из нас выпить призванная тварь.
- Страсти-то какие… - послышалось бабье причитание из толпы.
- Не то слово! - покивал я. - Стоим мы, значит, внутри этой пентаграммы, в чём мать родила. Эти пятеро культистов за барьером подняли руки и тянут вроде как молитву какую-то, заунывно так.
- Пятеро? - снова прервала меня Нодерляйн.
- Конечно пятеро, - даже слегка обиделся я, - пентаграмма же, по одному на каждый луч.
- Ты говорил их было не меньше десятка.
- Это всего не меньше десятка, тех что мы видели, - терпеливо пояснил я, - а может и больше, только в пентаграмму встали пятеро, остальные просто…
- Что просто?
Въедливая баба прямо заела своей дотошностью, начиная вызывать глухое раздражение. Всё ей расскажи.
- Просто стояли и смотрели, - я строго взглянул ей в глаза, увидел, что та немного стушевалась, и принялся рассказывать дальше.
- Короче, эта тварь уже давай лезть к нам, разрывая континуум. Пасть с дом, зубы вот такенные, - показал я руками, - нет, вот такенные, - раздвинул я их ещё шире, - точно весь город бы сожрала, не подавилась. И, значит, думаю, что пора уже нам с магистром прощаться друг с другом, готовлюсь сгинуть в утробе зверюги, но тут магистр кладёт мне руку на плечо и говорит, - “Иногда надо озаботиться терпением, потому что некоторые вещи требуют времени”!
Я замолчал, подняв вверх указующий палец.
- Ну дальше-то что было, не томи, ирод! - послышалось из толпы.
- А дальше магистр как даст заклинанием, что тварь в миг развоплотило и вся прорва энергии затраченная на её призыв, как хлынет в обратку, и всех культистов буквально в пыль. Мы в
