столько времени на ногах, знаете, - я огляделся, - тут рядом есть небольшой парк, где мы сможем присесть и дальше спокойно поговорить.
- Я не то чтобы устала, - привычно возразила та, - но, пожалуй, приму ваше предложение, Вольдемар.
В сквере, что находился буквально в паре домов от нас, мы нашли лавочку, что удобно располагалась прямо под магическим фонарём. Галантно дождавшись, когда женщина усядется первой, опустился на деревянную скамью сам, полубоком, так, чтобы было удобней смотреть на неё при разговоре.
- Ну вот, - улыбнулся ей, - здесь сможем спокойно продолжить беседу.
Правда, в пику моим словам тишина сквера тут же была нарушена и, с шумом проломив кусты, к нам выскочила парочка тёмных личностей, вооружённых ножами и амулетами.
- Кошелёк или жизнь! - прошипел один из них подозрительно знакомым голосом.
Но, стоило мне к ним обернуться, как оба бандита вздрогнули и второй с паникой в голосе крикнул:
- А-а, это он, бежим!
Я ничего даже не успел произнести в ответ, как оба синхронно стартанули от нас прочь, развив приличную скорость и быстро скрывшись во тьме. Некоторое время до нас доносился дробный перестук бандитских сапогов по брусчатке, но вскоре стих и он.
- Хм, а вы интересный мужчина, Вольдемар, - задумчиво произнесла миссис Ботлер, глядя вслед скрывшимся грабителям, - не думала, что вы местная гроза преступности.
- Да какая гроза, - отмахнулся я, - просто эти двое уже один раз пытались меня ограбить.
- И они даже выжили? - дёрнула бровью женщина.
- Ну, я не такой злодей, каким, быть может, меня описывают, - скромно ответил я, - ну да чёрт с ними. Давайте лучше вернёмся к учёбе вашего сына.
- Да, пожалуй, лучше поговорим об этом, - кивнула та, отходя от темы преступности и возвращаясь к наболевшему, - я уже вижу, что первоначальное мнение о вас было превратным, но всё равно не понимаю, почему вы решили учить их так? Есть же проверенные методики, без всякой лишней теории.
- Алиса, - я задумчиво прикусил нижнюю губу, раздумывая какой наиболее показательный пример привести, чтобы долго не объяснять, - ну вот, к примеру, возьмём тему, которая вам должна быть близка. Бой двух магов. Ну или двух групп магов, нашей и вражеской.
- А вражеской чьей? - тут же насупилась женщина, - кснийской, ракамакской или, быть может, пиратская ватага цезоилов?
- Не важно, - махнул я рукой, - суть не в этом.
- Ну как же, - возразила Ботлер, - у них совершенно разные тактики, соответственно и мы будем действовать по разному.
- Но в основе каждой тактики, использование заклинаний, - предположил я, а когда женщина кивнула, спросил, - то есть, к примеру, вражеский маг применил своё заклинание, то вы тогда делаете что?
- Применяем защитное или контрзаклинание, - тут же ответила она.
- А затем?
- Применяем своё заклинание в ответ, - как само собой разумеющееся сообщила Ботлер.
- Ну а они, дайте догадаюсь, - тоже применяют своё защитное контрзаклинание и далее по кругу, да?
- Да… - чуть сощурившись кивнула женщина, не понимая, к чему я клоню.
- И когда же это противостояние заканчивается? Когда одна из сторон побеждает?
- Это просто, - улыбнулась она, - когда кто-то совершит ошибку, либо у одной из сторон кончатся запасы магической энергии.
- Но это же… тупо, - произнёс я, глядя женщине в глаза, - просто бой на истощение, после которого победившая сторона мало чем отличается от проигравшей. Никакой выдумки, фантазии, элемента творческого подхода. Всё равно, что два великана которые берут дубины и лупасят друг дружку попеременно пока один из них не упадёт.
- А как иначе? - поджав губы, недовольно спросила Ботлер, - что можешь предложить ты сам?
- Ну, во-первых, есть такое понятие, как асимметричный ответ, когда ты отвечаешь не контрзаклинанием, а используешь что-то другое, не менее, а может и более эффективное.
- Это что, например?
- Ну… - потерев подбородок, и ещё раз оглядев женщину, предложил, - а зажги молнии, как тогда.
Та секунду помедлила, а затем, отведя ладонь чуть в сторону, прошептала еле слышно, - “Шок” и голубовато-белые разряды заплясали между пальцев, потрескивая.
А затем, я просто и незатейливо взял её за грудь. Одной рукой, поэтому только за правую. Не слишком сильно, но и не слабо, чуть сжав, для пущего эффекта.
Изменившись в лице, Ботлер отшатнулась, теряя концентрацию, отчего молнии тут же погасли и воскликнула:
- Ты что творишь?!
- Показываю, что такое ассиметричный ответ, - произнёс я, продолжая демонстрировать железобетонное спокойствие, - как по твоему, достаточно эффективно вышло?
Внутри, конечно, я не был так спокоен, но более наглядного примера просто не смог сходу придумать. Можно сказать рискнул. Но повезло, реакция оказалась именно такой, какую ожидал.
Женщина замерла, возмущение постепенно ушло из взгляда, сменившись задумчивостью.
- В целом да, эффективно, - кивнула она, после некоторого раздумья.
- Ну вот, - улыбнулся я, - и это мы ещё даже не перешли к самим заклинаниям. А ведь, если знать, как и почему заклинание формируется, какие сходные элементы имеет, то это даст больший простор для импровизации, чтобы противника удивить, смертельно удивить.
- Мне… мне надо подумать, - нерешительно произнесла Ботлер.
Затем встала, после чего поднялся и я.
- Я поняла, что ты хотел мне сказать, - после недолгой паузы произнесла она, - хорошо, учи моего сына как учил, посмотрим, может это действительно принесёт свои плоды.
- Обязательно принесёт, - ответил я, - рано или поздно, но обязательно.
- И, пожалуй, я буду не против, ещё как-нибудь с тобой побеседовать. В более располагающей обстановке, - с некоторым намёком произнесла Ботлер.
Переходя опять на официальный тот, добавила:
- А пока, прощайте Вольдемар.
- Прощайте, Алиса.
Глядя вслед уверенно шагающей по ночной и пустынной улице женщине, поймал себя на мысли, что Бари и повезло и не повезло одновременно. С одной стороны, он несомненно был в ежовых рукавицах, воспитываясь в строгости, но с другой, мать должна же ещё дарить тепло и ласку. А Алиса, такое впечатление, что старательно в себе эти чувства давила, стараясь оставаться холодной и строгой, блюдя некий образ имперского боевого мага. Может все проблемы парня как раз в том, что его недолюбили в детстве и он, желая получить толику внимания и чувств, стал придумывать и
