и притянул к себе. Он был значительно выше ростом, поэтому мои ноги перестали ощущать твердую почву под ногами.
— Больше никаких игр. Чего ты хочешь?
— Отпустите, мне больно.
Мои слова не возымели успеха. Вместо того чтобы отпустить меня, он, казалось, еще больше стиснул плечи.
— Лана, посмотри на меня. — Превозмогая боль, я посмотрела в его потемневшие глаза. — Я люблю тебя. Стань моей!
— Я замужняя женщина.
— А-а-а.
Аарон, все же отпустил мои плечи. Но придвинулся, стоило мне, ощутив под ногами опору, сделать шаг назад.
— Я знаю, что Дэн взял тебя в жены, лишь потому, что ты провела с ним ночь, и твоя семья настояла на браке. Если ты так жаждешь законности, я готов на тебе жениться. Провозглашу твоего муженька насильником, и заключим брак, как только его казнят.
Мои глаза полезли на лоб от услышанного. Казнить Дэна? Нет! Одна эта мысль причиняла боль.
— Я женюсь на тебе, слышишь. Заведем детей.
Детей. В голове всплыли слова Дэна:
«Не будет семейной жизни».
«Брак для публики и больше ничего».
«Мне не нужны дети от очередной змеи».
Я понимала, что уже приняла решения. И, видимо, давно. Но Аарон предлагает все то, в чем мне отказал Дэн. И эта мысль пролезла золотым червячком голову, а затем спустилась к сердцу. Одно слово, и все мои мечты сбудутся. Одно слово, и я смогу завести семью, о которой так мечтала. Одно простое слово.
Но каким бы красивым ни был червяк, он оставался червяком. Никогда кронпринц не сможет дать мне желаемого. Потому как, с недавних пор, в семье из моих снов, у детей черные волосы, и золотисто-карие глаза. Обнимающие меня руки, были настолько сильны, что могли рубить дрова, но вместо этого, нежно гладили по волосам и носили на руках детей. А мужчина, смотревший на меня золотыми, как у наших детей глазами, был полон любви. И этот мужчина не Аарон.
— Я…
— Скажи «да»
Он склонился ко мне и закрыл глаза. В очередной раз, будущий король, решил, что загнал меня в тупик. Как и в прошлый раз, я наступила ему на ногу. Он не вскрикнул, но отпрянул, взирая на меня с удивлением.
— Повторяю еще раз, — я была полна решимости. — Дэн — прекрасный муж. Я никогда в жизни, не была так счастлива, как бываю, когда он рядом. И я его люблю! Всем сердцем и всей душой.
— Я ведь могу заставить. — процедил сквозь зубы Аарон.
— Тогда я предпочту смерть.
— Лана…
Принц попытался удержать меня. Но я, проскочила у него под рукой и бросилась по дороге, в сторону леса. Вдали слышался голос кронпринца, но я не собиралась останавливаться.
Так хотелось убежать ото всех и всего, чтобы наступила полная тишина, и мысли пришли в порядок.
Слева, немного поодаль от тропинки стоял старый купольный собор, с белыми колоннами, возле которого висела масляная лампа. Не задумываясь, я бросилась в спасительное убежище.
Прекрасный небольшой собор с деревянной мебелью, равномерно расставленной по всей территории, за исключением одной старой кресла-качалки, стоявшей справа от входа.
Именно в этом кресле, я расположилась, медленно раскачивая свое уставшее, от потрясений последних дней, тело.
Аарон не любит меня. Он увлечен тем фактом, что я дала отпор, тогда как остальные стелились перед ним ковриком. Диана говорила, что подобное может произойти. О подобном рассказывала и София. Люди все имеют животные повадки. В мужчинах они развиты больше. Именно поэтому они любят власть.
Дэн же, прекрасный человек, лучший из всех, кого мне приходилось встречать, но он меня никогда не полюбит. Спустя пару месяцев, я поняла причину его гнева по отношению ко мне. Больше всего, в людях он ценит преданность, верность, и благородство души. Я не подходила ни под один из этих пунктов. Потому как только изворотливая змея, способна обернуть недопонимание в выгодную для себя сделку. Именно так я и поступила. Ч-и-т-а-й н-а К-н-и-г-о-е-д-.-н-е-т
В наступившей тишине, мысли текли медленно и размеренно, давая время все осознать. Каким бы ни было мое будущее, одно я знала точно — ничто на свете больше не заставит меня сделать что-либо что подставит Дэна под удар. Я не хочу видеть в его глазах взгляд, полный презрения, который видела в ту ночь, когда он обозначил правила совместной жизни. Не хочу быть «очередной змеей»…
Как тихо.
Только стук кресла о каменный пол разрешал тишину повторяющимися ударами.
Неожиданно к этому звуку добавился тихий треск. Приятный для слуха, но тревожный для сердца. Я открыла глаза и посмотрела на выложенной мозаикой сводчатый потолок, пока мысли рыскала в дебрях памяти в поисках знакомого треска. Затем резко села, остановив размеренное усыпляющее раскачивание. Такой звук, мне доводилось слышать много лет назад. Когда завернутую в водяной кокон, меня выбросили в окно.
Я вскочила и огляделась. Дом пылал! Старые картины, тяжелые гобелены, деревянная мебель.
Слишком быстро все охватило пламенем. Я бросилась к двери, но сверху упала балка, от которой чудом смогла увернуться.
Глаза бегали по зданию в поисках спасительной соломинки. Над моей головой уже клубился дым, скрывая купольный свод, исписанный замысловатыми картинами. Могучие, еще пару минут назад, белые колонны, удерживающие свод, потемнели. Единственный выход был охвачен огнем, как и небольшие окна, в которых треснули стекла. Дышать становилось все труднее и труднее.
Оглядев происходящее и мысленно потянувшись к воде, которой возле этого дворца навалом, я, не получив отклик от источника жизни поняла, что не смогу выбраться. Страх сменился принятием и умиротворением.
Вот оно — решение всех проблем. Я просто сгорю, как и мои родители когда-то, тем самым избавлю мир от своего присутствия. В конце концов, в нашу первую встречу с Дэном, я намеревалась покончить жизнь самоубийством. Да и после, эта мысль не покидала меня. Особенно в первые дни брака, когда супруг приобретал для меня все необходимое, но так, словно это пытка. А затем…
Затем он стал для меня смыслом жизни. Подарил дом, окружил хорошими людьми, дал свободу выбора. То, чего я была лишена всю жизнь. С момента смерти родителей у меня были указания: следовать за труппой, следовать указаниям, соблюдать правила.
Дэн тоже создал правила совместной жизни. Но ни одно из них не причиняло физической боли, только душевные. Жаль, не хватило времени показать, что я могу быть благодарной преданной супругой.
Ну, по крайней мере, умерев сегодня, я все же смогу стать ему хорошей женой. Что может быть лучше вдовца, с хорошей репутацией, и большим достатком.
Я опустилась на колени, спрятала лицо
