Мария тихо разговаривала с мексиканками. Они прикрыли кое-где тело несколькими остатками материи и последовали за Марией на улицу. Смиренно шли они в двух шагах за ней.
Лэсситер обрезал веревки и освободил привязанных к столбам трех молодых мужчин. В изнеможении они опустились перед ним на колени. Слезы благодарности катились у них по щекам.
— Вам не нужно вставать передо мной на колени, — сказал Лэсситер. — Не следует также бояться меня. Я хотел бы только, чтобы вы ответили на несколько вопросов.
Лэсситер настоял на том, чтобы они сели с ним за один стол.
Тяжеловес Амос вытаскивал наружу последнего мертвого бандита.
— Что вы знаете о Манаске? — спросил Лэсситер. — Я уверен, что вы можете мне помочь.
Три мексиканца кивнули утвердительно.
— Да что Манаска, сеньор, — начал затем говорить один из них. — Мы все вам расскажем, что знаем, сеньор.
Мария вернулась с женщинами. Они были одеты в пестрые платья и выглядели по-настоящему привлекательно.
И они рассказали все, что им было известно.
14
Это была долина, в которой две недели назад был повешен достойный жалости Хуанито. Та скудная долина, где уже пролито много слез.
Здесь охотники на людей каждый раз делали остановку, когда вновь транспортировали очередной «груз» на юг в серебряные рудники.
В предыдущий раз пленники шли пешком. У них не было лошадей. Теперь все ехали верхом на мускулистых пегих мустангах. Поэтому они быстрее продвигались вперед, чем обычно.
Всего было пятьдесят пленников. Всех их строго охраняли. Каждый был в наручниках. На ночь им дополнительно надевали железные кольца на ноги. От кольца к кольцу растягивалась непрерывная цепь. Таким образом пленных растягивали в ряд, как по веревочке.
Если бы они захотели сбежать, то все пятьдесят человек должны были двинуться одновременно — но тогда они все упали бы, зацепившись за собственные ноги, потому что система этой цепи была сложной, как лабиринт с тысячей ходов.
В обычных случаях охотники на людей не пользовались этой цепью. Но на этот раз Рио не хотел рисковать. Он намеревался в целости представить дону Яго все плоды своей «работы».
Что это будет за триумф! В нем Рио купался уже теперь.
Но он все еще был полон подозрительности, она у него никогда не Притуплялась.
Почему пленники оставались такими спокойными? И как раз эти гордые воины!
Они наверняка не покорятся так просто своей судьбе.
Тут что-то происходило. Но что?
Рио кивком подозвал к себе палача Вика Макнелли.
— Брат этого предателя! Массаро! Что ты о нем думаешь!
— Я наблюдаю за ним все время, — сказал палач. — Он вызывает беспокойство. Здесь что-то не так. Я чувствую это.
— Как ты думаешь? Могут они рискнуть на восстание?
— Но не на открытое, для этого они слишком хитрые.
— Но они что-то замышляют, — сказал Рио. — У них такой дьявольски мирный вид.
— Как перед грозой, — Вик Макнелли ухмыльнулся. — Было бы совсем хорошо, если бы ты снова дал мне немного поработать.
— Ты знаешь, что дон Яго бывает недоволен этим. Помнишь, как мы две недели назад повесили пако с больной ногой?
— Дон Яго согласился тогда, что так и нужно было сделать.
— Но этот-то здоров.
— Тогда подстроим ему что-нибудь. Спровоцируй его! Подойди к нему и раздражай его, пока он не захочет наброситься на тебя. При первом же его движении выстрели ему в ногу, а затем я его повешу.
Рио одобрительно кивнул.
— Хорошая идея. Но сегодня прибывает дон Яго. До его приезда история должна закончиться.
— Это зависит от тебя, Рио.
Рио поднялся.
— Я терпеть не могу этого парня, Вик. Я больше не могу его видеть. Он чертовски высокомерен.
— Ты прав. Он смотрит на нас свысока.
Рио поправил оба своих револьвера. Это было его привычное движение.
Затем он пошел к пленникам в пыльную ложбину. Перед Массаро он остановился.
— Ублюдок!
Массаро сидел с поджатыми под себя ногами. Днем они не были соединены друг с другом этой длинной цепью. Он мог двигаться свободно, только наручники оставались на руках.
— Твой брат обвел нас вокруг пальца, — сказал Рио. — Ты все-таки не хочешь сознаться, где находится тайник с золотом вашего племени?
Массаро отрицательно покачал головой.
— Золотого сокровища нет. Как часто я еще должен повторять это?
Рио плюнул ему в лицо.
Пленник медленно поднял скрепленные наручниками руки и провел рукавом своей кожаной рубахи по мокрому месту.
Рио отвернулся. Но это была лишь уловка. А Массаро сделал то, что намеревался предпринять все это время.
Это был их единственный шанс. Со своими товарищами по несчастью он прокручивал его в мыслях уже множество раз. Для этого они должны только захватить предводителя.
Сейчас этот шанс представился.
Как стальная пружина, Массаро взвился ввысь и хотел своими скрепленными цепью руками схватить Рио в тиски за шею.
Одновременно вскочили с диким боевым кличем и другие пленные.
Но Рио был готов к нападению. Все-таки он предчувствовал, что нечто грозное висело в воздухе.
Рио выстрелил Массаро в обе ноги. Тот почувствовал, как ноги под ним подкосились. Он медленно свалился и остался лежать на боку.
Его собратья стояли тихо. Они осознали, что нападение провалилось.
Рио направил свой револьвер на Массаро.
— Я это предполагал, — ухмыльнулся он издевательски. — Итак, ты замышлял заговор против меня, хотел захватить как заложника. Тебе не повезло, краснокожий. Ты знаешь, что мы сделаем с тобой?
Вик Макнелли уже двигался с лассо к тому выступающему обломку скалы, на котором около двух недель назад повесили больного Хуанито, чтобы вселить страх в остальных.
Такая же судьба должна была постигнуть и Массаро. Он был главой заговора. Когда он будет болтаться на виселице, другие струсят и не смогут собраться с мужеством, чтобы еще раз совершить нечто подобное.
Палач Макнелли перебросил веревку через выступ скалы. Это было очень эффектное место казни. Со всех сторон можно видеть повешенного, как жуткое предостережение.
Но это нужно было сделать, пока не прибыл дон Яго. Он наверняка распорядился бы вылечить раненого, чтобы тот мог вместе с другими вкалывать на серебряных рудниках.
Рио направил револьверы на двух пленных поблизости от него.
— Быстро! Поднимите его на ноги и отведите туда.
Он показал на место, где ожидал Макнелли.
Оба индейца не реагировали на его приказ.
— Ну, вы скоро? — заорал Рио. — Или вы хотите быть подстреленными и повешенными вместе с ним?
Оба молчали со вселяющим страх спокойствием.
Тут Рио понял, что скорее эти краснокожие дадут себя убить, чем понесут своего главаря к палачу. А большое кровопролитие Рио не мог себе позволить.
