Святые были издавна покровителями кузнецов, и надо думать, что кузнечная слобода здесь была не бедной, если сумела выстроить несколько церквей. Одна из церквей — «Старая» — освящена во имя святых Косьмы и Дамиана Асийских, «иже с миром успоша» (то есть умерших своей смертью), а вторая — «Новая» — Косьмы и Дамиана, оклеветанных завистниками и вероломно убитых.
Есть сведения о том, что здесь был монастырь. Он упоминается в духовной князя Ивана Юрьевича Патрикеева около 1498 г.: «Да мои ж места: Заяузская слобода с монастырем Кузмодемьяном», и возможно, что эти две церкви были когда-то монастырскими, а после упразднения его стали просто приходскими.
Две церкви, стоящие рядом и посвященные одним и тем же святым, вызывали любопытство москвичей. Рассказывали о том, что здесь жили два брата-богача; один из них выстроил на свои деньги Космодемьянскую церковь, а после постройки они рассорились, и второй брат решил построить уже на свои собственные средства еще одну церковь и тоже во имя тех же святых.
Церковь Спаса в Чигасах
Космодемьянская «Старая» церковь была построена, вероятно, ранее ее первого упоминания в документах. После пожара 1773 г. ее восстановил самый состоятельный прихожанин купец Лука Девятов, который владел «мишурной» фабрикой. Сломали церковь в 1936 г., а стояла она на месте правой части длинного комфортабельного жилого дома № 26–32 по Гончарной улице.
Церковь Свв. Косьмы и Дамиана «Новая» находилась на месте советского строения № 20. Она была выстроена в 1659–1662 гг., переделана к середине XVIII в. и еще раз перестроена архитектором И.И. Козловским в 1859 г. Это был внушительный четверик с пилястровыми портиками и мощным куполом. Церковь закрыли и постепенно стали перестраивать для различных нужд, и так «перестроили», что и признаков ее теперь не увидеть: может быть, только где-то в недрах современного «научного конструкторского бюро», как значится на вывеске, сохранились остатки церковного здания.
В 3-м Котельническом переулке за домом № 8/25 (1936 г., архитектор И.И. Ловейко) стоят палаты XVIII в. Они еще мало исследованы, и в их объеме могут быть значительно более древние части.
Двигаясь далее, мы попадаем в 4-й Котельнический переулок, бывший Брехов (старое название по фамилии владельца), и 5-й Котельнический, ранее Спасочигасовский. Такое несколько причудливо звучащее для нашего уха название он получил от церкви Спаса, «что в Чигасах», находившейся на месте дома № 12. Название же церкви обязано игумену Чигасу, основавшему в конце XV в. мужской монастырь со Спасской церковью. В летописи 1483 г. говорится, что «заложи церковь кирпичну Спас Святой за Яузой игумен Чигас», а в 1547 г. летописец упомянул о монастыре: «…загорешася за Яузой на Болвановке… и церковь Спаса выгоре в Чигасове монастыре». В связи с известием об этом пожаре в другой летописи были особо отмечены фрески знаменитого живописца Дионисия: «…церковь Спас в Чигасове монастыре выгоре и верьх ея падеся, подпись у церкви тое чюдна была Дионисья иконописца…» В 1625 г. монастыря уже не было, а Спасская церковь стала обычной приходской. Разрушили ее в 1929 г.; в ней, по воспоминаниям, был прекрасный иконостас XVIII в.
Невдалеке стояла еще одна церковь — Воскресения в Гончарах, славившаяся своим редким трехшатровым верхом. Все это обилие церквей, несомненно, говорит о населенности этих мест и зажиточности окрестных обитателей. Недаром в Москве ходила такая прибаутка:
У Спаса в Чигасах, за Яузой,Живут мужики богато.Гребут золото лопатами,Чисто серебро ковшиком.Слава!
В том же 5-м Котельническом переулке почти на углу с Гончарной улицей — произведение известного в начале нашего столетия архитектора. Это особняк (№ 9) представителя богатой купеческой семьи Зиминых, построенный в 1911 г. В.Д. Адамовичем, автором дома Второва на Спасопесковской площади и известной тогда виллы «Черный лебедь» в Петровском парке.
Кончаются переулки здесь 1-м и 2-м Гончарными. Они, как и Гончарная улица, напоминают об обширной слободе гончаров, прекрасно украсивших свою приходскую церковь Успения в Гончарах, здание которой, построенное к 1654 г., стоит на другом углу 5-го Котельнического переулка. Ее трапезная выстроена в 1702 г., а приземистая колокольня — в середине XVIII в. Особенно интересны в отделке церковного здания изразцы, опоясывающие северный фасад трапезной; на высоком барабане придела поставлены даже целые изразцовые фигуры, изображающие апостолов (о них раньше не знали и обнаружили под толстым слоем краски при очередном ремонте). Это сияющее богатство — дело рук слобожан Гончарной слободы и самого известного из них — Степана Полубеса. В церкви находится копия с копии чтимого образа Богоматери Троеручицы, впервые присланная из Хиландарского афонского монастыря как дар патриарху Никону. С 1948 г. тут находится подворье Болгарской православной церкви.
Уже ниже, от Гончарной улицы, отходит Рюмин переулок, бывший Швивогорский. В 1912 г. ему дали старое название, но не его, а соседнего Свешникова переулка.
Дом Баташева-Шепелева
В этом небольшом переулке можно видеть интересный образец московского модерна — особняк потомственного почетного гражданина Д.Ф. Беляева, перестроенный в 1903 г. из более старого здания по проекту А.А. Галецкого. Интересны красочные керамические вставки на садовом фасаде и живописная решетка на высокой каменной ограде.
Рюмин переулок выходит к разделу двух улиц — Яузской и Верхней Радищевской. Сюда же с противоположной стороны подходит Тетеринский переулок. Он проходит по местам, где в XVII — начале XVIII в. была небольшая (в 1632 г. всего 10 дворов) Тетеринская казенная слобода, населенная, вероятно, дворцовыми каменщиками. Начало переулка отмечают два архитектурных памятника. Справа — трехэтажное здание, построенное в 1790-х гг. в купеческой усадьбе. Разнообразен декор этого дома — лепные розетки, круглые ниши, сандрики (небольшие карнизы над окнами) на кронштейнах. Слева — двухэтажный южный флигель усадьбы И.Р. Баташева, главное здание которой располагается по Яузской улице (№ 11). Это один из самых видных образцов московского классицизма, выстроенный богатым фабрикантом Иваном Родионовичем Баташевым в начале XIX в. на большой усадьбе, образовавшейся после скупки нескольких владений. Среди них была и находившаяся на углу Тетеринского переулка немалая усадьба аптекаря Казимира Мейера, с жилым главным домом, стоявшим с правой стороны, не достигая примерно 8 метров до угла переулка. Усадьба Мейера в 1766 г. была приобретена знаменитым ученым Герардом Фридрихом Мюллером (в России он был известен как Федор Иванович Миллер), зачинателем систематического изучения российской истории. Он, бывший в Москве главой крупнейшего архива, скончался здесь в 1783 г.
На большом объединенном участке после сноса всех строений И.Р. Баташев между 1796 и 1804 гг. возвел дворцовое здание с двумя флигелями по улице. Утверждается, что правый флигель есть перестроенный дом Миллера, но это ошибка — флигель построен заново на пустопорожнем месте. В 1812 г. во дворе квартировал маршал Мюрат, впоследствии он принадлежал зятю Баташева, генерал-лейтенанту Дмитрию Шепелеву и его наследникам, сумевшим промотать громадное наследство. В 1866 г. дворец превращается в больницу для чернорабочих, теперь же это городская больница под странным названием «Медсантруд» (в первые годы советской власти дали ей «революционное» имя профсоюза медработников «Всекомсантруд»).
Герард Фридрих Мюллер
Далее переулок застроен в основном зданиями второй половины XIX в., владельцами которых были небогатые купцы и мещане. Только уже ближе к улице Земляной вал в конце XIX — начале ХХ в. появляются большие доходные дома № 14 (1912 г., архитектор О.О. Шишковский) и № 20 (1910 г., архитектор Э.К. Нирнзее). От Тетеринского отходит Землянский переулок, выходящий к Николоямской улице. Эти места долгое время были почти не застроены. Известно, что здесь находился большой «огород» боярина Никиты Романова, пожалованный в 1655 г. патриарху Никону под подворье, и огород Иверского монастыря. В конце XVIII в. на месте подворья располагалась усадьба (№ 2/30) с каменным домом, принадлежавшая двум сестрам — Марии и Варваре Чичериным, сестрам бабушки А.С. Пушкина, по фамилии которых переулок до 1950 г. назывался Чичеринским.
От Николоямской улицы перпендикулярно к набережным Яузы выходят два небольших переулка — Берников, названный по одному из домовладельцев (старое название — Блазновский — было также обязано его жителю), и Лыщиков переулок, который именовался Покровским по церкви Покрова Богородицы, «что на Лыщикове (или «на Лыщевой») горе». Ее название некоторые справочники производят от личного имени Лыщик, которое, однако, нигде не упоминается здесь. Утверждается также, что городище Лыщиково известно с XII в., но доказательств этому нет, археологические данные свидетельствуют о культурном слое XIV в.
