радостно рассмеялась. Алиска писала — она родила. Здоровенького мальчика. И уже дала ему имя. Прочитала имя малыша, и улыбка пропала. Алиска назвала своего малыша Демьяном. М-м-м, здорово. Какое удивительное совпадение. Чувствовала себя мамочка более чем хорошо, вторые роды прошли куда быстрее, лучше и легче первых.
Выписывать подругу планировали во вторник, что тоже очень хорошо. Отписалась ей: если меня выпишут в понедельник, как грозятся, обязательно тебя встречу и заберу. Вместе с тем поинтересовалась, кто еще планирует быть на выписке. Думала, Алексей по идее тоже должен быть, раз он отец, хоть и самый настоящий козел, как оказалось.
Диана писала — немного задерживается на своем курорте, но к понедельнику уже должна приехать. Чудно. Может, получится встретиться и с ней.
Глянула отписки клиентов, погрустила. Были те, кто отказывались от ожидания своей очереди, не готовые ждать, пока мастер в моем лице поправится и возьмет в пальцы электронную «кисточку». Печально, но что поделать, не бежать же мне за ними, падая на колени и слезно умоляя не покидать меня.
Ушли, и ладно — это их выбор. Я никого не держу. Многие из постоянных готовы были ждать, только по нескольку раз в день интересовались, когда я могу вернуться к работе. Их я тоже понимала, у писателей старты книг, масштабная работа, и тут я их подвожу. Вообще, я могла бы поработать и отсюда, но вряд ли меня отпустят домой за техникой, и попросить подвезти у меня некого; вдохновилась снами, и у меня как раз возникло множество новых, на мой вкус, интересных идей, но придется и им, и клиентам подождать до выписки.
Покрутив телефон в руках, сухо отписалась Дракону и, кинув телефон на тумбу, свернулась калачиком. Мысли скользнули в загадочный мир, а точнее, в империю Ниблер. Любопытно, какие еще расы ее населяют? Не верилось мне, что Девьян там единственный дракон. Вероятно, вся его семейка ― чешуйчатые огроменные рептилии. Есть ли там люди, а может, мифические эльфы или дриады, ведьмы? Кстати, ведьмы, по оговоркам самого Девьяна, точно есть. Кем была Лизетт, тоже дракон? Вряд ли. Мне кажется, тогда она бы смогла дать хоть какой-то отпор Девьяну, лично я — боролась бы до конца. А вот Лизетт… Возможно, она намеренно сдалась, не стала оттягивать неизбежное.
И все-таки, кто же враг? Младший принц Тьен или же кто-то, мне неведомый и скрывающийся в тени. Откроется ли мне эта тайна? Отчего-то я была полна уверенности: фрагменты жизни Девьяна, какие мне довелось увидеть, ― его многолетнее прошлое.
К слову, а сколько живут драконы? Сколько Девьяну годков? Уж точно не тридцать, на какой возраст он и выглядит после того как его внешность неожиданно претерпела изменения прямо на моих глазах, я и вовсе бы сказала: ему тридцать пять-семь, а на самом деле, только ему и известно, ну, еще и тем, кто его хорошо знает.
Как долго я еще буду видеть эти наполненные мистерией сны? Под ложечкой неприятно засосало. Каким бы жестоким ни был тот мир, а в его жестокости я успела убедиться, мне искренне хотелось, чтобы эти сны мне снились и дальше.
Узнать все тайны; узнать дракона получше, сама не знаю, зачем; узнать возможности факела и свои силы, могу ли я вообще чем-то помочь, и если не изменить прошлое, то…
Под «то» я внезапно и уснула. И сон мне в этот раз снился совершенно неожиданный. Яркий, наполненный запахами костра, живым огнем, тяжелым прерывистым дыханием, сплетенными телами на пропитанной влагой постели.
~*~*~*~
…Сильные тренированные руки удерживают меня за бедра, помогая глубже проникать горячему естеству; опираясь ладонями на мускулистую, с россыпью мелких, искрящихся в отсвете свечей чешуек грудь, откинула голову назад, судорожно выдыхая и привставая, чтобы вновь медленно, неторопливо опуститься на каменную плоть; вдох — сильный, доходящий до самого упора толчок; под ладонью с мелко подрагивающими пальцами размеренно бьется сильное сердце. Сжав твердость внутри себя, опустила голову, заглядывая в разноцветные, приоткрытые, неотрывно следящие за моим наслаждением глаза с вытянутым в иглу-линию зрачком, сквозь которые мной любовался притаившийся под кожей опасный хищник.
Покачиваясь на мужских бедрах, тяжело выдыхала, упиваясь неприкрытыми эмоциями, мелькающими на лице дракона; к спине прикоснулись кончики пальцев, пробежались вдоль позвоночника, вызывая легкую дрожь; пропустили сквозь пальцы пряди волос, накрыли затылок, мягко надавливая, ненавязчиво вынуждая наклониться к мужчине. Не стала сопротивляться, легла обнаженной грудью, тесно прижимаясь кожей к коже, позволяя языку дракона скользнуть в мой рот, играться с языком, признавая его право на приятную ласку.
Горячая ладонь надавила на поясницу, мужские ноги согнулись в коленях; перехватив инициативу, он выскользнул из меня, чтобы вбиться сильно, мощно, бескомпромиссно, до легкой боли, вызывая неудержимый стон в его упругие губы; несколько особо сильных глубоких толчков ― и дракон фиксирует одной рукой меня за талию и резко переворачивается, все так же соединенный с моим телом, нависает, гипнотизирует жадными до моего тела глазами, сводит с ума своим запахом; удерживает мои руки над головой одной ладонью; покачивает бедрами, едва раздвигая вход крупной головкой, срывая с моих губ жалобные всхлипы-стоны.
Темноволосая голова склонилась над ноющей грудью, влажные губы захватывают в плен сосок, и наконец он входит резким толчком. Подстегиваю мужчину криком, дергаю руками в желании прикоснуться к его телу, но он не позволяет, мучает жалящими ласками, покусывает, облизывает соски, меняя резкий темп на медленный, неторопливый, делая все возможное, чтобы окончательно свести меня с ума.
Из груди рвутся поскуливающие стоны, умоляющие о большем, просящие дать то, что так желанно, отпустить… подарить разрядку; чутко чувствующий меня и мое извивающееся под ним тело дракон улыбается, шепчет в пылающее ухо непонятные моему слуху рычащие слова, ласково поглаживает по щеке, после чего, подарив сладко-острый поцелуй, подхватывает под ягодицы, вновь меняет траекторию проникновения и перестает сдерживать себя, попросту вколачиваясь, тараня мое тело так жестко и остервенело, что искры сыплются из глаз.
Выгнувшись назад, ногтями царапаю постель, хватаюсь пальцами за простынь, бессвязно крича и задыхаясь от непередаваемых, накатывающих ошеломительно приятной лавиной ощущений, и взрываюсь изнутри, цапаю зубами свое запястье, глуша громкий протяжный крик, четко ощущая, как наливается, разбухает во мне и без того внушительный член, дергается, зажатый внутренними стенками, глубоко выплескивая свое семя.
~*~*~*~
Резко подорвавшись, расширенными дикими глазами оглядываю совершенно пустую палату; приложив к покрытому испариной лбу прохладное запястье, покачала головой. Ни хрена себе… сон. Мокрая насквозь майка неприятно липла к телу, трусики, судя по ощущению, можно было спокойно выжимать. Постельное белье сбилось
