– Да будет мне позволено задать несколько вопросов, дабы убедиться в том, что месьоры, зовущие себя волшебниками, в самом деле являются таковыми? – раскатистый голос ксальтоуна эхом заметался меж тонких золотистых колонн приемной залы.
– Всегда к вашим услугами, – Райан Монброн, которому не стоялось на месте, отвесил в сторону мага в алом одеянии легкий поклон. – Кстати, во избежание возможных недоразумений. Несколько дней назад во дворце побывал именно я. Вкупе с госпожой Эрде и моим младшим родственничком. Только не торопитесь обвинять меня в соучастии! Они просто не оставили мне иного выхода! И, в конце концов, отчего ваша милость не озаботилась надлежащим сохранением своей драгоценности? – Райан сопроводил эти слова милейшей улыбкой, до краев полной яда.
Ксальтоун пропустил дерзкий выпад мимо ушей, видимо, не сочтя Монброна-старшего достойным противником. Он повернулся к Эллару, но никаких обещанных вопросов не прозвучало. Маги просто смотрели друг на друга.
– Почему они молчат? – Чабела вполголоса обратилась к Рейе. – Я думала, ксальтоун сейчас начнет дотошно выспрашивать у твоего друга, кто он и откуда…
– Он и спрашивает, – Рейенир обеспокоено нахмурился. – Ваше величество, сделайте милость – отойдите от них подальше. Боюсь, их беседа может вылиться в поединок…
– Магический? – Чабела опасливо попятилась. Ее пример вдохновил стоявших неподалеку Просперо Пуантенца и недоуменно оглядывавшуюся Тарамис. – Надеюсь, они сообразят позаботиться, чтобы никто не пострадал?
– В горячке могут и забыть, – гуль забеспокоился всерьез, щелкнул пальцами, привлекая внимание Меланталь и Райана. Рабирийка в ответ состроила гримасу отчаяния – мол, что я могу поделать?
По залу пронесся слегка ощутимый холодок. Вокруг упрямо наклонившего голову Эллара возникло еле заметное глазу движение воздушных струй, с тихим посвистом описывавших широкие круги и постепенно наливавшихся пепельно-серым цветом.
– Их нельзя как-нибудь остановить? – испуганным шепотом спросила Тарамис.
– Уже нет. Они должны определить сильнейшего.
– Мне кажется, или… – слегка отсутствующим голосом проговорил Хальк. Он во все глаза уставился на золотого дракона – уменьшенного двойника знаменитого Большого трона Немедии, установленного на мраморном возвышении. Сидение трона, как и полагалось при аудиенции, занимал Тараск Эльсдорф. – Он движется?
– Нет, – чересчур убежденно возразила Чабела. – Это же статуя! Всего лишь золотая статуя!
– Он движется, – упрямо повторил аквилонец. – Стоит на месте и одновременно шевелится. Оживает.
– Да, – пробормотал Рейенир, опасавшийся худшего – возникновения огненных шаров или града ледяных стрел. Начинавшееся колдовство Эллара могло обернуться чем угодно, если у его создателя вновь не хватит сил удержать себя в руках. Вспыльчивый характер Эллара иногда приводил к тому, что заклинания разрывали наложенные на них ограничения, вырываясь на свободу. В тех случаях, о которых знали Рейе и Меланталь, разыгравшуюся магию удавалось обуздать, но вдруг… Сегодня, кажется, Эллару хватило соображения ограничиться сражением иллюзий. Любопытно, кто из присутствующих в церемониальной зале людей способен заметить сущности, пребывающие на грани Зримого и Незримого миров? Гуль пробежался взглядом по лицам окружающих, ловя меняющиеся выражения и угадывая, что кроется за ними. Оказывается, у Халька Юсдаля есть крохотная искра магического таланта! Он увидел созданных Элларом и ксальтоуном призраков, и теперь потрясенно созерцал поединок. Чабела, похоже, заметила нечто странное, но не в силах осознать, что именно. Она просто беспокоится. Тарамис не видит ничего, только чувствует холодок творимой волшбы. Принцесса Хорайи более восприимчива, но донельзя пуглива – сразу шарахнулась в сторону, неосознанно вцепившись в кого-то из свитских зингарки. Пуантенский герцог по прозвищу Леопард тоже что-то различает, хотя не успевает следить за стремительными движениями призрачных созданий. Самое удивительное, что принц – или король, кто их разберет, этих людей? – Тараск вполне осознает происходящее. Меланталь…
Меланталь!
Предсказательница с рождения отличалась от сородичей обостренными чувствами, а древняя магия Эллара порой слишком сильно ударяла по ее воображению. Вот и теперь девушка-гуль неуклюже мотала головой, словно пытаясь избавиться от дурного сна. Райан вовремя подхватил ее, бросил тревожный взгляд по сторонам, и, заметив таившиеся за колоннами маленькие скамьи, повлек еле державшуюся на ногах спутницу в более спокойное место. Рейе облегченно перевел дух: Монброн вполне в силах позаботиться о душевном равновесии рабирийки. Хотя Меланталь могла сама догадаться, что без применения магии не обойдется. Ксальтоуну совершенно не нужен конкурент, а Эллар не откажет себе в удовольствии проверить, что может противопоставить ему волшебник из рода людей. И, если тот окажется достаточно умел, привлечет его на свою сторону. Ибо могущество самого Эллара тоже изрядно поуменьшилось за прошедшие годы. Он многое знает, однако не так много может…
Сотканные магами призраки танцевали в струях темного ветра под самым потолком залы. Рейе видел их: поблескивающего бронзовой чешуей крылатого дракона, живой слепок с холодной вычурной статуи, и ало-бирюзовое создание, отчасти похожее на хищную птицу, творение ксальтоуна. Дракон и птица преследовали общую цель – быструю, неуловимую искру ослепительно-красного цвета. Хаотически метавшаяся искра оказывалась то в когтях дракона, то в клюве птицы, и тогда соперники превращались в круговорот непостижимых красок, пытаясь выхватить добычу. Рейениру показалось, будто птица одержала верх и сейчас принесет крохотную звезду своему хозяину, но дракон атаковал ее сбоку, заставив выпустить искру. Упавший огонек прочертил над залом крутую дугу, завершившуюся в подставленной ковшиком ладони Эллара. На какой-то миг яростный алый блеск стал виден всем присутствующим – кто-то ахнул, кто-то приглушенно вскрикнул, закрывая рукой глаза.
Ледяной ветер стих. Привидения растаяли. Тараск яростно обернулся к ксальтоуну, намереваясь бросить своему придворному волшебнику что-то резкое, но носитель драконьей маски бесцеремонно повернулся к нему и настороженному залу спиной, едва не упав, и, неестественно выпрямившись, зашагал к дверям.
– Что сие значит? – негромко осведомилась Чабела.
– Эллар выиграл поединок, – чуть запинаясь, проговорил Хальк Юсдаль. – Верно?
Рейенир молча кивнул. Рабирийский маг одолел своего противника, хотя и не без труда. Победил – и приобрел врага. Ксальтоуну, похоже, еще никто не бросал подобного вызова, и волшебник в алом не научился достойно проигрывать. Теперь он озаботится одним стремлением – отомстить.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
