это нет? — обеспокоился Кирилл. — Не могла же она уйти.
— Нет — и все! — Женя рубанул воздух, покачнулся и попытался сфокусировать взгляд на Лизе. — Ты кто?
— Подруга Кати. Самая лучшая.
— А Эля где? — Он был настойчив.
— Не знаю, — Лиза пожала плечами. — Может, в туалете или в ванной.
— Мысль, — Женя больно ткнул Лизу пальцем и шагнул в паническом испуге в гостиную, однако путь ему коварно преградила тюлевая занавеска. Он суматошно замахал руками, запутываясь все сильнее. Лиза с ужасом подумала, что еще немного, и ему на голову рухнет карниз. Но тут, к счастью, в зловредном тюле обнаружилась спасительная брешь, и Женя с возгласом «У-у!» нырнул в комнату.
— Я хочу домой, — сказала Лиза.
— По-моему, у тебя развивается маниакальная идея, — констатировал Кирилл.
Лиза прыснула. Почему-то стало весело.
— Пошли искать Элю, — предложила она и смело вошла в громыхающую звуками темноту за балконной дверью.
Розыском пропавшей была озабочена уже большая часть гостей, за исключением парочки, которая, как в стоп-кадре, продолжала целоваться посреди гостиной. Федя Нехорошее где-то раздобыл хозяйскую видеокамеру и вдохновленно снимал группу поиска, комментируя происходящие события почти внятным русским языком. Были обследованы все четыре комнаты, один туалет и одна ванная. Оставалась еще одна ванная в спальне родителей и кухня. Решили начать с ванной. И точно! Обнаружили ее запертой.
— Эля! — закричал обрадованный Женя. — Ты там? — Приложил ухо к двери, послушал. — Вода льется. А Эли нет. — Язык у него немного заплетался.
— Как это нет, если вода льется? — резонно возразил Федор и хорошо поставленным голосом вдруг спросил, не сводя с Жени объектива камеры: — Скажите, князь, вы верите в таинственную связь водной стихии и человеческой личности? — На слове «личности» Федя сильно икнул, поэтому получилось — «ичности».
Кто-то за спиной громко захохотал, а Женя обиделся.
— Дурак дураком, — сказал он Феде. — А с виду вроде умный, — затем приложил рот к узкой щели между дверью и косяком и, выпячивая губы, неожиданно голосисто заорал: — Эля, открой! Элечка!!!
— Ты чего орешь? — Лешка, здоровый парень из одной с Катей группы, схватил его за плечо.
— А вдруг ей там плохо? — Женя чуть не плакал.
— Тогда надо выбить дверь, — рассудительно произнес Леша. — Посторонись.
Он отошел на пару шагов и со всего маху бросился на дверь. Удар получился мощный. Замочек отлетел в сторону, и дверь распахнулась. Эля действительно находилась там. И ей действительно было плохо. Ее, видимо, уже давно рвало в ванну водкой и помидорами. Она нерасчетливо попыталась сделать две вещи одновременно: правой рукой закрутить кран, а левой загородиться от непрошеного вторжения. Руки разошлись в стороны, и Эля, потеряв равновесие, мягко спланировала в ванну — прямо в возвращенный продукт.
— Эля! — дурным голосом завопил Женя. И тут же накинулся на Лешку: — Кретин! Ты же мог ее убить!
— Да я чего. Я не хотел, — вышибатель дверей виновато развел руками. — Я ведь слегка.
— Слегка, — проворчал Женя. — Эля, Элечка, ты меня слышишь, детка?
— Без единого всплеска вошла в воду чемпионка местного значения Эльмира Казанцева, — тоном профессионального спортивного комментатора сказал Федя и навел камеру на Женю. — И давно вы ее тренируете?
— Скотина, — с надрывом в голосе отреагировал тот.
Он приподнял девушку, но не удержал, ее ноги заскользили, и она опять села на остатки помидоров.
— Голова сильно кружится, — простонала Эля.
— Это ничего, — засуетился Женя. — Надо душ принять, а то ты испачкалась немного.
Недолго думая, он повернул ручку, душ фыркнул, и струя ударила прямо Эле в лицо.
— Холодно, балда! — сердито закричала облитая.
— Сейчас, детка, будет теплее. — Он покрутил краны. Эля застучала зубами.
Женя оставил попытки наладить водный обогрев, сгреб девушку и, расталкивая любопытных и опасно качаясь, внес ее в спальню. Уронил на широченную кровать и, ползая вокруг на четвереньках, попытался чем-нибудь укрыть.
— Она же вся мокрая, идиот! Что ты делаешь? — Катя, с трудом сдерживая смех, подбежала к Жене и отпихнула его. — Надо ее переодеть во что-нибудь сухое и теплое. Эля! — Она потрясла девушку за плечо. — Где здесь одежда?
Но Эля, с трудом разлепив веки, только невнятно пробормотала:
— Плывет куда-то…
— Так, — Катя оглядела собравшихся у постели. — Это, наверное, шкафы родителей, — указательный палец по направлению к встроенным шкафам. — Но это дела не меняет. Не станут же они возражать, если родная дочь наденет их шмотки.
— Вперед, — сказал Федя и дернул ручку. — Заперто.
— Ломать надо, — флегматично произнес Леша.
— А мы пока ее разденем, — обрадованно предложил Костя.
— И это правильно! — дурными голосами завопили остальные.
— Вы что, рехнулись? — очнулась Лиза, но ее уже никто не услышал.
Воодушевленная делом пьяная компания шумно высыпала из спальни и устремилась на поиски необходимых инструментов. И Катя впереди всех — она, похоже, веселилась от души.
— Их надо остановить, — беспомощно сказала Лиза Кириллу.
— Безнадега, — он покачал головой. — Пойдем на балкон?
— Пойдем, — и Лиза с Кириллом удалились с поля битвы, бросив на произвол судьбы и раздетую Элю, и хныкающего Женю, и разгромленную квартиру.
Тем временем на кухне нашелся тесак для разделки мяса, и Леша с Федей занялись шкафом. Они уже отжали дверь, когда из гостиной донесся отчаянный вопль:
— Пожар!!!
Все повалили в гостиную. В спальне остались лишь бездыханная голая Эля и пьяненький, но преданный Женя, который начал в поисках теплой одежды вываливать из шкафа белье хозяйки дома.
В гостиной на самом деле горело. Юноша Андрюша выронил сигарету, которая обожгла ему пальцы. От окурка занялся ковер. Не зная, что делать, молодой человек схватил со стола первую попавшуюся под руку бутылку и вылил ее содержимое на огонь. В бутылке была водка. Тут виновник пожара и закричал. Прибежавший первым Федя сдернул с дивана покрывало и накинул на пламя. Навалились всей толпой — и костерок затушили.
— Ну дела, — проговорил Костя. — После такого дела надо выпить.
— Кончилось все, — Андрюша перевернул бутылку вверх дном. — Это была последняя. Которая смертью храбрых.
— В чем вопрос, мужики? Киоски же внизу, — пробасил Леха.
— Вперед, — немного устало сказал Федор.
Вскоре в квартире осталось совсем немного народу. Лиза все-таки настояла на уходе из этого сумасшедшего дома; компания, вышедшая на поиски спиртного, так и не вернулась; Венгр, всеми забытый, продолжал спать в нише. И только Женя, уложив на сладко посапывающую Элю все обнаруженное нижнее белье, продолжал активное существование.
Он был сильно опечален. Женя точно знал, что Эля за что-то на него смертельно обиделась, но вот за что именно — вспомнить никак не мог. Понуро послонявшись по разгромленной квартире, он решил, что вечеринка закончилась, и, движимый благородными мотивами, надумал вымыть
