и не смог этого пережить. Для некоторых поражение — самое ужасное, что может случиться. Мне дали небольшой срок, благодаря связям семьи. Вот и все. Ну что, я слишком плохой для тебя, м?
Горю от его взглядов и намеков.
— Нет. Ты… Не плохой. Я бы даже сказала, что ты совсем не плохой, как оказывается. Но все равно… опасный, — признаюсь.
У меня от него дыхание перехватывает. Воздух в легких заканчивается. Немного отвлекаюсь на телефон, переписку с Аней. Ее брат все еще лютует, но уже отпускает подругу на непродолжительные прогулки.
Замечаю внимательный взгляд Тихона.
— У тебя не самый хороший телефон, — отмечает. — Просто отстой.
— Ну, если ты так говоришь из-за того, что сравниваешь мой трехлетний не самый новый «Самсунг» со своим новеньким «Айфоном», тогда да, это мой телефон, и он пока неплохо работает.
— Да ладно тебе, ни за что не поверю, что он тебе на самом деле нравится.
— Это то, что я могу себе позволить. Может быть, в твоей жизни никогда не было период, когда ты не мог позволить себе многого, но у меня это не так.
— Ты права. Не было такого периода. Иногда мне кажется, что я счастливчик. Но настоящим счастливчиком я себя почувствовал только сегодня. Когда увидел и понял, что ты спишь в моей футболке.
Он поднимается и тянется ко мне через весь стол, и я не могла унять трепет в груди.
Роскошный мужчина передо мной тянется за поцелуем.
Я теряюсь в водовороте чувств. По мне разливается жидкое пламя, и чувствую, как меняется мое тело: соски затвердели, а между ног стало нестерпимо жарко.
Тихон начал отстраняться, с тихими ругательствами. Но, протянув руку, я опускаю ладонь на его щеку, останавливая мужчину.
— Мне не хочется заканчивать этот поцелуй, — признаюсь едва слышно.
— Я вообще не хочу останавливаться, — выдыхает рвано. — Глаш. Доверься мне. Я не пропаду снова. Не поступлю так с тобой. Я… Все сделаю, чтобы ты чувствовала себя уверенно и защищенно, свободно. Ничего не стесняясь. Тем более, своих желаний, в которых нет ничего плохого и стыдного.
Ничто не успокаивало меня как его слова, уверенность.
Жар и трепет в каждой клеточке тела.
Мне немного боязно, но я бы все на свете отдала за то, чтобы он не выпускал меня из своих объятий.
— Поехали со мной. Нам никто не помешает, — предлагает он.
И я согласно киваю.
Быстро-быстро киваю, зажмурившись, пока не передумала.
* * *
Чуть позднее
Мы в отеле. Я стою в роскошном номере и просто не помню, как мы сюда добрались.
Помню, как сидели в кафе, целовались, как он слизывал остатки шоколадного крема с моих губ, потом короткий, откровенный разговор и вот… мы уже здесь.
У меня подрагивают кончики пальцев.
Горячие, тугие объятия сзади, его губы на моей шее.
При взгляде на огромную кровать все внутри начинает трепетать.
— Если хочешь, пойдем в ванную.
— Нет, — шепчу. — Давай уже… Покончим с этим!
— Воу… Не говори так, малыха!
Он прижимается бедрами к моей заднице, я чувствую его каменную эрекцию. Вспоминаю, как при первой встрече у него приподнялся член над водой, как потом он мастурбировал и кончил у меня на глазах.
Ооо…
Я просто не могу контролировать жар своего тела и хочу… хочу этого мужчину так сильно, что боюсь просто перегореть!
— Не говори так, Малыха… — продолжает Тихон, целуя мою шею.
Ладони скользят по всему телу, сжимают грудь, гладят ягодицы, расстегивают молнию короткого платья.
— Иначе у меня появляется соблазн… взять тебя. Быстро. И горячо..
Его голос ласкает слух и плавит волю.
— Но сделав так, я не хочу напугать тебя, Малыха. Поэтому давай мы не будем спешить, а?
Через миг он садится у моих ног и… тянет вниз брюки. Они тесные, узкие, снимаются сразу с трусиками.
Я зажмуриваюсь, переступив через них.
Тихон застывает. Обернувшись, я понимаю, что он разглядывает мои трусики. Которые темнеют влажным пятнышком моего возбуждения.
Он проводит пальцами там… по трусикам, а горячо становится у меня между ног.
— Знаешь, у нас проблема. Кажется, ты готова. Очень готова… — смотрит на меня снизу вверх. — Сними платье и лифчик. Я могу приглушить свет, если хочешь.
— Да, немного, — выдыхаю. — Но я хочу тебя видеть.
— И я тебя.
Он выполняет мою просьбу, приглушив освещение в номере так, что оно становится приятно-интимным, но все-таки позволяющим разглядеть друг друга целиком.
Раздеваюсь так, словно обнажаю не только тело, но и душу. Тихон, глядя на меня, раздевается тоже. Выуживает из кармана куртки пакетик с защитой и вскрывает ее.
Пути назад нет, и мне не хочется отступать.
Впервые хочется пойти до конца… До того самого конца, к которому Тихон приставляет кругляшок презерватива и… натягивает.
Глава 28
Глаша
Прозрачный латекс раскатывается по напряженному стволу, обвитому напряженными венами.
— Я сейчас в тебя… Пиздец, кроет, — признается. — Иди к кровати, Малыха.
Два-три шага. Я не свожу с Тихона пристального взгляда. Ложусь аккуратно. Он забирается сверху, тянется за поцелуем, стремительно врывается в мой ротик, целуя до головокружения.
Горячие ладони гладят мои бедра, сжимают колени.
— Согни ноги в коленях и раздвинь их для меня. Раздвинь свои ножки, впусти… — шепчет на ушко, целуя.
Стоит мне так сделать, как сразу же туда устремляются его пальцы.
— Ты красивая, запомни… Очень красивая и отзывчивая, ммм… — скользит пальцами по той самой точке, от которой во все стороны завихрениями проносится ток. — Самая отзывчивая и нежная девочка… О да… Да… Ааар… — стонет.
Его лоб опирается о мой, губы жадно впускают и выпускают жар дыхания.
Внутрь скользит всего один палец, меня подбрасывает вверх, бедра дрожат. Пульсация становится жаркой и невозможно острой.
— Я немного подготовлю тебя… Но ты… ужасно готовая… Не обидишься, если я буду называть вещи своими именами? Ммм… Хочу твою вкусную киску. Членом. Языком… Руками… Всем-всем хочу… Дай немного сбавить пыл, и потом я тебя просто замучаю ласками, замучаю, Малыха…
Его палец движется все быстрее, немного тянет из стороны в сторону, к нему входит второй.
От сильных ощущений не могу сдержать стоны.
— Стони. Кричи, если хочешь… Это только для нас двоих… — ускоряется. — Только для нас.
Опершись на локти, запрокидываю голову назад, постанывая. Бедра дрожат.
— Подмахни, даа… Да… Смотри, как твоя киска выпрашивает ласку… А, черт, я на старте… Не могу больше. В тебя… В тебя хочу… — стонет.
Он ловит мой подбородок и целует в губы. Пальцы, только что двигающиеся между ног, обхватывают бедро, раскрывая меня еще
