— В другой раз я посмотрю на это с огромным удовольствием, но сегодня не могу ждать ни секунды. — Он остановился перед дверью с надписью «Занаду» и вставил ключ. — Знаешь ли ты, сколько дней прошло с тех пор, как я в последний раз был с тобой?
Слишком много. Мысли путались, затуманенные страстью, чтобы что-то там считать. Да она уж и счет потеряла. Кажется, прошла целая вечность.
В номере она заморгала от быстрой вспышки яркого света, прежде чем он притушил освещение.
— Это Занаду? — Она окинула взглядом стены, окрашенные в кремовый цвет с прожилками золотистого. Повсюду на золотистых цепях различной длины были развешены светильники, и их янтарные шары отражали золото, отчего вся комната, казалось, мерцала. Мебель в восточном стиле располагалась вокруг камина, который ожил, едва Вито зажег свет.
— Думаю, за основу взята поэма Кольриджа. Если не ошибаюсь, там есть такие слова:
Построил в Занаду КублаЧертог, земных соблазнов храм[2].
Он жестом указал на дверь в боковой стене гостиной.
— По крайней мере это стихотворение висит в рамке над кроватью.
Кровать. Только в устах Вито это обычное слово могло звучать так эротично.
Ее воображение немедленно устремилось в спальню, представляя все то, что они могут делать там друг с другом — друг для друга, — прежде чем закончится эта ночь. Или по крайней мере до того, как она уйдет к себе. Ибо, как бы сильно ее тело ни жаждало сегодня ласк Вито, она не хотела травить себе душу, проснувшись рядом с ним утром. Какая бы связующая нить не протянулась между ними этим летом, она порвется, как только закончится свадьба Жизель.
Осталось всего несколько дней. А это значит, они должны ценить каждое мгновенье, проведенное вместе, и не терять ни минуты.
О чем она думает?
Вито никогда бы в голову не пришло, что он может вот так стоять посреди экзотического гостиничного номера вместе с женщиной, прямо-таки излучающей сексуальность, и мучиться вопросом, что у нее на уме. Однако, похоже, все именно так.
Он поставил кулинарный шедевр своей сестры на декоративный журнальный столик.
— О чем ты задумалась, Кристин? — Вито взял ее за руку, наслаждаясь мягким скольжением прохладных пальцев по его коже. Сегодня она покрасила ногти бледно-розовым мерцающим лаком. На ней не было украшений, ибо никакие камни или побрякушки не могли тягаться с ее естественной красотой, а солнечная улыбка и тронутая легким загаром кожа не нуждались ни в каком изысканном макияже.
Ее взгляд скользнул к сладкой фигурке на столе.
— Просто размышляю, неужели ты так уверен в своих способностях, что не нуждаешься в образце? — Поддразнивающие нотки в голосе девушки успокоили его — по крайней мере, даже если ее что-то и тревожило, это прошло.
— Это не потому, что я чересчур самоуверен. — Он забрал маленькую серебристую сумочку из ее пальцев и положил на подлокотник кресла. Ведя ее в глубь комнаты, Вито любовался мерцанием ее волос в свете янтарных светильников, отбрасывающих мириады коричневато-золотистых бликов. — Я просто до некоторой степени знаком с «Кама Сутрой». — Остановившись перед камином, он поднес руку к бретельке ее платья и провел по ней от плеча до ключицы и ниже, по нежной коже над грудью. Возвращаясь тем же путем, он скользнул пальцами под узкую полоску и спустил бретельку с плеча.
Трепет наслаждения пробежал по ее телу.
— Ты испорченный и безнравственный. — В хрипловатом тоне, однако, не было порицания. Напротив, это прозвучало как высокая похвала. — И что же, это твое знакомство с индийским сексуальным трактатом чисто теоретическое? Или теория подкреплялась регулярной практикой с женщинами всех континентов?
Склонившись над обнаженным плечом, Вито провел языком там, где была бретелька, и легонько подул. Наградой ему была новая волна дрожи, и веки Кристин медленно опустились.
— Забудь, что я спросила, — пробормотала она, зарываясь пальцами в его волосы. — Как бы ты ни приобрел свои навыки, Сезар, ты определенно хорошо знаешь дело.
— Это в основном книжное знание, — тем не менее ответил он, спуская вторую бретельку с плеча. — Некоторые для расширения опыта смотрят дешевое порно, я же читаю.
— Ты хочешь сказать, что я имею дело с ученым специалистом? — Она открыла глаза и взглянула на него сквозь длинные ресницы. — Будет нелегко найти тебе замену.
Он не хотел даже думать об этом. Ему невыносима мысль, что кто-то другой станет вот так же прикасаться к ней.
— Может, я хочу сделать себя незаменимым. — Пальцы спустились вниз по спине, нащупали молнию на платье и чуть приспустили застежку. — Незабываемым. — Без поддержки бретелей платье заскользило вниз, открывая взору сногсшибательное черное белье и кремовую кожу. — Или, может, я чувствую необходимость стереть из твоей памяти все воспоминания о бывшем женихе.
Она улыбнулась, когда синяя ткань платья приземлилась вокруг лодыжек, оставив ее в наряде, который вполне мог бы быть позаимствован у стриптизерши с девичника. Перешагнув преграду из темно-синего шелка, она очутилась прямо в его объятиях.
— Это было бы просто замечательно. — Ее пальцы отыскали узел галстука и потянули за него. — У тебя на примете есть какие-нибудь изощренные любовные трюки, которые заставят меня забыть обо всех, с кем я когда-либо была?
Он не отрывал глаз от черного атласного лифчика с кружевными вставками и ярко-синей ленточки, связывающей его половинки. Маленькие черные бикини продолжали тему крошечным синим бантиком чуть ниже пупка.
— Да уж, придется немало потрудиться, чтобы сделать эту ночь для тебя такой же незабываемой, как этот твой наряд сегодня. — Он не мог припомнить, чтобы видел что-нибудь столь же соблазнительное. Единственное, чего не хватало, — это ее рабочих ботинок, которые сводили его с ума. — Ты выглядишь умопомрачительно.
Она поиграла концами ленточки на груди.
— Жизель сказала, что никто не уйдет с ее вечеринки без должной экипировки. А как насчет тебя, Сезар? Есть у тебя для меня какие-нибудь сюрпризы под одеждой? — Ее руки прошлись по его пуговицам, легко и быстро расстегивая их.
— То, что имеется у меня, едва ли станет для тебя сюрпризом. — Он схватил девушку за плечи, когда она потянула рубашку из брюк.
— От этого он не становится менее желанным. — Она положила ладонь на ширинку его брюк, погладила пальцем твердую выпуклость под ними.
Он со стоном схватился за ремень, отвел ее руку в сторону, снял брюки и бросил их на тахту возле камина.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
