продолжая есть чай с печеньем. Прекрасная альтернатива попкорну!
— Кормят хорошо, — ответил я, прожевав.
— Да как ты можешь это есть? И пить из этой потёртой чашки? — снова закипела сестра.
Чем сильнее она злилась, тем лучше говорила. Вот же парадокс!
— Ну подумаешь, рисунок стёрся, — ответил я. — А печенье то тебе чем не угодило? Ценником?
Марс зарычал. Так он транслировал эмоции хозяйки. Но Лесси я этого объяснить не успел, поэтому девушка вздрогнула.
— Он не обидит, — я попытался её успокоить.
— А мне так не кажется. Меня разорвут на части в собственной квартире, — дрожащим голосом Лесси призналась в своих страхах.
— Свет, успокой Марса, — попросил я.
Сестра строго посмотрела на волка, и он замолчал. Прилёг на коврик в прихожей, да так что он полностью скрылся под телом Марса. Там же оказались и мои кроссовки, которых волк не заметил.
— Почему ты не уходишь? Не хочешь возвращаться к нашему любимому брату? — продолжил я.
Но старался не перегибать палку, чтобы Света не ушла чисто из принципа.
— Мне надо подумать, куда идти, — ответила сестра почти без запинок и достала телефон.
Я внимательно наблюдал, как с сестры слетают розовые очки. Она начала звонить арендодателям, и большинство из них не были готовы показать квартиру или дом вот прямо сейчас, как надо было Свете. В другой половине случаев разговор заканчивался, когда сестра отказывалась называть свою фамилию. Только после пятого случая, она решила представляться Алмазовой Светланой, что меня крайне позабавило. Только вот ни один арендодатель не согласился на магическое животное, даже за дополнительную плату. Конечно, ведь от огромного волка можно ожидать чего угодно, несмотря на все заверения хозяйки в послушании.
Света сдалась после тридцатого звонка и вернулась на кухню. Села на стул и прикрыла лицо руками. Она была в отчаянии. Но без этого этапа не будет принятия, поэтому я просто ждал.
— Свет, ты правда считаешь, что гордость это самое важное в тебе? — внезапно спросила Лесси.
— Меня определяет статус, — коряво ответила сестра.
— С чего ты взяла? — серьёзно спросил я. — Ты сама выбираешь кем быть, где жить, с кем общаться.
— Но я не хочу жить здесь. Даже неделю, — сказала сестра жестами.
— Эй, не надо тут языка жестов. Вдруг ты там про меня гадости говоришь, — насупилась Лесси.
— Нет, она просто снова говорит, что не хочет здесь оставаться. Хочет узнать, что с ней сделает наш старший брат ради её доли наследства и информации. Придётся и нам переезжать, сомневаюсь, что Света выдержит пытки. Особенно если брат пригласит ментального мага, — я вспомнил, как сам недавно противостоял артефакту с такой душой и сморщился.
— Почему ты не хочешь помочь? — жестами продолжила сестра.
— Как не хочу? Я привёл тебя в место, где никто не станет искать. А ты тут к стёртой надписи на кружке придираешься.
— Не только. Я видела за открытой дверью какая там кровать. На таком спать не буду, — быстрыми движениями рук обозначила Света.
А я улыбнулся. Вот мы и нашли истинную причину недовольства.
— А, так давай купим для Лесси новый матрас и постельное бельё. Тебе всё равно надо одежду заказывать, вот и принесут оптом.
— У меня наличка, — напомнила сестра, на этот раз словами.
— Банкомат есть на соседней улице. Я сейчас туда схожу, а ты пока начинай выбирать, что тебе необходимо для жизни.
Я открыл приложение популярного маркетплейса и протянул сестре. Пусть добавляет в корзину.
— Лёш, — осторожно позвала меня Лесси.
— Да, если тебе тоже что-то нужно, то скидывай ссылки в мессенджере. Но в пределах разумного, — ответил я на незаданный вопрос.
— Спасибо! — обрадовалась девушка и захлопала в ладоши.
Я же пошёл к выходу. Сумку Светы брать не стал, она мне по стилю совершенно не подходила. Если бы я завидел у банкомата парня с женской сумочкой, то наверняка бы позвонил в полицию. Поэтому вместо этого высыпал всё содержимое себе в рюкзак. Потом минут пять уговаривал Марса встать с моих кроссовок и подвинуться, а то он заполонил весь проход.
Когда вышел из квартиры, то услышал звуки работающего лифта. Нажал на кнопку, и через минуту предо мной открылась дверь. И только я успел обрадоваться, что день начинает налаживаться, как лифт остановился, а свет погас.
— Ненавижу лифты, — прошептал мне на ухо Макар. — Надеюсь, трос не порвётся, и ты не валишься вниз. Так, с девятого этажа можно и в лепёшку разбиться.
— А ты умеешь подбадривать, — буркнул я.
— Стараюсь изо всех сил!
Телефон я оставил девушкам, поэтому не мог посветить на панель, где должна располагаться кнопка вызова мастера. Тыкать во всё подряд в старом лифте — тоже так себе идея, поэтому изворачивался, как мог:
— Макар, ну-ка проявись.
Призрак появился, озарив кабину лифта тусклым светом.
— Появился, и зачем? — спросил призрак.
— Вот сюда встань, — указал я на панель с кнопками.
Надписи на них были полустёрты, поэтому я с большим трудом различил ту, где когда-то было написано «Вызов».
— Неприлично в призраков пальцы совать, — изобразил обиду Макар и скрылся.
В кабине раздался одиночный гудок, затем — тишина. Но стоило мне смириться с тем, что кнопка не работает, как из динамика раздался раздражённый женский голос:
— Алло! Говорите! Если это опять баловство, то я полицию вызову!
— Это ваши мастера балуются, раз лифт ломается второй раз за день, — громко ответил я.
— Ой.
— Ага. Так вы отправите кого-нибудь вытащить меня или мне самому двери выламывать?
— Да-да, мастер только вышел из вашего подъезда. Сейчас отправлю его
