я её поторопил, поскольку завтра начинались занятия, и телефон будет мне позарез нужен. Особенно если Зубастик вдруг сгрыз мой планшет.
В итоге сестра копейка в копейку уложилась в лимит. Я добавил в корзину все товары Лесси и оформил заказ на завтра. К сожалению, ночью доставка не работала.
— Не оставляй меня одну, — взмолилась сестра, когда я пошёл к выходу.
— Я не могу пропустить учёбу. Неделя осталась до каникул, потом поедем на испытание, — пообещал я.
— Мне крайне некомфортно находиться с малознакомыми людьми в одном помещении. Твоя подруга меня напрягает, — жестами призналась сестра.
— У вас как раз будет время, чтобы подружиться, — улыбнулся я и ответил на языке жестов.
Света ещё раз бросила на меня умоляющий взгляд, и стоящий за ней Марс повторил то же самое. Нет, на этот раз вам меня не пронять! Матрас за сорок тысяч заказан, комфортнее условий не придумаешь…
— Свет, я позвоню тебе сутра.
— Ла-ладно, — промямлила она. — Кстати, а какие у тебя отношения с Марией Ларионовой?
— А ты откуда про неё знаешь?
— Она тебе сердечки отправляла. Вот я и за-зашла в сообщения.
— Это уже моё дело. Доброй ночи, Свет, — вымученно улыбнулся я и вышел из квартиры.
Фух! Ну, наконец, разобрались! Если Света не сбежит до утра, значит, всё будет в порядке. И я даже на последний автобус успеваю.
В училище я вернулся за пять минут до крайнего времени. Прошёл турникет и столкнулся с охранником. С тем стариком, которому я помогал переносить скамейку перед нападением летающего регата.
— Здравствуйте, Алексей, — он добродушно улыбнулся.
— Здравствуйте, — я ответил также, потому что этого человека действительно был рад видеть.
— Вас куратор искал. Иваном Фёдоровичем вроде, зовут. Говорил, что не может дозвониться.
Я проверил вызовы. Куратор звонил мне раз десять, но в это время телефон был у Светы, и она без зазрения совести отклоняла вызовы. И ведь даже не подумала сообщить, что мне звонили. Кажется, пора браться за перевоспитание сестры, пока не стало слишком поздно…
— Спасибо, сейчас же ему позвоню, — пообещал я.
— А он вас ждёт в вашей комнате. Генерал позвонил и просил выдать ему ключ. Об этом я и хотел вас предупредить.
Мне с трудом удалось скрыть удивление. Что куратор забыл в моей комнате ночью? Ладно, сейчас узнаем…
Я поднялся к своей комнате и толкнул дверь, которая была приоткрыта. Как и говорил охранник, Иван Фёдорович ждал меня. Он сидел за столом и строго смотрел на меня, встречая своего блудного стажёра.
— Что-то случилось? — насторожился я, ведь чтобы оставить канцтовары с моими подопечными для подзарядки. не надо было здесь оставаться.
— Да, случилось. Алексей, мой друг из полиции передал, что пришло сообщение о пропаже ещё трёх ваших близких родственников. Хотел лично сообщить неприятную новость. Жаль, что всё так складывается…
— Про Светлану и Евгения я знаю, а третий кто?
— Ваша мать. Воронцова Виктория Владимировна.
Глава 10
— Что? — я не поверил своим ушам.
Ладно, разборки между братьями, каждый из которых может стать прямым наследником после прохождения испытания. Но мать тут при чём?
— Мне жаль. Вчера ночью она покинула ваш особняк в Москве, и больше её никто не видел. Полиция ждёт, пока пройдут положенное трое суток, чтобы начать поиски. Но сами понимаете, навряд ли она так надолго вышла за хлебом, не взяв ни машину, ни слуг.
— Понимаю, — ответил я и в задумчивости опустился на кровать.
У Александра был лишь один резон похищать нашу со Светой мать — ради шантажа, чтобы выманить нас. Но поскольку мы с сестрой скрывались, требования ему выставлять было некуда. И он решил сообщить самым банальным способом — через объявление в розыск.
Я совершенно не знал эту женщину. И видел только на фотографиях в глобале. Но у этого тела остались к ней тёплые чувства… Сейчас на грудь давила тяжёлая тревога, а сердце забилось чаще. Оно грозило выпрыгнуть из груди при одной мысли, что мою семью уничтожают один за другим. И всё из-за грёбаного наследства! Да лучше бы мы простолюдинами родились… Хотя бедняки способны убить и за меньшее.
Но у меня сохранялась вера в людей, как бы наивно это ни звучало даже в моей голове. Не важно аристократы или простолюдины, я уже успел убедиться, что среди всех сословий встречаются как конченые ублюдки, так и вполне хорошие люди.
— Иван Фёдорович, я не могу просто так это оставить. Вы сможете выбить мне освобождение на два дня? — спросил я, а кулаки невольно сжались.
Представил встречу со старшим братцем. Тогда я уж точно научу его ценить и уважать свою семью!
— Зачем? Полиция уже занимается этим вопросом.
— Полиция ничего и никого не найдёт, понимаете почему? — перебил я куратора.
— Вполне. Я вырос среди интриг, и вы не представляете, как рад был от них избавиться. Но вы собираетесь пропустить все контрольные, что намечаются за эти дни. Лев Борисович будет против. Да и вашего нового питомца нельзя надолго оставлять одного.
— Насчёт контрольных можно договориться. Я сдам всё в оставшиеся дни. Но вы же больше переживаете за Зубастика?
— Да. И не только я. Понимаю, что вы хотите как можно скорее помочь своей семье, но это не повод оставлять регата одного… Вы уже и имя ему дали. Куда катится мир?
— К приручению животных. Пойдемте в соседнюю комнату, и я докажу, что Зубастик не опасен.
— Алексей, вам надо убеждать не меня…
— Знаю, не вас, а весь мир. Но начнем с малого.
Я пригласил куратора пойти за мной. Вернее, не оставил ему особого выбора. Открыл второй карточкой дверь
