– Ты что так пугаешь?! – возмутилась я и, глядя на весёлого парня, неожиданно улыбнулась.
У нас с Артёмом два года разницы в возрасте.
Я смотрела на него и поражалась. Вот в таком возрасте Дима заделал взрослой женщине ребёнка. Как?! Что там за женщина была? И что ими правило? Точно настоящая любовь. Потому что я смотрела на Тёмку и понимала, что он ребёнок.
Смешной пушок над верхней губой, нескладность в фигуре, прыщи на лице. Глаза горели обезбашено.
Но Дима был другим, это однозначно. Бросить вызов обществу, отказаться от учёбы, уйти от родителей, чтобы работать и содержать свою женщину с ребёнком… В общем, это показатель взрослости и мужественности.
Артём всё время что-то рассказывал. Помог мне дрова в квартиру принести. Потом вдвоём пошли к колонке, где он набрал воды и донёс вёдра. Хорошо хоть воду в одну сторону нужно было нести.
Ну, мужчина же!
– Работы здесь нет, – говорил Артём, аккуратно выливая воду в умывальник на моей кухне.
Вроде подросток, а сильный какой. Я бы не смогла так держать полное ведро.
– А где есть? – спрашивала я, улыбалась, когда он, такой большой хозяйник мне порядок взялся наводить на кухне. Воду распределил, что куда. Сунул в ведро пластиковый ковшик.
Деловой.
Интересно, а во мне от мамы Оли есть пристрастие к мужчинам младше себя?
– Три кафе рядом: два на автозаправках, одно в загородном отеле. Наверняка бухгалтера нужны. Но вообще нужно в посёлке смотреть. Не в нашем.
Тёма посмотрел на меня и завис. Я ему понравилась с первого взгляда. И он получал удовольствие от того, что рядом.
Не-е, ну, нафиг! Я пас, девочки. Мне семнадцатилетний никак не нравился.
– В магазин проводишь? – спросила я, собирая свою небольшую сумку. Придётся все документы с собой возить. Дверь в квартиру совсем ненадёжная.
Решила последовать совету Мули, не улыбаться парню, с которым у меня даже в фантастической перспективе ничего не будет.
– Поехали на великах,– предложил Артём.
– Я с удовольствием! – обрадовалась я, но смотрела грозно.
Я на велосипеде очень давно не ездила. Поэтому вывела старинный велик с рамой на дорожку и постаралась проехать немного. Поймала кураж.
Артём настоящий друг и товарищ. Прежде чем выпустить меня на дорогу, он подкачал мне колёса и поправил цепь. Парень - молодец, опытно ездил, ещё и выпендривался передо мной. Вокруг круги наяривал, когда я сосредоточенно пыталась не рухнуть, ехала медленно по прямой.
А потом на великах, мы с Тёмой понеслись в местный магазин за чаем и конфетами. Он всё мне рассказывал и следил, чтобы меня в кювет не унесло.
Оказалось, что посёлок «Рыбкино» расселяют. И мы с Тёмой получим новые квартиры в посёлке «Рыбкино Один», где Артём ходит в школу. Маленький новосторой находился в тридцати километрах от этого места.
Информацию я усваивала плохо. Мне всё время казалось, что она мне не пригодиться, потому что мысль сбежать в Москву не давала покоя. А ещё не давал покоя Демьян, по которому я страшно тосковала. И даже парень рядом, оказавшийся большим затейником, не мог отвлечь меня от душевных терзаний и сердечных мучений.
В магазине оказалось, не было самообслуживания. Стояла полная продавщица и с подозрением на нас смотрела. Помещение было небольшим, но продавалось всё от туалетной бумаги и хлеба, до пятновыводителей и пластиковых вёдер.
Я расплатилась карточкой. Взяла себе только печенье и пачку чая. Нужно было посидеть, подумать, как правильно расходовать деньги, которые закончатся, и не замечу.
По дороге домой я слопала половину купленного печения, внимательно слушала россказни юноши. Иногда теряла нить разговора, улетая в свою тоску по потерянной любви.
На подходе к бараку, Тёмыч стал нагло лопать моё печенье. И пока я заводила велик в сарай, оставил мне пакетик с последней печенюшкой.
Не стала я расстраиваться, съела последнее печенье и пошла к себе домой.
Мы с Артёмом поднимались на второй этаж.
– … и зажёг спичку, потом плюнул на неё и к потолку подкинул. В конце пятого урока весь потолок был в таких сталактитах. А после шестого, я потолок оттирал…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Артём вдруг замер на последней ступеньке. Я с печенькой во рту проследила за его удивлённым взглядом.
У моей двери стоял Демьян.
* * *
Непривычно было видеть Дёму в джинсах и короткой кожаной куртке. У его новых чёрных кроссов лежал большой рюкзак и спортивная сумка.
Машины внизу не было, значит, Демьяна добирался до посёлка на такси или на автобусе, как я.
Сам Демьян выглядел… наверно, как я. Очень уставшим, под глазами тёмные круги.
Вымотанный и печальный.
– Здрасте, – поздоровался мой сосед.
– Здорово, – хрипло отозвался Демьян и прожёг меня взглядом.
У него недельная командировка, а он всё бросил и приехал. И как нашёл меня, оставалось в тайне.
– И что это было? – зло прорычал Демьян. – Я телефон искал до вечера. Нашёл, а ты пропала без вести. Ира, что случилось?! Я всё… бросил, – он уже цедил слова сквозь зубы.
– А всё случилось! – заорала я на него, всучив Артёму пакет с чаем. – Пётр Олегович меня у твоего отца покупает! Я звонила тебе, а твоя шлюха ответила с твоего телефона, что ты в душе! Намекая, чтобы я вас не беспокоила.
– Не рановато ли такое слушать? – Дёма кинул строгий взгляд на мальчишку рядом со мной.
Голос Демьяна переходил в рык. Тёма быстро всунул обратно мне в руки пакет. Сильно стушевался и, глядя то на меня, то на Демьяна, тихо попрощался.
– Если, что нужно, обращайся, – парень скрылся в квартире.
– Спасибо, Артём, – вздохнула я, продумывая стратегический план действий. Нужно было Дёмке нагрубить, всё высказать и сделать так, чтобы он обратно не уехал, а утешил меня.
Потому что мне так больно!!!
Я разрыдаюсь сейчас!
– Да, мне её всунули, но… Чёрт! Вот у кого мой телефон был. – Демьян внимательно рассматривал меня. – Кому поверила, Ира?
– Я уезжаю в Москву к Муле! Не смей искать меня! И убирайся отсюда! Как ты мог?! Как ты мог со мной так поступить?!
– Да, Ира. Тебе только школьные байки слушать. Ведёшь себя, как малолетка, – он тоже был зол. – У родителей я не стал спрашивать, что случилось. Узнал от дяди Серёжи.
Дёмка схватился за волосы и запрокинул голову назад, чтобы продышаться.
Желание кинуться ему на шею рвалось наружу, но на поверхности была мелкая дичь, которая не позволяла змею оплести себя.
– Меня продали, любимый мужчина уехал с любовницей на неделю. Как-то нужно было спасаться, – прошептала я.
– Неделю?! – грозно возмутился Демьян, тряхнув волосами. – Мы сутки с тобой не виделись, а ты успела накуролесить! Нужно было потерпеть! Я бы всё равно тебе позвонил! И я звонил! Я искал тебя!!!
Как же хорошо, Дёмочка, что ты приехал! Я же не знала, как жить одна. Я без тебя пропала бы..
– Ненавижу тебя, – заплакала я. – И отца твоего тоже.
– Дверь открывай, – приказал Демьян Дмитриевич.
И я, прижав к себе пакет с чаем, покорно прошла к двери, низко опустив голову.
– Как ты меня нашёл? – прошептала я.
– Не скажу, – грубо ответил Дёма.
Он отобрал у меня ключи и сам открыл дверь. Швырнул в мрачную маленькую прихожую свои сумки и вошёл в моё жилище.
Я ждала, что он возмутится квартирой, будет издеваться. Но Демьян был так сильно расстроен, что опять закинул голову назад, чтобы продышаться.
Не до интерьера. К тому же пахло даже очень приятно.
Демьян измученно посмотрел на меня и молчал. Молчал и смотрел. Ничего не говорил совсем, выводя меня из себя своим пристальным взглядом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
И в этот момент я почувствовала себя виноватой. Ведь он добивался меня. Настырно выстраивал наши отношения. А я… «Младший подметающий» и «Дичь малолетняя».
Всё же бросил. Мы действительно не виделись только сутки.
– Ты спал с ней? – самый болезненный вопрос.
