– Нет, – тихо ответил Демьян. – Как бы я мог делать тебе предложение и трахать другую?
– Паша так делал, – пожала я плечами.
– Бедная моя малышка, – грустно усмехнулся вымотанный Демьян. – Мужчины не все одинаковы.
– Мне повезло? – смотрела на него сквозь слёзы.
– Ещё как, – он рассмеялся и протянул ко мне руки.
Я прикоснулась к нему. Ухватилась за предплечья. Словно ползла из ямы наверх, цеплялась за него, пока не оказалась в объятиях. Нежно прижалась. Почувствовала его холодные руки, что обвили. Вдохнув запах любимого мужчины, закрыла глаза и уложила голову ему на грудь.
– Что же ты, – шептал Демьян, – не поверила мне. Я же столько лет агрессивный, злой, как собака. Я болел без тебя, малышка. И ты думаешь, что отец сейчас мне может что-то запретить?
– Прости, – зажмурилась, скидывая боль разлуки и переживания.
Я полезла его целовать. Его длинную шею. Встала на носочки, дотянулась до губ. Осыпала поцелуями скулы, нос.
– Они подлянки делать будут, а ты каждый раз кидать меня? – он смотрел поверх моей головы. И в глазах тоже застыли слёзы.
Дёмьян не бесчувственный сухарь. Он молодой мужчина, который страдает. Он не боится проблем и препятствий. Он боится, что я его брошу. Не справлюсь, проявлю слабость.
Наверно, та женщина, которая была с Димой в его семнадцать, всегда его поддерживала, раз он такой сильный был и поступал правильно.
И мне надо учиться своего мужчину поддерживать.
– Нет-нет, не буду бросать, – шмыгнула я носом и сильно прижалась к нему. – Я испугалась, что ты бросил…
– Глупенькая, – поцеловал меня в макушку Демьян. – Я никогда не брошу тебя.
– Там такое произошло, – пискнула я, пытаясь сжаться всем телом.
– Тамара с Сергеем рассказали, – вздохнул Демьян, крепко меня обняв. – Ничего не бойся, мы свободны. Только обещай, что больше не побежишь от меня.
Не побегу.
Хотела доказать ему, что я его люблю, что он может не беспокоиться больше. Прильнула к Демьяну всем телом. А он ответил.
Накренился ко мне, и мы слились в поцелуе.
Я так долго об этом мечтала. Быть с ним. Быть единым целым. И вот он момент, в который я с трудом могла поверить. Столько лет страданий и ожиданий. Запертая любовь, закрытая на замок вражды и недопонимания. Таилось тёплое чувство внутри, что родилось много лет назад. Оно росло вместе со мной, становилось сильнее. Ждало удобного момента.
Я не верила, что такое возможно!
Что возможно влюбиться в четырнадцать и с выдержкой в пять лет свою первую любовь приобрести уже зрелой, настоящей.
А теперь была полностью убеждена – мы с Демьяном вместе.
Не было мыслей, что это на время, что это мгновение. Я понимала, что всё настолько серьёзно, что можно и нужно отдать себя целиком и полностью Демьяну.
Потому что у него ещё неделя командировки, но он всё бросил и приехал меня искать. Значит, нечем Диме удержать моего мужчину. И Демьян не побоится противостоять.
Пусть у нас ничего нет. Нет машин, нет денег. Зато есть любовь. А она, всем известно, любые препятствия преодолеет. Я с образованием, Дёма непростой парень. Мы выживем, пробьёмся.
Поцелуй стал сладким. От горя разлуки и мыслей, что может случиться без… Мы стали впадать в страсть. Как истерика после пережитого горя.
Я ладонями держала его колючее от щетины лицо, языком проезжалась по губам, в себя всасывала его язык. И пила его, сосала, ласкала. Нежилась в его желании.
А Демьян не просто меня обнял, он плечами вперёд повёл, укрыв меня полностью. Ладони его жадно ласкали мою спину, спускались на попу, ввергая меня в пожар. Испепеляя вожделением.
Куда-то пропали нежность и ласка. Движения наши стали резкими, грубыми. Зудело, томилось влечение, требуя выхода. На глазах поволока, в голове туман. В ушах звон, а в висках пульсация.
Внизу моего живота кипятилось, тяжелело возбуждение. И весь мир остался за пределами нашей пары.
И я осмелилась потрогать его джинсы ниже ремня. Поймала его стон.
Демьян подхватил меня за попу и усадил себе на бёдра, и я, возвышаясь, стала языком входить глубже в его рот. И закрывала глаза, падая, падая в его горячую любовь...
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Ну и на диван.
Глава 7
А проснулась я женщиной, что меня вполне удовлетворяло и нисколько не пугало.
Любимой женщиной.
Под одеялом с Демьяном было очень тепло, а в комнате стоял настоящий холод. Натянув футболку, я прихватила влажные салфетки и убежала в туалет. Воды тёплой не было, но привести себя в порядок было необходимо.
Посещение туалета в этом доме – это целое приключение. Вернулась к кровати околевшая до костей.
Нырнула к жаркому мужчине под одеяло и разомлела от тепла. Дёма сгрёб меня в объятия, и я прижалась к нему, согреваясь и тая. Дышать его запахам, им дышать. Это немыслимое удовольствие.
Под нами скрипел старый диван. Мы его ещё ночью раскачивали, как только не рухнул на своих старинных ножках.
На полу у дивана всё время брякал телефон Демьяна, уведомляя о сообщениях.
– Тебя хотят, – улыбнулась я, потёрлась об его плечо, на котором лежала.
– Ага, – сонно улыбнулся Демьян. – Установил себе онлайн-магазин. Теперь бренчат о скидках на женские трусы и бусы папуасов. Все скидки планеты в моём телефоне. Посмотри.
Я дотянулась рукой до его телефона. На экране действительно высветилась скидка на гироскутеры. А ещё там было пятьдесят пропущенных звонков.
Нахмурившись, я легла на спину и открыла книгу пропущенных звонков. Дима весь телефон оборвал. Линочка звонила.
Я с мстительной улыбкой, набрала её номер.
Демьян усмехался и подглядывал за мной одним глазом.
– Дёма! Ты куда пропал?! – истерила Лина.
– За мной поехал. Лживая, мерзкая тварь, – прошипела я в трубку.
– Ира, без шуток. У нас война с Егоровым…
– Не разговаривай с ней, – рыкнул Демьян, и я скинула звонок.
Дёма взял свой телефон и набрал номер отца. Он поставил громкую связи и прижал меня к себе. Стал обтираться лицом об шею.
И как было неприятно слышать голос отчима в нашей обители. И хотя нас никто не видел, я спряталась в объятиях любимого мужчины, сунув нос ему подмышку. Затихла.
– Демьян! – голос отчима не был злой, скорее возбуждённый.
– Мы с Ирой, отец, – спокойно ответил Дёма, гладя меня по волосам. – Навсегда.
На заднем плане завыла моя мама.
– Возвращайтесь домой, – вздохнул Дима.
– Мы поедем в Москву. Мне сложно будет простить тебе, что ты натворил, – в голосе Демьяна не было никаких эмоций, он говорил спокойно, даже отстранённо.
– Я ничего не делал такого, с чем бы ты не справился! Нам никогда не нравилась ваша симпатия…
– Это не симпатия! Это любовь! Мы муж и жена, – протестовал Демьян. – Мы не родные брат и сестра! Смирись уже.
Ещё громче завыла моя мама, как бэк-вокал оперы «Нешуточные страсти в нашем зоопарке».
– Давайте, так, дети мои. Тамара грабит свой магазин и дарит всё для вашей свадьбы. Что делать со звериной страстью Зверева, подумаем.
Вообще Диме было сложно признавать своё поражение. Но он в бизнесе давно и жизнь его научила иногда идти на компромисс. И в семейных отношениях тоже.
– Мы подумаем, – улыбнулся Демьян и отключил звонок.
Я выбралась из укрытия и улыбнулась.
Мы смотрели друг другу в глаза и радовались своей победе. Дёмка завалил меня под себя и навис, восторженно разглядывая моё лицо.
– Пока не надо,– предупредила я, чувствуя, как саднит внутри после первой брачной ночи.
– Не будем, – пообещал он, целуя мой лоб, проезжаясь языком по носу и губами касаясь моих губ. – Гулять пойдём, здесь невероятно красиво.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Но гулять мы пошли только через два часа, когда растопили печи и приготовили завтрак.
5 лет назад.
Я прибалдела, от размера дома. По сравнению с нашей квартиркой – это хоромы. Вида не подавала, что прибываю в щенячьем восторге, но внутри всё переворачивалось от восхищения.
