Доктор Халси позволила себе лёгкую улыбку. Оглядев строй, она наконец повернулась к сто семнадцатому.
— Ты всегда был счастливчиком, Джон, — произнесла женщина. — Будешь первым.
Старшина сделал шаг вперёд. Инженеры обступили его, пока остальные наблюдали, как на его теле одну за другой закрепляют детали «Мьольнира». Казалось, техники собирают какой-то трёхмерный пазл.
— Старайся дышать как обычно, — сказала доктор, — но во всём остальном сохраняй полную неподвижность.
Джон изо всех сил старался не шевелиться, ощущая, как броня начинает менять свои очертания и принимает форму его тела. Она казалась второй кожей и была куда легче, чем мог предположить старшина. Доспехи слегка нагрелись, потом охладились и, наконец, приняли нужную температуру. Если не открывать глаза, спартанец мог бы и не догадаться, что на него что-то надели.
Инженеры накрыли его голову шлемом.
В ту же секунду ожили всевозможные датчики состояния здоровья, детекторы движения, индикаторы состояния костюма. На лицевом щитке вспыхнуло перекрестие прицела.
— Всем отойти, — приказала Халси.
Спартанцы — на их лицах Джон читал беспокойство за него, смешанное с любопытством, — отступили назад, освобождая круг диаметром три метра.
— Слушай меня очень внимательно, Джон, — произнесла доктор. — Ты должен подумать и только подумать о том, чтобы поднести руку к груди. Не напрягай мышцы.
Стоило старшине последовать её указаниям, как его рука взметнулась на уровень груди. Его мысли преобразовывались в движение молниеносно. Скорость была настолько высока, что, не принадлежи рука самому Джону, он мог ничего и не заметить.
Спартанцы восхищённо вздохнули. Сэм захлопал в ладоши, и даже удивительно быстрая Келли, казалось, была впечатлёна.
Доктор медленно провела сто семнадцатого через основы управления бронёй, постепенно наращивая скорость и сложность движений. Уже пятнадцать минут спустя он мог ходить, бегать и прыгать, даже не задумываясь об отличиях между нормальной одеждой и боевым костюмом.
— Старшина, опробуйте свои навыки на полосе препятствий, — приказала доктор Халси. — А мы пока подготовим остальных спартанцев. У нас не так много времени в запасе.
Джон привычно резко отсалютовал. Рука со звоном отскочила от шлема, и запястье отозвалось болью. Сто семнадцатый понял, что его пальцы серьёзно разбиты. И не будь его кости усилены, они бы просто рассыпались в пыль.
— Осторожнее, старшина. Прошу, будь очень осторожен.
— Так точно, мэм!
Джон сосредоточился на точности движений. Он легко перепрыгнул через трёхметровую стену, а затем нанёс серию ударов по бетонным блокам, разнося их на куски. Метая ножи, старшина вгонял их по рукоять в манекены. Проползая под колючей проволокой, он услышал, как над головой проносятся пули, и поднялся, испытывая броню на прочность. К его удивлению, ему и в самом деле пару раз удалось увернуться.
Вскоре к нему присоединились остальные спартанцы. Но он заметил, что его товарищи довольно неуверенно берут препятствия и их действия утратили прежнюю координацию. Джон поспешил сообщить о своих тревогах доктору Халси.
— Очень скоро всё придёт в норму, — успокоила она. — Мы устроили для вас начальный курс подготовки ещё во время последнего криосна, и теперь вам нужно только время, чтобы привыкнуть к костюмам.
Куда сильнее старшину беспокоило то, что его отряду снова придётся учиться работать вместе. Привычная подача сигналов жестами стала слишком сложной для них — малейшее шевеление или покачивание превращалось в мощные удары и неконтролируемые вибрации. В ближайшее время спартанцам предстояло полагаться только на приборы связи.
Стоило ему подумать об этом, как костюм тут же среагировал и вывел на экран показания остальных «Мьольниров». Стандартный нейрочип, который вводили каждому солдату ККОН, позволял определить местоположение дружественных сил и вывести указатель на щиток шлема. Но в этом случае всё обстояло куда лучше — старшине достаточно было сосредоточиться на мысли о конкретном бойце, чтобы открылся защищённый канал связи. Это серьёзно упрощало задачу.
И к великому облегчению своего командира, потренировавшись тридцать минут, спартанцы не только полностью восстановили привычную слаженность совместных действий, но и достигли новых высот.
С одной стороны, Джон не только управлял своим костюмом, но и был вынужден подчиняться ему. С другой — поддерживать связь с отрядом было настолько просто и естественно, что старшина мог теперь контролировать остальных бойцов так, словно те стали продолжением его тела.
— Спартанцы, пока всё идёт хорошо. Если у кого-то возникли проблемы с управлением, прошу сообщить, — прогремел из динамиков, установленных в ангаре, голос доктора Халси.
— Похоже, я влюбился, — отозвался Сэм. — Ой, простите, мэм. Я не знал, что это открытый канал.
— Безукоризненное увеличение скорости и мощи, — произнесла Келли. — У меня такое чувство, что я годами в нём тренировалась.
— Мы можем оставить себе эти костюмы? — спросил Джон.
— Старшина, всё равно, кроме вас, никто не сможет ими воспользоваться. Так кому ещё мы должны их подарить? Мы... — В этот момент один из инженеров протянул доктору переговорное устройство. — Минутку. Я слушаю вас, капитан.
В динамиках бронекостюмов зазвучал голос Уоллеса.
— Видим корабль ковенантов, мэм. Предельная дальность. Судя по всему, их прыжковые двигатели повреждены. Они приближаются к нам в обычном пространстве.
— Каков ваш статус? — спросила доктор.
— Системы дальней связи не работают. Отключены и генераторы перехода в пространство скольжения. ОМУ полностью уничтожено. У нас остались ещё две ядерные ракеты и двадцать снаряжённых торпедных аппаратов «Лучник». Состояние брони оценивается в двадцать процентов.— Несколько секунд было слышно только шипение статики. — Если вам нужно больше времени, могу попытаться увести их.
— Не надо, капитан, — ответила Халси, пристальным взглядом окидывая закованных в броню спартанцев. — Мы собираемся сразиться с ними — и в этот раз победим.
ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
Время: 20:37, 27 ноября 2525 (по военному календарю) / Орбита четвёртой планеты хи Кита
Джон вывел «Пеликан» на орбиту и лёг на курс к последней известной им позиции «Содружества». Относительно изначально планировавшейся точки встречи фрегат сместился на десять миллионов километров вглубь системы.
Доктор Халси заняла место второго пилота и теперь никак не могла справиться с застёжками своего скафандра. В кормовом отсеке разместились спартанцы, три инженера с Дамаска и десяток запасных «Мьольниров». Не было здесь только ИИ, которых Джон увидел, когда его отряд только прибыл на планету. Халси хватило времени лишь на то, чтобы демонтировать их датакубы, поскольку столь ценное оборудование не должно было достаться врагу.
Сверившись с показаниями маломощного радара, доктор повернулась к Джону.
— Возможно, капитан Уоллес сумеет воспользоваться магнитным полем хи Кита, чтобы защититься от плазменного оружия. Постарайтесь догнать «Содружество», старшина.
— Слушаюсь, мэм. — Сто семнадцатый дал на двигатели предельную нагрузку.
— Корабль ковенантов по левому борту, — произнесла Халси. — Расстояние — три миллиона километров. Идёт на перехват «Содружества».
Джон вывел на экран увеличенное изображение указанного участка космоса и тогда заметил корабль. Несмотря на то, что корпус судна чужаков был проломлен попаданием тяжёлого снаряда, выпущенного ОМУ, враг продолжал двигаться со скоростью, в два раза превосходящей возможности «Содружества».
— Доктор, — спросил Джон, — «Мьольнир» способен функционировать в вакууме?
— Конечно, — ответила Халси. — Об этом задумались ещё в самом начале его разработки. Костюм позволяет рециркулировать воздух в течение девяноста минут. Кроме того, он защищён от радиации и электромагнитного излучения.
