есть заурядным. Не сказать чтоб спортивный – немного полноват для своего возраста, с невыразительным лицом. Посмотришь на такого в толпе – и тут же забудешь, абсолютно ничего в образе молодого человека не бросалось в глаза.
В сторонке стояла женщина лет тридцати пяти. Невысокая, не слишком красивая, с длинной русой косой, одетая в спортивное трико и футболку. Женщина показалась мне какой-то забитой и необщительной, и я удивилась, что эта барышня делает на тренировке по историческому фехтованию.
– Всем привет! – громко поздоровалась Катя. – Ребята, знакомьтесь – это Женя, она моя подруга. Хочет тоже заниматься историческим фехтованием.
– Привет, – бросил Петриков, потом обратился ко мне: – Меня зовут Михаил, можно обращаться ко мне Шанкар. Одинаково отзываюсь и на то, и на другое имя.
– Очень приятно, – кивнула я.
– Народ еще не собрался, поэтому ждем остальных, – пояснил Петриков. – Кто хочет, может помочь мне вытащить мечи. Сегодня тренируемся без копий – заканчиваем в половине девятого, времени мало.
– Почему? – удивилась Катя.
– Потому что после тренировки идем пить, – без обиняков пояснил Михаил. – У Маши вчера день рождения был, сегодня отмечаем.
– Ой, Маша, я же тебя поздравить забыла! – Катя кинулась обнимать молчаливую девушку с косой. – Прости, пожалуйста!
– Да ничего страшного, Катюш, – улыбнулась та. – Я и не хотела ничего отмечать…
– Традиция есть традиция, – авторитетно заявил Шанкар. – А ты, Маша, у нас в клубе, считай, едва ли не дольше всех, так что грех за тебя не выпить!
– При всем том, что Маша вообще не пьет, – хмыкнула Катя. – Ей же алкоголь нельзя употреблять!
– Ну и что? – вскинулся глава «Львиной башни». – Маше сок купим, остальным – что покрепче. Или у нас еще есть непьющие?
– Сдается мне, если никто не придет, то спиртное будем только мы с тобой пить, – усмехнулась Катя. – Даниле нет восемнадцати… Женя, вы… ой, то есть ты, пьешь?
– Нет, не пью, – покачала я головой.
– Ну вот! – хмыкнула Волконская. – Итого, из нас пятерых трое не пьющих совсем.
– Ладно тебе, Катька, все портить! – вскинулся Шанкар. – Ну, подумаешь, не пьют… Не ради ж выпивки в бар пойдем! У человека днюха была, отметить нужно! К тому же Рыжая с Шаманом должны еще прийти, уж их-то трезвенниками не назовешь! Вася, жалко, сегодня не сможет – отзвонился мне, у него там какие-то проблемы… Ну да ладно, ждем, в общем, кто еще будет.
Я тихонько спросила у Кати, кто из присутствующих – ее неудавшийся поклонник. Она так же тихо кивнула на Шанкара.
– А его девушка?
– Она сюда не ходит, – покачала головой Катя.
Вытаскивать оружие из тренерской стали вчетвером – мы с Катей тоже присоединились к этому делу. Попутно я установила «жучки» в спортзале – никто моего маневра не заметил.
Чуть позже в небольшую комнатку, забитую текстолитовыми и железными мечами, копьями, саблями, ножами и всевозможными доспехами со щитами, зашла и виновница предстоящего торжества – Маша, но от нее помощи было мало. Скорее, она всем только мешалась, и так уже в тренерской было слишком много людей. Вместе мы наконец вытащили все, что нужно было для тренировки, и Петриков запер комнатку.
Где-то в половине восьмого в зал зашли еще двое – высокая, плотная рыжеволосая молодая женщина и худощавый мужчина с черными волосами и с черной бородой. Как я поняла, это и были «Рыжая» и «Шаман», которых ждал Шанкар. На женщине была свободная льняная рубашка с какими-то орнаментами и укороченные светло-зеленые штаны, ее спутник был одет в красную футболку и джинсы.
– Привет всем, – поздоровалась Рыжая.
Шанкар поднял руку в знак приветствия, с Шаманом обменялся крепким рукопожатием.
– Видимо, никого больше не ждем. – Петриков обвел зал глазами. – Ладно, начинаем, а то и так сегодня мало позанимаемся. Ну что встали, бегом по залу марш!
Мы дружно побежали, как ученики на уроке физкультуры. Сам Шанкар тоже бегал вместе со всеми – сейчас он был не только тренером, но и занимающимся.
Бегали мы недолго – потом наступил черед обычной разминки, как на любом уроке физкультуры. Я стояла рядом с Катей и послушно выполняла все, что говорил Петриков, хотя мои собственные тренировки проходили куда жестче. Если я шла в спортивный зал, то себя не жалела – бегала по меньшей мере десять километров в ускоренном темпе, потом выполняла ряд силовых и кардиоупражнений – это была моя разминка перед тренировкой.
Вскоре мы закончили выполнять всевозможные вращения головой и махи ногами, и Шанкар объявил:
– Теперь берем оружие. Девушки – текстолитовые мечи, мужчины – железо. Будем ходить в стойке и выполнять основные удары. Женя, подойди ко мне, я тебе помогу выбрать оружие полегче, ты ведь у нас новенькая.
– Да мне без разницы, – пожала я плечами. – Давайте любое, с физкультурой у меня все в порядке.
– Ну-ну, посмотрю я на тебя в конце занятия, – хмыкнул Петриков. – Сама потом не жалуйся, что рука болит, я тебя предупреждал!
– А кто сказал, что я жаловаться буду? – усмехнулась я. – Спорим, что нет?
– Идет, по рукам! – Мы ударили друг друга ладонями, заключая наше пари.
Я поняла, что с реконструкторами лучше держаться по-свойски – если я, конечно, хочу поскорее влиться в их тусовку и разузнать все, что мне было нужно.
– Эх, черт, надо было ведь на что-то поспорить! – спохватился Шанкар. – Ну да ладно… Потом разберемся.
Мы разобрали оружие. Мне достался текстолитовый меч, который, к слову сказать, весил немало. Для обычной девушки, не занимающейся спортом, держать его одной рукой было бы не просто, однако я спокойно могла драться подобным оружием. В свое время я изучала боевые единоборства, куда входило и искусство «кэндо» – «путь меча». Также я владела другими боевыми системами, включающими в себя фехтование различными видами холодного оружия.
Но никто из присутствующих об этом, естественно, не знал, даже Катя Волконская. Ей я ничего не говорила о том, что умею не только кулаками махать да из револьвера стрелять, как обычно представляют себе работу телохранителя большинство людей.
Я намеревалась припомнить Шанкару, что мы не решили, на что спорим, и воспользоваться своим
