Война стучится в пределы Германии. Возмездие близится... Уже позади «бунт генералов».
Начинается судорожное наступление в Арденнах.
Отдадим должное немецкому командованию. Это наступление было организовано, с военной точки зрения, безупречно. Готовилось оно в глубокой тайне, и эффект внезапности был достигнут. Надо сказать, что предшествующая этому тактика усиления Восточного фронта в ущерб Западному, в какой-то степени притупила бдительность англо-американского командования. Видимо, англо-американское командование уже не ожидало со стороны противника решительных действий.
Гитлеровские генералы планировали нанести удар 29 — 32 дивизиями в районе Арденн в общем направлении на Антверпен. Предполагалось уничтожить 25 — 30 американских и английских дивизий к северо-востоку от линии Антверпен Брюссель — Бастонь.
Время для удара было выбрано удачно. Стояла в этих местах нелетная погода. Гитлеровцы рассчитывали, что союзники не смогут использовать свое огромное превосходство в воздухе.
Но тех сил, которые требовались бы для успешного завершения такой операции, гитлеровское командование уже собрать не могло. Потери на Восточном фронте обескровили немецкие дивизии, нависающая опасность перехода в наступление Красной армии на Висле сковывала возможности маневрирования резервами.
На рассвете 16 декабря три немецкие дивизии: 6-я СС, 5-я танковая и 7-я пехотная нанесли в Арденнах удар. В тыл англо-американских войск были выброшены небольшие воздушные десанты. В первые сутки развернувшегося сражения англо-американское командование не придало должного значения удару. 17 декабря немецкая пехота, преодолев линию обороны 8-го американского корпуса северо-восточнее и юго-восточнее Сен-Вита, расчистила дорогу для танковых дивизий, и они устремились в глубину обороны союзников. 19 декабря передовые танковые части уже подходили к Льежу, а главные силы 5-й танковой армии продвигались, не встречая серьезного сопротивления, к Маасу.
В последующие дни обстановка еще более усложнилась. Авиация союзников фактически бездействовала, парализованная нелетной погодой. Но ожидаемой катастрофы не наступало и не могло наступить...
21 декабря Эйзенхауэр обратился в Объединенный Комитет начальников штабов с письмом, в котором говорилось: «Если... русские намереваются предпринять решительное наступление в этом или следующем месяце, знание этого факта имеет для меня исключительно важное значение, я бы перестроил все мои планы в соответствии с этим. Можно ли что-либо сделать, чтобы добиться такой координации?»
Эйзенхауэр предлагал послать в Москву высшего офицера своего штаба.
24 декабря президент США Рузвельт направил Сталину послание, в котором писал: «Для того чтобы все мы могли получить информацию, важную для координирования наших усилий, я хочу дать указание генералу Эйзенхауэру направить вполне компетентного офицера из его штаба в Москву для обсуждения с Вами положения дел у Эйзенхауэра на Западном фронте и вопроса взаимодействия с Восточным фронтом».
Такой офицер был незамедлительно принят Москвой.
К концу декабря все силы немецкой ударной группировки были введены в сражение. Однако решительного перелома не наступило.
Проявлялась очевидная авантюристичность немецкого наступления с военной точки зрения. Дело в том, что как раз в эти дни разыгрались ожесточенные сражения на Восточном фронте в районе междуречья Ипель — Грон на участках 2-го и 3-го Украинских фронтов в Венгрии. Наши войска, успешно отразив контрудары противника, взяли в окружение его крупную группировку.
Гитлеру надо было бы снимать дивизии с Восточного фронта, чтобы поддержать прорыв в Арденнах, а он должен бросать свои тающие резервы в Венгрию и Восточную Пруссию.
1 января фашистский режим делает последнюю попытку как-то сохранить свое лицо наступлением в Эльзасе.
Опять же, используя благоприятную обстановку, сужающую возможность действия англо-американской авиации, гитлеровские войска прорвали фронт в Вогезах. Американские войска и здесь попятились назад. Усилился обстрел Англии снарядами ФАУ-1 и ФАУ-2.
5 января фашистские войска форсировали Рейн севернее Страсбурга. Для развития наступления в Эльзасе, Гитлер перебрасывал 6-ю танковую армию СС с арденнского выступа.
Но опять же, все расчеты Гитлера строились без учета реального соотношения сил.
6 января Черчилль обратился к Сталину с посланием, в котором писал: «На Западе идут очень тяжелые бои и а любое время от Верховного Командования могут потребоваться большие решения. Вы сами знаете по Вашему собственному опыту, насколько тревожным является положение, когда приходится защищать очень широкий фронт после временной потери инициативы... Я буду благодарен, если Вы сможете сообщить мне, можем ли мы рассчитывать на крупное русское наступление на фронте Вислы или где-нибудь в другом месте в течение января и в любые другие моменты, о которых Вы, возможно, пожелаете упомянуть».
10 января 6-я танковая армия получила приказ двигаться в Эльзас... Но в Эльзас она не попала...
Советское Верховное Главнокомандование не оставило союзников в трудную для них минуту.
Красная Армия получила приказ перейти ранее намеченного срока в широкое наступление по всему фронту от Балтийского моря до Карпат. Фронт опять повсеместно пришел в движение, что заставило Гитлера 16-го января перейти к обороне на всем Западном фронте.
Прежде чем перейти к рассказу о ходе нашего нового наступления, я вижу необходимость вернуться несколько назад и рассказать о некоторых моментах его подготовки. Прежде всего о перемене в командовании фронта. 12 ноября был подписан приказ Ставки Верховного Главнокомандования о назначении командующим 1-м Белорусским фронтом Маршала Советского Союза Г. К. Жукова. Маршал Советского Союза К. К. Рокоссовский назначался тем же приказом командующим 2-м Белорусским фронтом.
19 ноября К. К. Рокоссовский простился с руководящим составом штаба и управлений фронта, фронт был принят Г. К. Жуковым.
Г. К. Жуков с первых же дней активно включился в подготовку нового наступления. Прежде всего он побывал на Магнушевском и Пулавском плацдармах и ознакомился на месте с условиями и возможностями перехода в наступление главных сил фронта.
К этому времени шло непрерывное насыщение Магнушевского плацдарма войсками, техникой, оружием, боеприпасами. Боевая пружина как бы сжималась для удара. На плацдарме развертывались полевые подвижные госпитали, через Вислу наводились и расширялись переправы. На Магнушевском плацдарме были сосредоточены перед наступлением 23 дивизии и 5348 артиллерийских стволов. На участке прорыва плотность артиллерии достигала 282 стволов на 1 километр фронта, 8-й гвардейской армии полоса прорыва нарезалась в семь километров по фронту.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
