К этому времени шло непрерывное насыщение Магнушевского плацдарма войсками, техникой, оружием, боеприпасами. Боевая пружина как бы сжималась для удара. На плацдарме развертывались полевые подвижные госпитали, через Вислу наводились и расширялись переправы. На Магнушевском плацдарме были сосредоточены перед наступлением 23 дивизии и 5348 артиллерийских стволов. На участке прорыва плотность артиллерии достигала 282 стволов на 1 километр фронта, 8-й гвардейской армии полоса прорыва нарезалась в семь километров по фронту.
Все это, безусловно, требовало огромных усилий от тыловых учреждений фронта и армии. К назначенному часу на плацдарм они должны были перебросить десятки тысяч тонн грузов самого разнообразного характера.
В декабре на Висле начался ледоход. Войскам армии, особенно инженерным, выпало много хлопот. Мостам угрожали не только льдины, мчавшиеся на поверхности воды. Висла коварна: льдины на ней идут и под водой, почти касаясь дна. Наталкиваясь на свайные опоры мостов, они создавали невидимые запруды, тогда стремительность и напор потока еще более возрастали. Вода размывала берега и дно реки около свайных опор. Пришлось мобилизовать на защиту мостов все инженерные и дорожные войска. На каждый мост было выделено по три роты подрывников и по дорожному батальону, созданы аварийные команды. Коменданты переправ получили в свое распоряжение автомашины и тракторы, а также по батарее 120-миллиметровых минометов для разрушения крупных льдин.
Люди на мостах работали круглыми сутками, и им удалось победить стихию, отстоять переправы, по которым двигались сплошные потоки машин.
Столь массированный удар, который готовился с Магнушевского плацдарма, имел свои особенности. Снабжение огромного количества войск, нескольких общевойсковых и танковых армий зависело от переправ, от перевалочных станций, от железных дорог, от строительства мостов через Вислу, от восстановления железнодорожных путей. Все это ставило перед фронтовой и армейскими службами тыла массу сложнейших проблем, даже и политического характера, поскольку Красная Армия действовала на территории дружественной Польши.
У службы тыла фронта свои трудности, у железнодорожников — свои, а организация наступления, логика боевых действий требовала иной раз совершенно неожиданных решений.
Армия в это время занималась не только материально-техническим снабжением предстоящего наступления, перед нами стояла и задача — в интересах других армий и фронта провести глубинную, тщательную разведку сил противника, с которым предстояла уже теперь близкая схватка. Мы хорошо знали, какие части находятся на передней линии вражеской обороны. Но этого было мало. Нужно было узнать, какие войска находятся во вторых эшелонах, на всей глубине обороны противника. Нашим разведчикам-лазутчикам необходимо было пробраться в тыл противника, там захватить пленных, допросить их и через них уточнить добытые личным наблюдением данные.
Начальник разведки армии полковник Гладкий разработал план организации глубинной разведки. В расположение противника забрасывалось несколько разведывательных групп, которые, находясь в 25 — 40 километрах от переднего края, наблюдали за передвижением вражеских войск и работой тылов. Разведчики проникали в тыл противника главным образом пешком, через боевые позиции. Связь с ними поддерживалась по радио и самолетами ПО-2 ночью.
Первая группа из двух разведчиков — сержанта Петра Бачека и рядового Василия Бычкова, с которыми мне несколько раз довелось беседовать, — ушла в тыл противника в начале октября. Перед ними стояла задача: перейти через фронт в районе севернее Цецылювки, дойти до леса, что в 12 километрах юго-западнее местечка Варка, и выяснить, какие части противника находятся там. По пути разведчики должны были брать на заметку все попадавшиеся им оборонительные объекты. На все это давалось три ночи и два дня.
Разведчики успешно справились с задачей. Они сообщили, что в лесу никаких частей противника нет. Тогда было принято решение организовать в этом радоне постоянно действующую разведывательную группу. Опорную базу устроили в центре леса. На опушках оборудовали позиции для наблюдения за движением войск по дорогам, огибавшим лес.
Новая разведывательная группа состояла из семи человек. Ее возглавлял опытный разведчик лейтенант Иван Васильевич Кистаев, ранее награжденный орденом Ленина. Его группа незаметно проникла в лес, замаскировалась там и успешно работала более двух месяцев, передавая штабу армии очень ценные данные о противнике, добытые наблюдением и допросом пленных. Были выявлены позиции вражеской артиллерии, шестиствольных минометов, танковых частей. Особое внимание уделялось повседневной жизни войск врага, их дневному распорядку. Мы узнали, когда фашистские солдаты уходят к кухням, как они отдыхают, когда происходит смена секретов и охранения. Все это нужно было учитывать при нанесении внезапного удара.
Для подтверждения и контроля данных, полученных от наземной разведки, широко применялась разведка авиационная. Благодаря такому дублированию, мы располагали достоверными данными об укреплениях противника, расположении и составе его резервов, пехотных и танковых дивизий, находящихся в глубине обороны. Я с удовлетворением отмечаю, что наша армейская разведка хорошо справилась со своими задачами. Добытые ею сведения получили высокую оценку штаба фронта и штабов соседних армий.
Как пишет генерал армии Штеменко С. М. в своем труде «Генеральный штаб в годы войны»: «Планирование заключительного этапа вооруженной борьбы на советско-германском фронте началось еще в ходе летне-осенней кампании 1944 года».
По этим же данным и по приложенной схеме Генеральный штаб еще осенью 1944 года планировал операцию по овладению Берлином.
»Предполагалось, что этого можно добиться в течение 45 дней наступательных действий на глубину в 600 — 700 километров двумя последовательными усилиями (этапами) без оперативных пауз». На первый этап, как указано на схеме, отводилось 15 дней — войска выходят на рубеж Мариенбург — Бромберг — Познань Бреслау; и на второй этап отводилось 30 дней — войска должны выйти на реку Эльба, овладев Берлином.
Окончательное уточнение этого плана заключительного этапа войны 1945 года было утверждено в конце декабря 1944 года. Выполнение этого плана строилось на тесном взаимодействии фронтов, под руководством Ставки Верховного Главнокомандующего.
Главный удар наносился войсками 1-го и 2-го Белорусских и 1-го Украинского фронтов с тем, чтобы последовательными ударами этих фронтов на широком фронте, на нескольких участках прорвать оборону противника, ввести в прорыв танковые соединения и объединения, не допустить планомерного отхода сил противника на последующие рубежи обороны в глубине, уничтожая его по частям. Имея в виду, что между Вислой и Одером было семь оборонительных рубежей с мощными фортификационными сооружениями, планом операции был предусмотрен выход на них наших танковых и механизированных частей до занятия их войсками противника.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
