Молодой человек взглянул на Эфраима с горькой усмешкой:
— Как видите, мне совсем не тесно — и есть чему поучиться.
Он указал на длинный ряд массивных застекленных шкафов в полтора человеческих роста, до отказа набитых толстыми папками с красными и синими корешками:
— Диссертации и трактаты, их опровержения, возражения на опровержения, опровержения возражений на опровержения и возражения на опровержения возражений на опровержения — все пронумеровано и снабжено перекрестными ссылками. Если мне не удастся найти пару поленьев, чтобы поддержать огонь, я собираюсь воспользоваться самыми многословными из почтенных трудов.
Как подозревал Эфраим, крайке Сингалисса надеялась поставить на место наглого выскочку из Порт-Мара и научить его должному почтению:
— Если вам здесь неудобно, я прикажу отвести вам другое помещение, нет ничего проще.
— Ни в коем случае! — заявил Лоркас. — Обожаю величественную архитектуру. Жадно впитываю впечатления — теперь воспоминаний хватит на всю жизнь. Подойдите, погрейтесь у моего жалкого очага. Что вам удалось узнать?
— Ничего существенного. Мое возвращение никого не радует.
— Память не пробуждается?
— Я всем чужой, мне все незнакомо.
Лоркас задумался:
— Может быть, полезно было бы навестить ваши бывшие апартаменты, порыться в старых вещах?
Эфраим покачал головой:
— Не хочу.
Он бросился в огромное глубокое кресло, откинулся на спинку и скрестил вытянутые ноги:
— Даже думать об этом не могу.
Эфраим обвел взглядом суровые темные стены:
— Без всякого сомнения, к нашей беседе прислушиваются две или три пары ушей. Замок испещрен мерк-ходами. — Он вскочил на ноги:
— Этим придется заняться!
Они вместе вернулись в покои кайарха. Вещи Дестиана уже убрали. Эфраим прикоснулся к кнопке, чтобы вызвать Агнуа — тот явился и отвесил поклон без особой почтительности. Эфраим улыбнулся:
— Агнуа, в ближайшее время я собираюсь многое изменить в странге Бен-Буфаров. В частности, возможно обновление персонала. Дайте знать вашим подчиненным, что я внимательно оцениваю расторопность и манеры каждого, невзирая на выслугу лет.
— Слушаюсь, ваше могущество! — на этот раз поклон камергера был значительно глубже.
— Кстати, почему в комнатах высокородного Лоркаса не топят надлежащим образом? С моей точки зрения это вопиющее пренебрежение традициями гостеприимства.
Лицо Агнуа порозовело, бугристый нос дернулся в сторону:
— Мне дали понять, ваше могущество... Точнее говоря... По сути дела я допустил оплошность, ваше могущество. Она будет исправлена незамедлительно.
— Одну минуту, я хотел бы обсудить другой вопрос. Насколько я понимаю, вы хорошо знакомы с укладом жизни в странге?
— Лишь в той мере, ваше могущество, в какой это подобает в моем положении и соответствует понятиям о приличии.
— Очень хорошо. Как вы знаете, мне пришлось перенести лишения по причинам, остающимся загадочными. Я намерен добраться до сути дела. Могу ли я рассчитывать на ваше безоговорочное содействие?
Агнуа колебался только долю секунды, после чего горестно вздохнул:
— Я к вашим услугам — как всегда, ваше могущество.
— Прекрасно. А теперь скажите — подслушивает ли нас кто-нибудь в данный момент?
— Насколько мне известно, нет, ваше могущество, — ответил камергер, но тут же неохотно добавил: — Допускаю, что существует такая возможность.
— У кайарха Йохайма был подробный план странга с указанием всех потайных дверей и мерк-ходов, — Эфраим блефовал, допуская, что среди огромного множества записей и документов, бережно хранившихся в замке, неизбежно должна была оказаться такая схема. — Принесите мне этот план, я хотел бы его изучить.
— Слушаюсь, ваше могущество. Потребуется, однако, ключ от секретера.
— Разумеется. Где ключ кайарха Йохайма?
Агнуа моргнул:
— Возможно, в распоряжении крайке.
— Что сейчас делает крайке Сингалисса?
— Освежается[11] в своих покоях.
Эфраим нетерпеливо шагнул к двери:
— Проведите меня к ней. Нам нужно поговорить.
— Ваше могущество, вы повелеваете мне указывать вам дорогу?
— Да-да, ступайте вперед.
Агнуа поклонился, развернулся по-военному и повел Эфраима — сначала в большой приемный зал, потом вверх по лестнице и по коридору к башне Джагер, где он остановился перед высокой дверью с гранатово-красными кристаллами, орнаментально выступавшими из резных деревянных панелей. По сигналу Эфраима камергер нажал на центральный кристалл — дверь широко распахнулась, Агнуа отошел в сторону. Эфраим решительно промаршировал в фойе личных покоев крайке. Прибежала горничная, быстро присевшая в грациозном реверансе:
— Что прикажете, ваше могущество?
— Позовите ее благоволение. Немедленно.
Горничная колебалась, но, испугавшись выражения на лице Эфраима, исчезла там, откуда появилась. Минута шла за минутой. Несмотря на приглушенное восклицание камергера, Эфраим толкнул рукой дверь, ведущую во внутренние покои.
Он оказался в продолговатой гостиной, меблированной канапе и столешницами из позолоченного дерева и украшенной красно-зелеными настенными коврами. В боковом арочном проеме ему почудилось какое-то движение. Быстро пройдя под аркой, Эфраим застал крайке Сингалиссу у небольшого встроенного в стену шкафчика. Увидев кайарха, крайке поспешно засунула в шкафчик небольшой предмет и захлопнула дверцу.
Раздраженно повернувшись к Эфраиму, Сингалисса обожгла его возмущенным взглядом:
— Ваше могущество изволили забыть о приличиях?
— Бросьте притворяться, — сказал Эфраим. — Откройте сейф.
Угловатое лицо Сингалиссы окаменело:
— В секретере — только мои личные драгоценности.
Эфраим подозвал Агнуа:
— Принесите топор. Сейчас же.
Камергер поклонился. Сингалисса издала нечленораздельный звук и, повернувшись к стене, нажала потайную кнопку. Дверца шкафчика открылась. Эфраим обратился к Агнуа:
— Выложите на стол все, что найдете внутри.
Агнуа осторожно извлек содержимое секретера — стопку кожаных папок. Сверху лежал ажурный чугунный ключ, инкрустированный серебром. Эфраим поднял его:
— Что это?
— Ключ от секретера кайарха.
— А остальное?
— Мои личные бумаги, — стальным голосом отозвалась Сингалисса. — Договоры о тризме, свидетельства о рождении канга и лиссолет.
Эфраим бегло просмотрел папки. В первой же нашелся подробный архитектурный план. Эфраим посмотрел на Сингалиссу, та холодно уставилась на него. Эфраим снова подозвал камергера:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
