– Ах, нет, я не возражаю. Я не волновалась за свой «авторитет». Откровенно говоря, я почувствовала облегчение. Иногда… женщине бывает тяжело одной растить сына. В некоторых случаях отец может справиться лучше, чем мать. Но, конечно, Уилл…
Мэгги показалось, что сожаление коснулось черт Рейда, когда она убрала руку. Эта мысль заставила ее разволноваться… и возбудиться. Чтобы подавить это чувство, она слегка отвернулась, обняв руками колени. Она окинула взглядом двор и окрашенный красным горизонт, за которым скрывалось солнце.
– Я вам очень благодарна, – продолжала она. – У вас получился разговор с Ти гораздо лучше, чем это сделала бы я. Я бы прочитала ему лекцию о вреде драк, а может быть, и отхлестала бы его, так как была очень рассержена.
Рейд разглядывал ее профиль в сумраке вечера и думал о том, как она красива и что не следует давать волю своим чувствам. Все же трудно было справиться с мыслями о том, какой она может быть ласковой и нежной в его руках.
Рейд заставил себя вернуться к обсуждаемому вопросу.
– Это тяжело, могу представить… когда ты – один родитель. И, конечно, посторонний может быть гораздо объективнее.
– Я думаю, это верно. Меня всегда охватывает волнение при мысли, что люди подумают обо мне, если мой мальчик ввяжется в драку. Вероятно, не следует придавать этому такое большое значение, но я не могу. – Мэгги робко улыбнулась. – Даже то, что вы хорошо знали, что сказать ему, кажется мне важным.
– Да, полагаю, что я понимаю его. Ти не очень отличается от меня в его возрасте. Иногда бывает трудно найти свое место в жизни. – Он криво ей улыбнулся. – Особенно, когда тебе тридцать пять. К сожалению, когда мы взрослеем и принимаем решения, то недолго раздумываем о том, что хорошо, а что плохо.
– Как же вы принимаете решения?
Он пожал плечами.
– Возможно, по принципу целесообразности. Это нетрудно.
– Не думаю. – Мэгги повернулась и посмотрела на него. – При такой жизни и тяжелом труде легких решений не бывает.
– Конечно, легче спать в кровати, а не бродяжничать по стране, не будучи уверенным, откуда придет пропитание в следующий раз.
– Но вы не потому остались. Вы остались, так как не смогли бросить больную женщину, у которой хозяйство, нуждающееся в присмотре. Это нравственность, а не целесообразность. Рейд изворачивался.
– Я думаю, что вы нашли в этом больше нравственности, чем есть на самом деле. Вы судите о людях по себе.
– Зачем скромничать?
– Я просто говорю, что я не образец для подражания. Не хвалите меня, иначе все закончится разочарованием.
– Не удивительно, что вы так хорошо понимаете Ти, который прячет свои обиды и обращает их против себя же. Как и вы, я думаю.
Рейд бросил быстрый взгляд на Мэгги, но отклонил ее последний комментарий.
– Ти обидели, – согласился он, ловко отводя разговор в сторону. – Что мальчишка Саттлер сказал такого, что рассердило Ти? Он не хотел, чтобы обижали Уилла. Но это не все. – Он остановился и решительно посмотрел на Мэгги. – Надеюсь, вы понимаете, что он переживает? Ти любит своего отца и в то же время стыдится его, особенно, когда тот делает что-нибудь странное.
Мэгги печально кивнула головой.
– Я понимаю это, так как сама чувствую себя также. Неважно, сколько старания я приложила, чтобы преодолеть это, неважно, как сильно я любила Уилла. Иногда его поведение совершенно не соответствует мужчине его возраста, и я чувствую себя униженной. Помню, как однажды огрызнулась на него при людях за то, что он уронил липкие леденцы на землю, и он начал вопить из-за этого. Мне было так неудобно и стыдно. Мне было стыдно за себя, потому что он беспомощен.
– Да, это так. Но вы и Ти не могли не стесняться этого. Ти чувствовал стыд за своего отца, и еще он чувствовал вину за отца, что еще больше увеличивало его гнев. Он хотел избить мальчишку, чтобы компенсировать свою собственную вину, стыд и оскорбление. Я просто попытался помочь понять ему, что нет ничего плохого в том, что он чувствует, что все это естественно.
Мэгги вздохнула.
– Мне следовало поговорить с Ти об этом раньше. Но я была так занята и за работой пыталась спрятать свои чувства, не подумав о том, что чувствует мой сын.
– Вы не в состоянии думать сразу обо всем.
– Я знаю. Вот почему я так рада вашей помощи.
Мысленно Мэгги захотела попросить его остаться на ферме навсегда. Всем вместе им жить было бы лучше, легче. Но она чувствовала, что мысль, что от него что-то будет зависеть в этой семье, лишь заставит Рейда Прескота сбежать. Он может подумать, что она пытается привязать его, а ей казалось, что он из тех людей, которые этого не переносят. Поэтому Мэгги больше ничего не сказала, но загадала желание, как когда-то в детстве, увидя низко висящую вечернюю звезду на небе: «Пожалуйста, ну, пожалуйста, пусть он останется!»
ГЛАВА 8
Однажды вечером, за ужином, Мэгги сообщила:
– Знаете, мальчики, в следующую субботу приезжает лицей.
Ти просиял.
– Правда?
Оживился и Уилл.
– Что это? Я хочу пойти.
Мэгги и Рэйд рассмеялись.
– Я пойду с Уиллом, – вставил Рейд. – Кстати, что такое лицей?
– Это здорово, – сказал Ти. – Уилл, разве ты не помнишь, как он приезжал в прошлом году?
Они пели и играли на фортепиано.
– Да? – Уилл еще больше заинтересовался. – Мы можем пойти, ма… Мэгги?
– Конечно, – она обратилась к Рейду, чтобы ему объяснить про лицей. – Год назад наши женщины объединились в союз, чтобы поощрять то, что они называют культурными устремлениями. Один из их проектов заключался в строительстве библиотеки с выдачей книг на дом в Пайн-Крике. Они решили использовать лицей для того, чтобы набрать денег на строительство. Это вечерние представления. Одни женщины играют на фортепиано, другие поют, а третьи декламируют. Словом, что-то в таком роде.
– Ах, вечер искусства? Концерт?
Мэгги одобрительно улыбнулась.
– Да, прямо в Пайн-Крике.
Уилл повернулся к Рейду:
– Ты пойдешь с нами?
– Ну, я не знаю. – Рейд улыбнулся при виде выражения лица Уилли, полного сильного желания. – Я совсем не думал об этом. – Он взглянул на Мэгги.
– Вам должно понравиться, – сказала она. – А мы будем рады компании.
– Тогда, может быть, я пойду. – В его глазах вспыхнуло желание, когда он посмотрел на нее, и Мэгги почувствовала, что улыбается ему. Когда у Рейда было такое молодое и живое выражение лица, Мэгги охватывало радостное и приподнятое настроение, чему она никак не могла найти объяснения.
– Но мне придется переодеться, – огорченно сказал Ти, сморщив нос от отвращения.
– Ужасно, – выразил ему сочувствие Рейд.
