Читаем без скачивания Александра: Единожды солгав - Алла Демченко

— На нашем заказе окончилась смесовая ткань.

— Влад, разорви с ними договор и — все дела. Почему, мы должны страдать от того, что кто — то не рассчитал свои возможности? Или это единственная фабрика?

— Мы не можем этого сделать по той причине, что уже никто быстрее не сошьет. Они выполнили половину нашего заказа.

Менять фабрику, которая добросовестно обслуживает их заказы годами, Власенко не собирался, прекрасно понимая, что Лунин выходит из себя по другой причине, совсем не связанной со спецодеждой. Поймав на себе сочувствующий взгляд секретарши, только вздохнул.

— Ладно, если ты это сделать не можешь, то сделаю — я, — подвел итог Лунин.

На минуту представив, какой разгон учинит на чужой территории, он сразу успокоился и потерял интерес к Власенко. Назревающий скандал утих, не достигнув кульминации.

Швейная фабрика действительно застопорила работу. Синяя спецовочная ткань, купленная по бросовой цене, оказалась бракованной. Брак обнаружили в средине рулона. Остаток спецодежды можно было дошить с «сигнального» оранжевого цвета и полностью уложиться в указанный срок, но Власенко наотрез отказалась от предложения. Выход был только один — дошить с недельным опозданием. Заместитель директора фабрики, моложавая словоохотливая женщина, боясь потерять постоянного заказчика, заверила Власенко, что через день, ну крайний срок — через два — ткань они получат. Потом оказалось, что ткань застряла на таможне.

Обещанная неделя добегала до конца. Срочная закупка ткани со склада требовала дополнительных денег. А у кого деньги просить, как не у заказчика.

Факс, отправленный с фабрики, пришел в неудачный момент, когда Лунин вышел в приемную.

На фабрике Лунин ругаться начал прямо в цеху, популярно объясняя мастеру смены, что представляет их «контора», которую завтра ж закроют. Женщина с изумлением смотрела на кричащего мужчину, забыв о неуместности своей застывшей улыбки. И, только когда Лунин потребовал, хоть — какого начальника, с облегчением кивнула на дверь, посочувствовав Кристине.

Лунин толкнул дверь и…застыл, думая только о том насколько было его слышно за этой дверью.

Он не мог объяснить себе, почему он как на привязи, больше часа ходит по шумному цеху и слушает совершенно ему ненужный рассказ. Оказалось, что спецодежда, как и его костюм от кутюр, должна иметь и модный фасон, и тщательно проработанные лекала, и стильную цветовую гамму. И много другого, что он забыл тут же на ходу. Но мысль, что, стоит окончиться этой экскурсии, эта волнующая девушка с таким необычным именем, исчезнет — заставляла забыть о времени.

Он знал дальнейшее развитие собственного сценария. Мысли будоражили и пьянили одновременно. Чтобы быстрее перейти ко второму действию, Лунин тут же позвонил в бухгалтерию и распорядился выплатить остаток денег. Дальше шел ресторан, а потом…

О «потом» Лунин подумал сразу, как только открыл дверь подсобки. Но, все оказалось непредвиденно и по — другому…

В любовь с первого или второго и даже с третьего взгляда, Кристина никогда не верила. Конечно, любовь на свете была. С этим трудно спорить. Кто — то обязательно влюблялся, испытывая это неугомонное чувство. Иначе откуда столько книг о любви и душещипательных сериалов. Не влюбись Парис в Елену, кто знает, может, стояла б Троя до сих пор. Значит, любовь должна обязательно быть.

Своего первого воздыхателя Кристина вспомнила с теплой улыбкой. Она давно забыла его имя, а вот, что подарил цветы, сорванные на клумбе, — помнит до сих пор. И тот даже детский сад помнит.

В школе, если б не сестра, Кристина вряд ли б так живо интересовала мальчиков с едва наметившимися усами. Угловатая, застенчивая, она даже заговорить первой стеснялась.

Анита была ее копией, но только внешней. На этом сходство оканчивалось. Та легко сходилась ребятами и не просто сходилась, а оказывалась в центре их внимания. В девятом классе, вместо дворовых ребят, появились парни куда по — старше. Вопрос остаться на второй год в девятом классе висел в воздухе. Поначалу, Натка пыталась образумить дочь. Только все напрасно. На все причитания матери в Аниты ответ был один, мол, часть уроков прогуляла тихоня Кристина. Только учителя — растяпы, не научились за столько лет их различать. Вот и валят все на нее одну почем зря.

Разбираться Натке, кто на самом деле прогулял уроки, особо времени не было. Задавала трепки обеим. Чтобы неповадно было. Анита, юркая, больше подвижная от природы, показав языка сестре, умудрялась увильнуть от тяжелой материнской руки. Кристине перепадало за двоих.

Потом, Натка окончательно махнула рукой на дочерей. Что возьмешь, если в отца пошли? Не переделаешь.

Времени на школьную любовь не было. После занятий она сразу бежала в мастерскую, что бы успеть застать мать трезвой. Натка страшно ругалась, но при дочери не пила. А на выходных, улучив свободную минутку, неслась в библиотеку.

Синим чулком, первой ее назвала Анита. Только ничего от этого не изменилось. Синий чулок, так синий. Забыв свой горький жизненный опыт, даже Натка обеспокоилась — смотри, останется дочка без жениха. Кто заметит такую тихоню?

На первых курсах института на любовь времени не нашлось. Были интересные мальчики. Даже нравились. Только преподаватели, забыв о своей молодости, или программа такая была, заданий задавали невпроворот. Учиться ей было не тяжело. Если б не тянуть на повышенную стипендию, то время на свидания она б точно нашла. Только на эту стипендию она хотя бы с трудом, но сводила концы с концами.

На последнем курсе стало легче. Старая швейная машинка, все что осталось от матери, зарабатывала пусть не большие, но все же деньги. Только получилась незадача: толковые ребята до последнего курса успели пережениться.

Но, любовь по всем земным законам, все — таки ее настигла.

Кирилл Кривицкий, красавец выпускник, сын замдекана Кривицкого, завидный жених института, как говориться «запал» на нее с первого взгляда. Случайная встреча в декана переросла в серьезные отношения. До возвращения родителей из — за рубежа, где старший Кривицкий читал курс лекций, они прожили вместе три счастливых месяца. Правда, Кривицкие и потом ничего не имели против Кристины, но это уже была другая жизнь. Не настоящая, что ли.

Нравится она родителям своего избранника или нет, Кристина так и не поняла. Маргарита Михайловна недовольно нахмурила тонкие неестественно ровные брови только один раз, когда Кирилл объявил родителям о предстоящем торжестве. Неудовольствие будущей свекрови длилось всего лишь мгновенье. И дело медленно, со скрипом, но все же пошло к свадьбе.

О себе она никому ничего не рассказывала. Да, собственно и рассказывать было нечего. Маргарита Михайловна ни о чем ее специально не спрашивала, только вся ее жизнь пронеслась как на киноэкране: прабабушкино воспитание, полуголодное оборванное детство, вечно пьющие родители, пропавшая сестра. Впору самой расплакаться. Маргарита Михайловна внимательно слушала ее рассказ, сочувственно качая головой.

Не трудно догадаться, какие выводы из ее исповеди сделали Кривицкие. Свадьба отложилась. Причина была понятна и проста — Маргарите Михайловне потребовалось плановое лечение остеохондроза. Будущие молодожены отнеслись к этому с пониманием. Всего — то месяц. Пролетит, и оглянуться не успеют!

Известие о том, что Кирилл едет на год на стажировку в Италию, оказалось новостью не только для Кристины, но и для самого Кирилла. Упустить такой шанс, конечно же, было бы глупо.

Деньги и связи, задействованы Кривицким, дали нужный результат. Кирилл выиграл гранд. В какую копейку влетел семье проект, не знала даже Маргарита Михайловна. Деньги — деньгами, а какая наследственность достанется внуку от сватов алкоголиков, Кривицких волновало значительно больше.

Расстроить свадьбу единственного сын, Кривицкие не решились. Семейный совет постановил — Кристина, на правах невесты, останется жить вместе с ними. Ни о каком переезде в общежитие не могло быть и речи.

В конце августа Кирилл улетел в Италию.

Кривицкие относились к ней, как и прежде — вежливо и добродушно. Только она вдруг ощутила свою ненужность в этом доме. Она бесцельно бродила по чужой квартире среди чужих вещей. Через две недели, невзирая на все уговоры, забрав швейную машинку, она вернулась обратно в общежитие.

Так, ни кого не ссоря, и ни с кем не ссорясь, Маргарита Михайловна достигла поставленной цели.

На долгожданные новогодние каникулы Кирилл опять не смог приехать. Экскурсионный тур, оплаченный Кривицким — отцом, оказался важнее. Звонки стали реже. Последний курс Кристина прожила как в тумане, от звонка до звонка. Потом пришли выпускные экзамены, потом поиск работы.

В конце года Кирилл Кривицкий, вернувшись с Италии, женился на москвичке. Родословная невесты не вызывала сомнений.