вперед.
Самомнение подбери вместе со слюнями! Я мотнул головой. Конечно, она отнесла мою улыбку на свой счет. Красивые женщины все тщеславны. Мысль, что кому-то совершенно плевать на их роскошные изгибы и правильные черты лица, в головку этих особей не приходит. Лишь немногие с возрастом понимают, что взрослому самодостаточному мужчине одной красоты мало.
Мы можем желать красотку, так устроены природой. Но утолив голод, теряем интерес. С нами остаются лишь те женщины, которые тронули за душу, стали нужны, как воздух. Те, за которыми мы сами бегаем, позабыв об уважении, в надежде поймать улыбку, невесомым авансом порхающую в воздухе.
Только такие вдохновляют нас на подвиги, ради них мы меняем мир, начинаем и прекращаем войны, отказываемся следовать тщеславному эго и вьем гнездо с подушечками на диване непременно в цветочек, как ей нравится, чтобы растить с любимой детей. Лишь ради своих возлюбленных мужчины меняются, взрослеют, сворачивают горы и достают луну с неба. Потому что в этом и есть смысл жизни.
Так, что-то я в философию ударился. Надо отражать атаку дамочки, которая приняла мою улыбку на свой счет. А на деле я ведь всего лишь обрадовался тому, что Дэна освободилась, раз эта барракуда по саду рассекает. И, кстати, мадам, похоже, не очень трезвая. Прет, как бык!
– Ты мне сразу понравился, Ч-счерут! – почти упала мне на грудь Мирабелла. – И я тебе, да? Видела ведь, как ты смотрел! Со своей наивняшкой Даной пресненько, поди, в постельке? А вот я, – она ткнула себя пальцем в грудь, которая рвалась наружу из откровенного декольте, – огонь!
Алкашка ты, а не огонь! Это же себя не уважать, такую, э-э, использовать для удовлетворения похоти. Даже будучи свободным не польстился бы, ибо на себя не плевать, да и самоуважение еще никто не отменял.
Вздохнул, перехватывая за запястья ее руки, норовящие забраться ко мне под рубашку, в штаны и одновременно еще во все другие места. Да сколько щупалец у этой пьяной бабы?! Осьминог какой-то! Нет уж, сегодня тебе дракон не грозит, дорогая!
Я отступил на шаг назад. Еще не хватало, чтобы моя женушка увидела эту пикантную сцену. Она в курсе наклонностей своей подруги, конечно, но вдруг не поверила бы мужу? Доказывай потом, что это она на меня набросилась, а не я возжелал легкодоступную мадам!
– Иди же к мамочке, чешуйчатый, – томно выдохнула Мирабелла и поперла на меня вновь.
Набрав неплохую скорость, это озабоченное пушечное ядро едва не смело меня прямиком в кусты, где, при сопутствии немалой доли везения и упорства, она вполне могла бы оставить дракона без одежды. Но я уклонился в сторону, бабенка шумно протопала мимо и рухнула во что-то цветущее и на вид колючее.
– Ай, – раздалось из кустов, подтверждая мои догадки.
– Жива? – я подошел ближе и увидел ноги, скребущие по траве, и голую задницу, торчащую наружу, как переспелая тыква.
Вот, главный инструмент соблазнения не пострадал, явно ждет продолжения.
– Хочу тебя! – взвыла Мирабелла.
– Да я уж понял, – ухмыльнулся и прикрыл задравшимся подолом ее попу, чтобы не простудила место, на которое ищет приключений.
– Иди ко мне!
Нет уж. Я вовремя увернулся, чтобы не дать цепкой лапе с длинными острыми ногтями схватить за руку.
– Не пойду, уж прости, обещал хранить верность жене.
– Зачем? – Мирабелла озадаченно глянула в мое лицо, извернувшись.
– Я ее люблю.
– Люби, кто запрещает? Я секса хочу, а не любви! Мне одиноко!
– Если так хочется интима, дамочка, верните подол обратно на уши и ждите – скоро кто-нибудь непременно исполнит ваши мечты! – я рассмеялся и направился к дому.
Где моя Дэна?
***
Переодетую красавицу увидел в зале. Вернее, в самом темном его уголке. И не одну! Что за толстячок лысый около нее трется? Прищурившись, направился к ним. На свое счастье, поклонник моей супруги откланялся и удалился, когда я еще был на середине пути.
– Он тебя не обидел? – спросил, вглядываясь в лицо любимой.
– Это поставщик императорского дворца, Черут, – ответила она. – Если смогу заполучить контракт на краски, это поможет закрыть второй кредит с мародерскими процентами и начать гасить основную ссуду.
– А ты, смотрю, вовсю подготовилась к битве за этот контракт, – окинул ревнивым взглядом ее наряд.
Сразу видно, из чьих сундуков платье – красный цвет, все в обтяг, длина лишь до колена, в таком и наклониться прилично нельзя! А декольте – спереди до пупа, и сзади спина открыта почти до того места, которым Мирабелла сейчас в кустах охотников до дармовщинки приманивает.
– Лучше сначала думай, потом говори, – предупредила Дэна.
– Да у меня вообще дар речи пропал, когда увидел тебя в… в… – замешкался, подбирая слова, подходящие к тому бесстыдному наряду, в котором красовалась моя супруга. – Ты скорее раздета, чем одета!
– Это для дела!
– Для поставщика, хотела сказать? Может, тогда лучше сразу ему танец голяком станцевать, тогда контракт точно твой будет!
– Отличная мысль! – заявила Дэна, и я едва не подавился собственным хвостом.
Не особо умно было с моей стороны подавать ей такую идею. Эта упрямица ведь вполне способна воплотить ее в жизнь. Нет, у меня точно с ней вся чешуя облезет от нервов!
– И не тряси тут своими погремушками, самец выискался! – глаза женушки многообещающе потемнели, заставив меня проглотить раздражение и улыбнуться через силу.
– Тогда идем лучше гулять! – я улыбнулся, как ни в чем ни бывало, взял ее за руку и потащил к выходу, памятуя о том, что умный дракон – счастливый муж. – Там такая ночь волшебная!
***
– Надеюсь, удача будет на нашей стороне, – прошептала женушка, когда мы встали около куста глициний, гроздья цветов которой, похожие на виноград, спускались до земли. – Нам так нужен контракт Массаира!
– Посмотри, какая ночь вокруг, – прошептал я, притянув ее к себе, – Дэна, забудь хоть на вечер о делах. Не забывай жить, любимая!
Потянулся к ее губам, но невдалеке что-то хрустнуло – словно сухой сучок под ногой. Рыкнул раздраженно, ну никакого же покоя и приватности, вечно кто-то шныряет! Не вилла, а проходной двор! Как в таких условиях домогаться до собственной супруги, глазки которой сияют, а раскрасневшиеся губки тянутся к тебе и просто жаждут поцелуя – страстного, обжигающего, полного невысказанного томления и желания?!
А потом я напрочь забыл о романтике. Взгляд мага, вышедшего на лужайку, мигом отбил все любовные желания. Потому что он уставился на меня теми самыми глазами, что и во сне.
Во сне, который терзает меня уже много лет.
Глава 17. Маг
