влюбился в дочку нашего старшего мастера по изразцам. – И ни разу! Это ты желаемое за действительное принимаешь, жена! Ты бы лучше о чем-то полезном думала, а не о мужиках! У тебя их и так столько, что хоть засаливай!
– Надо Тарррранте сказать, она засолит! – вклинился попугай.
– Кстати, хорошо, что напомнил, – я подавилась смешком. – Надо идти. Скоро как раз голопопая фрикаделька позировать приедет.
– Опять этот граф! – прорычал Черут.
– Фрррикаделька! – поддакнул попка.
– Именно! Он согласился позировать – причем, только в обмен на большую скидку, так что твоя ревность нам уже дорого стоила. И успокойся, мы договорились, что он будет стоять за постаментом в подштанниках.
– А почему не в штанах?
– Дааа, почему? – Чип склонил голову на бок.
– Может, мне отвезти тебя обратно в долговой дом? – я прищурилась, глядя на оборзевшего супруга. – Навестишь крыс, они несомненно по тебе соскучились!
– А чего сразу обратно? – Черут притянул меня к себе. – Мне и тут хорошо! Кормят, обнимают, целуют, – потянулся к моим губам.
– Фууу! – попугай взвился под потолок. – Опять целоваться будут! Свейте уже гнездоооо!
– Проголодался? – я выскользнула из рук дракона.
– Безумно! – рыкнул, потянулся за мной следом.
– Бедненький, – улыбнулась со вздохом. – Иди-ка тогда к Таранте!
– З-зачем? – поперхнулся хвостом мой чешуйчатый.
– Она тебе супа нальет! – не выдержала и расхохоталась, под обиженное рычание убегая по коридору.
А что, не только ему надо мной издеваться, мне тоже можно!
– Беспррррредел! – несся вслед крик Чипа. – Бабы рррраспоясались! Взгрррреть фрррикадельку!
Глава 19. А похулиганить?
Черут
Переделав все дела по длинному списку, которым меня озадачила Таранта, я улучил момент, когда она отвлеклась на готовку и бессовестно улизнул. Сил не было терпеть, так соскучился по моей женушке.
Красавица нашлась в малой гостиной, где сейчас, в вечернее время, когда все вокруг уже наливалось жаром сумерек, скользили тени и гулял прохладный ветерок, заставляющий танцевать белые занавеси. Полюбовавшись точеной шейкой Дэны, я с неудовольствием отметил, что с ней рядом сидит какой-то прыщ с ворохом бумаг в руках.
Опять! Вот ни на минуту нельзя оставить одну! С трудом подавил раздражение, готовое глухим рычанием вырваться из горла, натянул на лицо кривую – не сомневаюсь, улыбку, подошел к ним и осведомился, изо всех сил стараясь оставаться вежливым:
– Не помешаю?
– Черут! – супруга мне, похоже, даже обрадовалась.
Приятно-то как!
– Познакомьтесь, господин, э-э, – она нахмурилась, глядя на гостя.
– Прыст, – подняв глаза от бумаг, он недовольно на меня уставился.
О как, я почти угадал, выходит!
– Да, это господин Прыст, – судя по лицу женушки, ей тоже стоило большого труда сохранить спокойное выражение лица. – Он пришел, как вы выразились? Ах да, выбивать из меня долг.
– Даже так? – я сжал руки в замок и выразительно ими хрустнул.
– Я не так выразился, – заерзал прыщ. То есть, Прыст. – Лишь напомнил, что скоро подходит срок первого платежа, и если вы не соблаговолите произвести его точно в срок, обозначенный в договоре, подписанном вами, это будет иметь неблагоприятные последствия, которые усугубят ситуацию и увеличат сумму основного долга и, ко всем прочим негативным следствиям из столь неблаговидного поведения…
– Ты паук, что ли? – перебил я, потеряв нить повествования примерно на двенадцатой секунде его длинной речи. – Или так и задумано, дабы запугать даму? Завязнет в тенетах твоих слов, затрепыхается, как мушка, испугается, и отдаст последние денежки, верно?
– Я предлагал лишь часть оплатить заранее, как выражение добрых намерений, что девушка не собирается игнорировать взятые на себя обязательства, как и свойственно женскому полу, ветреному и легкому, как всем известно, и…
– У этой представительницы женского пола очень тяжелая рука, – вновь перебил я, хмыкнув. – И не надо бледнеть, уважаемый, бить вас она не будет.
– Правда? – заинтересовалась Дэна. – Почему это?
– Потому что бить его буду я, дорогая, – чмокнул ее в щечку. – Это мужская работа!
– Уговорил, – она кивнула. – Учти, что он нагло втюхивал мне ненужную страховку стоимостью едва ли не в четверть суммы кредита.
– Но… – побледневший прыщ вскочил, рассыпав документы по полу.
– Никаких но, уважаемый, – я подхватил его за шкварник. – Надо – значит, надо!
– Ай-яй-яааай! – суча короткими ручками-ножками – и в самом деле, как паук, взвизгнул мошенник.
– Виси спокойно, тебе же лучше будет, – предупредил я, распахнув входную дверь. – Ну, если не лучше, то уж точно менее травматично!
– Не убивай его, дорогой, – попросила женушка, встав рядом и притворно вздохнув. – Вдруг его дома детки ждут?
– Да, сидят десять прыщиков и ждут, когда этот фурункул домой вернется, обманув еще с десяток доверчивых дамочек, чей кредит за неделю вырастет в пять раз! – я приподнял обманщика повыше и пнул в зад, отправив в полет над ступеньками.
– Ай, – шлепнувшись в центр лестницы, как только что выловленный осьминог, пожаловался Прыст.
Чувствовалось, что ему не привыкать к негостеприимным клиентам. Поднявшись, он отряхнул колени, обиженно на нас глянул и мстительно пообещал:
– Счет за прачечную я тоже включу в счет вашего долга!
– Даже так? – хмыкнул я. – А ты смельчак! В следующий раз тогда, если надумаешь опять к нам в гости заглянуть, надевай костюмчик попроще, который не жалко будет кровью замарать, понял?
– Вы… вы мне угрожаете?! – мужчина налился кровью, как только что насосавшийся комар.
Хм, кстати, подходит сравнение – кровосос он и есть, по сути.
– Да упаси же меня Богиня! – ахнул я. – Угрожать? Да никогда! Просто советую – ведь далеко не все прачки умеют хорошо кровь отстирывать!
– Да я!.. – он подскочил, сжимая кулачки. – Я!..
– Ты, ты, – вздохнув, сделал шаг к нему. – Иди уже, маленькие прыщики ждут.
– Вы пожалеете! – прошипел Прыст и резко развернулся, едва не упав.
– Ребята, проводите дорогого гостя, – я подмигнул Фене и Чипу, прискакавшим полюбопытствовать и, по возможности, принять участие в беспределе.
– Прррроводим, – заверил попугай, а малява-обезьянка довольно потерла лапки, хихикая.
– Ай! – прыщ подпрыгнул, когда ему в задницу угодило первое незрелое яблоко – пущенное меткой мармозеткой. – Кто?..
– Эй, козел! – Чип завис над ним, хлопая крыльями.
– А? – тот наивно задрал голову, и ему на лицо тут же угодила капля помета. – Ааааа!
– Не аааа, а удобррррение! – уточнил Чип.
Они с обезьянкой переглянулись и начали откручивать с пальмы кокос. Прыст подпрыгнул и припустил прочь – да так, что только подошвы модных штиблет засверкали!
Перепрыгивая с ветки на ветку деревьев, которые образовывали тенистую аллею, наши хулиганы гнали этого негодяя до самых ворот, заставляя ругаться и ойкать. Думаю, на его вредной тушке сегодня прибавится синяков и ссадин! И очень надеюсь, это надолго отобьет у него охоту заглядывать к нам на чай!
Жаль только, это не
