двух песен пародии на Фаину и Кузьмича, их будут играть Таня и… ну ты, Малов, раз уж тебе неймётся.
— Спасибо, начальник, — поблагодарил её я.
— Дальше кланяемся, слушаем аплодисменты зрителей и ждём оценок жюри. Что непонятно?
— Фаина обещала какой-то сюрприз на конкурсе капитанов, — опять вылез я, — может, слышала хоть краем уха, что там ожидается?
— Что-то с водой, я видела, как в клуб бочку закатывали, больше ничего не знаю, — отвечала Наташка, и на этом последнее организационное собрание закрылось.
До начала КВНа оставался ещё час с хвостиком, делать мне в это время было совершенно нечего, поэтому я сел на лавочку, вкопанную в песок позади клуба (обычно там никого не бывало) и попытался разобраться в себе и в окружающей реальности… что я сделал за неделю, пробежавшую с момента появления меня в новом мире? Устроил три… нет четыре драки — с Бобиковым, с Ахундовым и две с местными ребятишками. Это раз. Расположил к себе Леночку, это два. Нашёл клад с помощью чекиста-привидения, но пока не реализовал его, это три. Четыре и пять это полольники и участие в КВНе. Негусто… но ты же сам недавно говорил, что лучшее враг хорошего, так что не стоит рвать волосы и биться головой об угол — пусть всё едет так, как оно едет, а мы будем немного регулировать направление и скорость этой езды. И ещё, мы тут посоветовались сами с собой и результатом этого совещания стало то, что советов Леониду Ильичу пока давать не надо.
А тут вдруг ко мне подошёл один из белобрысых братанов, вроде бы Вова, хотя может и Саша, неотличимы они практически. Сел со мной рядом и начал так:
— Слушай, Витёк, мне Ленка очень нравится.
— Не может быть? — начал издеваться я, — с чего это вдруг?
— Сам не знаю, — серьёзно ответил он на мою подколку, — нравится вот и точка.
— И дальше что?
— Так и тебе она вроде как нравится, — продолжил он.
— Есть такое дело, — согласился я, — и всё равно я не понимаю, чего ты этот разговор-то затеял?
— Ну как чего, — уныло пробормотал он, — Ленка одна, а нас двое… значит один должен обломиться.
— Логично, ничего не возразишь, — уже серьёзно начал говорить я. — У тебя конкретные предложения какие-то есть?
— Есть — уйти должен ты.
— О как, — озадачился я, — и почему это должен быть я, а не ты например?
Его ответ меня убил наповал, потому что ответил он так:
— Потому что тогда я ничего и никому не скажу про твой тайник.
— Какой ещё тайник? — попытался закосить под дурочку я.
— Обычный, вон в той развалине который, — и он показал на сторожку.
— Это очень интересно, — медленно начал соображать я, — потому что я про свои тайники первый раз от тебя услышал. Где там он хоть спрятался в этом сарае… ну по твоему мнению?
— Внизу справа два кирпича из стенки вынимаются, вот за ними.
— Пойдём покажешь, — предложил ему я.
И мы снялись со скамейки и поплелись ко входу в эту засранную сторожку — не мне вам объяснять, что обычно находится внутри таких вот заброшенных строений.
— Где — показывай? — сразу спросил я, озираясь по сторонам, когда мы вошли внутрь.
— Да вот же, — шагнул он направо и пнул ногой именно то место, куда я заложил наволочку с золотом.
— Интересно, — присел я на корточки, — один кирпич тут и правда на соплях держится.
Я расшатал его и вынул из стены.
— Второй тоже такой же, — присел рядом братан и выдернул соседний кирпич. — А за ними и прячется твоя захоронка — если ты от Ленки отстанешь, я не буду выяснять, что там и где ты это взял, слово даю.
— Давай посмотрим, что же там прячется, раз уж мы начали это дело, надо до точки дойти, — предложил я и засунул руку внутрь стены. — Ой, тут сплошной битый кирпич и пылища — по-твоему я это сюда сховал?
Братан потемнел лицом, отодвинул меня в сторону и тщательно исследовал тайник. После чего пробормотал:
— Успел перепрятать, гнида?
— За базаром-то следи, Саня (а это именно он был, как я понял, а не Вова), за гниду можешь и ответку схлопотать.
Мы вышли наружу, кирпичи я даже не стал на место возвращать — кому нахрен этот тайник теперь нужен, если про него знают?
— Ну так вопрос с Ленкой, надеюсь, урегулирован? — спросил я у него. — Отпрыгивать от неё мне больше не надо?
— Всё равно она моя будет! — запальчиво выкрикнул Санёк и побрёл в направлении дебаркадера, а я крикнул ему вслед:
— На КВН-то придёшь?
Он безвольно махнул рукой в ответ, а слов никаких не выдал, из чего я сделал вывод, что нет — не придёт. И значит его срочно надо заменять кем-нибудь.
Но вы, очевидно, дорогие читатели, ждёте разъяснения казуса с тайником — ты же, Витя, прятал туда свои сокровища, и как же это оказалось, что ничего там не оказалось? И откуда белобрысый братан узнал про захоронку, это второй вопросик, висящий в воздухе. Расскажу и даже покажу в лицах, отвечу вам я, но немного попозже, а сейчас у нас игра Клуба Весёлых и Находчивых… телевизор, кстати, такой был на заре телевизионной эры, к нашему КВНу он никакого отношения не имел, это просто были первые буквы фамилий разработчиков — Кенигсон-Варшавский-Николаевский, хотя в народе расшифровка была немного другой, Купил-Включил-Не работает.
* * *
«Мы начинаем КВН, для кого, для чего…» пели мы хором со сцены клуба, получалось, если честно, так себе… но для невзыскательной ЛТО-шной публики прокатывало. По жребию нам выпало первыми выступать, мы и оттарабанили свои номера без запинки. Особенно народ ржал над неудобными вопросами сынульки — я их сильно отредактировал, само собой, чтобы не нарываться, но и в отредактированном варианте всё равно было достаточно смешно.
Клуб был битком забит, похоже, что весь наш лагерь в полном составе припёрся, сидячих мест всем не хватило, так они вдоль окон разместились и возле сцены сидели прямо на полу. Да, называлась наша команда «Пиф-паф, ой-ой-ой», а соперники не мудрствуя лукаво выбрали для названия слово «Дебаркадер». Их вступление было тоже местами смешным, но до наших высот не дотягивало. Ладно, приветствие закончилось, оценки тут решили выставить одним кусочком, в конце представления, и мы махом перешли к разминке. Желающих задать вопросы оказалось целых три штуки, они сразу подняли руки на предложение начать.
Вопросы касались в основном нашей работы, всё про капусту с морковкой, выдумать что-то смешное на
