лапках поплёлся к остаткам жареного хлеба с явным желанием закусить.
— Ага, именно это, с таким вырезом очень удобно ногами бить было бы.
— Особенно убойно на мужиков действовало бы. Подняла ногу, чтоб одному треснуть, а остальные от зрелища сами вырубились, — согласилась Эйс. Ну да, помню я это платье, полностью с ней согласен, убойный эффект точно обеспечен.
— Но вот цена… — очередной ненавистник гномьих песен встретился головой с всё тем же столбом и прилёг отдохнуть на полу, — как вспомню, сколько за него запросили, так сразу возникает желание убить кого-либо!
Следующий противник, увидев выражение лица девушки, вспомнившей о цене на платье, предпочёл сам стукнуться головой всё об тот же столб и тихонько растянуться на полу.
— Ну так, столица. Это мы с тобой ещё к ювелирам не заходили… — Лиара с истинно дворянским благородством поставила подножку, и пьяная туша шмякнулась нам на стол.
— А где то, серое с хвостом, которое в прошлый раз упало? Или это оно на нашем хлебе так отожралось? — гном одной рукой приподнял не подающее признаков жизни тело и извлёк из-под него полураздавленную мышь. — Я те покажу, как маленьких обижать!
Матрос улетел куда-то вглубь кабака и, судя по звукам, снова приземлился на чей-то стол. Там ему, похоже, не слишком обрадовались, так как через секунду он уже полетел в обратном направлении. Хорошо летит, высоко, видать на погоду…
— К ювелирам я пойду только если мы для начала банк ограбим. А то иначе одно расстройство выйдет, — последнего матроса девушки не поделили, и бедняга огрёб сразу от обеих.
— Во, держите трофей, сам пришёл, точнее прилетел.
— Мышь!!! — Лиара с визгом отскочила от стола.
— Ой, какой пушистик! Дай его мне, пожалуйста… — Эйсиан сгребла пьяную полупридушенную мышу и, похоже, попыталась придушить её окончательно.
— Ты что, это же мышь! — интересно, что нашей дворянке мыши плохого сделали? Любимое платье погрызли или кошку побили?
— И что, что мышь? У меня дома тоже ручная мышь в детстве была, правда, я её коту скормила, потом. А эту не скормлю.
— Почему? — поинтересовался Олаф.
— Кота нету…
К ночи Доргард умудрился-таки влить в себя столько пива, что оно больше физически не лезло в его организм. Лемал, выползший из-под стола, чуть не слопал вместо закуски мышь, которую Эйсиан успела напоить так, что та была готова набить морду первому попавшемуся коту. Лиара попыталась перепить гнома и в итоге заснула в обнимку с ещё более опьяневшей к тому моменту многострадальной мышой. А мы с Олафом сломали стол, попробовав побороться на руки, чтобы выяснить, кто всё-таки сильнее. Очнувшиеся матросы вежливо поблагодарили девушек за драку, собрали с пола потерянные в ней зубы и куда-то ушли. Ну, похоже, и нам нужно возвращаться в родное общежитие. Тем более, больше пива в меня уже не влезет, хоть лопни.
Предложение «по домам» встретило сдержанное одобрение девушек в лице кое-как проснувшейся Лиары и так и не опьяневшей Эйсиан и лёгкое недовольство со стороны гнома и братца северянина. Мыше и гоблину было пофиг, им, похоже, и тут спалось вполне комфортно.
Оплатив всё выпитое, съеденное и поломанное, мы направились туда, где по приблизительным расчётам находились нужные нам ворота.
— Гном, ик, нигде заблудиться, ик, не может! Ик… Я даже с закрытыми глазами дорогу всегда найду! Ик — в доказательство своих слов Доргард закрыл глаза и через три шага его лоб со звоном повстречался с фонарным столбом. Следующие минуты три мы с восторгом слушали заковыристые ругательства на языке гномов вперемешку с имперскими, гоблинскими и, похоже, тут даже что-то на языке троллей есть. Лемал вон даже проснулся и вслед губами шевелить начал, похоже запоминает.
— Кто такие, почему после зажжения фонарей по улицам без цели шляетесь?
Дожились, даже не услышали, как патруль подошёл. Три стражника рассматривали нас с таким видом, словно подозревали в нас потенциальных воров, грабителей и убийц. Хорошо хоть алебарды не наставили сходу.
— Студенты. Возвращаемся в университет. Мы правильно к восточным воротам идём?
— А, очередные студенты. Ну, вы то хоть на ногах сами стоите, а то сколько раз такие компании даже передвигаться самостоятельно не могли. А к восточным воротам вы неправильно идёте. Вам теперь налево нужно, а через три улицы направо свернёте и всё время потом прямо. Там и ворота увидите, не ошибётесь.
Героически затыкая рот некоторым творческим личностям, порывавшимся спеть народную гномью песню, мы потопали в указанном направлении. И даже не сразу заметили, как через какое-то время вид города резко изменился.
Уличных фонарей здесь не было, а здания явно видали и лучшие времена. Покосившиеся двух-трёхэтажные дома с чёрными провалами окон и выбитыми дверями в лунном свете выглядели как ухмыляющиеся черепа, разобранная мостовая с такими ямами, что ноги можно сломать, и полное отсутствие людей наталкивало на всякие не слишком радостные мысли.
— Не думал, что в столице можно на такой район натолкнуться, — Олаф трезвел прямо на глазах, — тут ведь с этим запретом на строительство за стенами земля в черте города бешеных денег должна стоить. Эти развалюхи, можно сказать, на золоте стоят.
— Да мы в квартал руин забрели! — Лиара знала столицу лучше, чем все мы вместе взятые. По её словам, бывала здесь пару раз в детстве. — Здесь двести лет назад демоны в наш мир прорвались. Вроде как какой-то безумный тёмный маг, когда его инквизиция за жопу взяла, решил уйти, что называется, с огоньком. Рассказывают, разорванные в клочья тела даже с крыш домов свисали, а кровь по улицам ручьями текла. Не знаю, насколько это правда, но с тех пор этот квартал считается проклятым, и жить тут никто и даром не станет. Даже воры и грабители сюда, по слухам, не заходят. Похоже, мы всё-таки где-то не туда свернули, ворота совсем в другой стороне.
— Говоришь, не заходят? А это тогда кто? Алкогольные фантомы?
Дорогу нам перегородили три тёмные фигуры. Здоровые такие фигуры. На голову выше меня. Троица одновременно шагнула вперёд, чуть расходясь полукругом. Тёмные плащи, капюшоны. Что-то не похожи они на грабителей. Те, во-первых, и сзади обязательно зайти пытаются, (а как я успел посмотреть, сзади пусто) и не молчат, уж классическую ерунду в стиле «кошелёк или жизнь» точно кто-нибудь должен ляпнуть. Хотя об этом я только из рассказов и слышал, сам ни разу не сталкивался.
Неизвестные одновременно, словно много раз тренировалась, отстегнули плащи и отбросили их в сторону, а я от всей души выругался. Клинки Карающего Пламени — личная гвардия главы Церкви. Блестящие серебром доспехи, чёрные (на
