На основе подъема промышленного производства с середины 1960-х до середины 1970-х гг. медленно, но поступательно повышался жизненный уровень населения БССР. Важной характеристикой материальною благосостояния людей были рост заработной платы, пенсионное обеспечение, бесплатные образование, медицинское обслуживание, получение жилья. В 1967 г. рабочие и служащие были переведены на 5-дневную рабочую неделю с двумя выходными днями. Увеличение заработной платы, а также размеров пенсий и льгот вело к росту денежных доходов населения. При этом рост продолжался и в условиях снижения темпов экономического развития.
Во второй половине 1950-х – середине 1960-х гг. абсолютное большинство населения БССР обходилось без квартирных телефонов, радиоприемников, телевизоров и холодильников. С развитием соответствующих отраслей промышленности в 1970-1980-е гг. стали распространяться стиральные машины, холодильники и пылесосы, газовые и электрические плиты[126]. Вместе с тем производство привычных для нас сегодня цветных телевизоров, персональных компьютеров, видеотехники только начиналось.
Развитие новых отраслей производства привело к увеличению численности городского населения. Большая часть молодежи из деревень переселялась в города, где уровень жизни был выше. Если в 1966 г. городских жителей насчитывалось 3,3 млн. человек (39 % от общей численности населения БССР), то в 1985 г. – 6,2 млн. (62 %)[127]. Все это свидетельствовало о расширении в республике урбанизации и росте проблем на селе. Неотрегулированность экономических отношений в аграрном секторе, сохранение старых методов хозяйствования, просчеты организации и оплаты труда серьезно ослабили воздействие материальных стимулов на сельского труженика. В этой ситуации даже гарантированная оплата груда крестьян – важное социальное достижение того времени – обернулась ростом иждивенчества, так как не увязывалась с конечными результатами производства.
Отставание села в социальном развитии действительно усилило миграционные процессы. Например, если в 1960 г. па каждую тысячу сельских жителей республики приходилось в среднем 18,1 переселения в город, го в 1965 г. – уже 20,5, в 1970 г. – 29,6, а в 1975 г. – 36,8 переселений[128]. Десятилетиями деревня представлялась как бы «внутренней» колонией. Из нее выкачивали продовольственные, финансовые, людские, духовные ресурсы. Социальная и бытовая неустроенность обусловила высокие темпы миграции из села, особенно молодежи. Начиная с середины 1970-х годов процесс «раскрестьянивания» белорусской деревни приобрел массовый и необратимый характер. Деревня обезлюдела и постарела. Сказались па судьбе белорусской деревни и последствия печально знаменитой теории «перспективных» и «неперспективных сел», которая с 1960-х годов получила не только широкое теоретическое «хождение», но и практическое воплощение. В результате недальновидной социальной экономической политики партийного и советского руководства СССР и Белорусской ССР только в 1960-е годы с карты республики навсегда исчезло 6489 населенных пунктов[129].
Партийные и советские органы заявляли, что целью ускоренного переселения сельских жителей из малых деревень в крупные поселки является «концентрация» ресурсов для поднятия благоустроенности отдельных селений до «городского уровня», «стирание граней между городом и деревней». Объективной же основой для возникновения названной теории в значительной степени был недостаток ресурсов для социального развития села. В начале 1970-х годов в БССР к «перспективным» были отнесены 6000 из 27 911 населенных пунктов, затем их число уменьшилось до 3 500, а к 1979 г. – до 2 745[130].
Однако на самом деле население поехало не в «перспективные» поселения, а в города, прежде всего крупные, обострив до крайности проблему трудовых ресурсов в сельском хозяйстве и проблему жилья в городе. С 1960 г. в республике перестало существовать каждое четвертое село[131].
Неправомерной в рассматриваемый исторический период была и постановка вопроса об ускоренном переходе сельского населения к городскому образу жизни. Недостаточно обоснованное ускорение социальных процессов в деревне сопровождалось, как правило, определенными издержками. Примером тому могут служить ограничения в ведении личного подсобного крестьянского хозяйства, которые привели к изменению психологии сельского населения, ускорили его социальную мобильность и вызвали определенные трудности в обеспечении населения сельскохозяйственными продуктами.
Конечно, на отток молодежи из села повлияли и другие причины – урбанизация, научно-технический прогресс, развитие образования, культуры и т. д. Толчком к миграции молодежи из села в город послужили и лучшие условия труда и быта горожан, нормированный рабочий день, гарантированная и более высокая заработная плата, социальная защита населения. Нельзя забывать и о том, что до 1965 г. в колхозах не платили заработной платы, а насчитывали трудодни. В то же время крестьянину, имевшему приусадебный участок, корову, приходилось сталкиваться с трудностями обработки земли, обеспечения скота кормами. В результате сельские жители в поисках лучших и более спокойных мест жизни уезжали в города. С 1970 по 1985 г. абсолютная численность сельского населения БССР сократилась на 19 – в 1985 г. сельчане составляли только 38 %[132].
В связи с миграционными процессами для большинства городов БССР были разработаны схемы жилищного строительства по принципу планировки и застройки жилых районов и микрорайонов, размещавшихся обычно на свободных территориях. Стремление к уменьшению стоимости жилья привело к монотонности и однообразию застройки. Однако с начала 1970-х гг. начали разрабатываться и внедряться новые серии типовых проектов. В 1970–1980-е гг. на основе индустриального крупнопанельного домостроения созданы новые жилые районы с высокими архитектурно-планировочными и композиционными характеристиками.
До середины 1970-х росла заработная плата основных категорий трудящихся, прежде всего низкоквалифицированных, увеличивались общественные фонды потребления, делались серьезные финансовые инвестиции в медицину, образование, спорт, отдых. Снабжение населения продуктами питания и изделиями легкой промышленности достигло своего максимума. Граждане страны с определенными трудностями, но удовлетворяли свои потребности в товарах широкого ассортимента. На полках магазинов всегда был минимальный выбор необходимых вещей. Главная проблема была не в отсутствии товаров, а в их низком качестве, поэтому покупатели старались приобретать импортные вещи и даже продукты питания[133].
