Суматоха в лагере наконец улеглась, и древние вернулись в походные постели, хотя и оставили больше охраны, чем обычно. Кельсер улыбнулся и опять высунулся рядом с головой Алоное.
− Как бы ты хотела умереть, Алоное? − прошептал он и нырнул обратно под землю.
На этот раз им было не до сна. На следующий день по темному ландшафту брела группа с сонными глазами. Ночью Кельсер дергал их снова и снова. Всю следующую неделю он превратил для них в ад, нашептывая разным членам группы страшные обещания. Он гордился тем, сколько нашел способов высовываться и отвлекать, пугать и нервировать их. Ему не представилось возможности забрать сумку Алоное − за ней стали присматривать еще внимательнее. Зато ему удалось выкрасть сумку другого древнего, когда они утром собирали лагерь. В ней не оказалось ничего, кроме поддельного стеклянного шара.
Кельсер продолжил свою операцию по внесению разлада, и к тому времени, как группа достигла джунглей со странными деревьями, их терпение кончилось. Они ругались и отводили меньше времени на отдых ночью и утром. Половина группы была убеждена в том, что нужно возвращаться, хотя Алоное настаивала на том, что «Разрушитель» с ними только разговаривает, и это доказывает, что он не может их остановить. Она направила переругавшуюся группу вперед, под деревья.
Как раз этого Кельсер от них и хотел. В этих труднопроходимых джунглях должно быть легко обгонять лошадей, Кельсер мог проходить через заросли так, будто их тут и не было. Он вырвался вперед и подготовил для группы маленький сюрприз, а вернувшись обнаружил, что они опять ругаются. Превосходно.
Он протиснулся внутрь одного из деревьев, держа руку с ножом Нажа наготове. Когда лошади поравнялись с деревом, Кельсер незаметно выдвинул руку и резанул в бок одно из животных.
Лошадь заржала от боли, и воцарился хаос. У тех, кто ехал впереди, нервы были натянуты после недельной пытки нашептываниями Кельсера, и они потеряли контроль над лошадьми. Солдаты закричали, что их атакуют. Древние направили своих животных в разные стороны, некоторые свалились на землю, когда лошади вломились в заросли.
Кельсер бросился через джунгли, догоняя передних всадников. Алоное удавалось удерживать лошадь, но под деревьями было еще темнее, чем на открытом месте, а фонари из-за движения животных сильно раскачивались. Кельсер обогнал Алоное и натянул свой плащ между двумя деревьями, привязав его лианами.
Когда прибыл измученный и численно поредевший авангард, Кельсер взобрался на дерево и влез в плащ. Внутри плаща он прикрепил костер и, когда всадники подошли поближе, пробудил его к жизни. В результате в воздухе над уже измотанной группой неожиданно возникла пылающая фигура в плаще.
Раздались крики о том, что их обнаружил Разрушитель, и всадники на лошадях бросились врассыпную.
Кельсер спрыгнул на землю и заскользил в темноте, держась рядом с Алоное и стражником, которому удалось не оторваться от нее. Вскоре лошадь женщины запуталась в зарослях. Отлично. Кельсер метнулся в сторону, нашел свой тайник с вещами и накинул на себя одно из взятых в крепости одеяний. Он начал пробираться через кусты, придерживая одежду, пока не приблизился к Алоное настолько, что она могла его видеть.
Затем он выступил в поле ее зрения и призывно махнул рукой. Она решила, что наткнулась на своих, и вместе с единственным оставшимся с ней стражником направила лошадей к Кельсеру. Однако так они только отдалились от основной группы, Кельсер увел их еще дальше, а затем нырнул в темноту, так что Алоное и ее стражник потерялись и оказались изолированными.
Кельсер же начал пробираться через темные заросли к остальной группе, его фантомное сердце колотилось. Как же он по этому скучал!
Мошенничество. Это очень волнующе − играть на людях как на флейтах, заставлять их выворачиваться, завязывать им мозги в узел. Кельсер побежал через лес, прислушиваясь к испуганным крикам, окликам солдат, фырканью и ржанию лошадей. Участки дремучей растительности стали дьявольски непроходимы.
Неподалеку один из сморщенных древних собирал своих собратьев и солдат, призывая их сохранять спокойствие. Он направлял людей обратно, возможно, для того, чтобы объединиться с теми, кто заблудился, когда их ряды разделились.
Все еще облаченный в похищенное одеяние, Кельсер с мешком на плече улегся на землю на их пути и стал ждать, пока его кто-нибудь заметит.
− Сюда! − выкрикнул стражник. − Это…
В этот самый момент Кельсер погрузился под поверхность, оставив только мешок и одеяние. Стражник завопил, увидев, как один из древних растаял.
Кельсер выполз из-под земли на некотором расстоянии, а отряд собрался вокруг его вещей.
− Она распалась, древнейшая! − сказал стражник. − Я видел это собственными глазами.
− Это же одно из одеяний Алоное, − прошептала женщина, в шоке схватившись за сердце.
Другой древний осмотрел мешок:
− Пусто. Доми милостивый... О чем мы только думали?
− Назад, − скомандовал Эльрао. − Назад! Все по коням! Проклятая Алоное и ее идея!
Они собрались и ушли за считанные минуты. Кельсер вышел из леса к брошенному одеянию и прислушался к тому, как основная масса экспедиции, в спешке убегая от него, с треском продирается сквозь джунгли.
Он покачал головой и направился через заросли туда, где Алоное и ее одинокий охранник старались идти на звуки отряда. И надо заметить, у них неплохо получалось.
Когда древняя отвернулась, Кельсер схватил охранника за шею и утащил во тьму. Мужчина вырывался, но Кельсер быстро подавил сопротивление, а затем без особых проблем оглушил его. Бесшумно оттащив тело, он вернулся и обнаружил, что одинокая древняя стоит с фонарем возле лошади и нервно озирается по сторонам.
В джунглях воцарилась жуткая тишина.
− Эй? − окликнула она. − Эльрао? Риина?
Кельсер выжидал в тени, пока крики не стали все более и более надрывными. Наконец голос женщины ослаб. Измотанная, она села под покровом леса.
− Оставь его, − прошептал Кельсер.
Она подняла голову, напуганная, с покрасневшими глазами. Древняя или нет, но она до сих пор могла испытывать страх. Ее взгляд метался из стороны в сторону, но Кельсер очень хорошо спрятался от нее.
− Оставь его, − повторил он.
Еще раз уговаривать не пришлось. Дрожащая женщина кивнула, сняла мешок и вытащила из него большой стеклянный шар. Его сияние было настолько ослепительным, что Кельсеру пришлось еще немного отступить, чтобы не раскрыть себя. Да, шар содержал в себе силу, могущественную силу. Он был наполнен светящейся жидкостью, намного чище и ярче той, которую пили древние.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
