К его началу войска 3-й и 4-й ударных армий были развернуты на фронте протяженностью около 100 км. В сущности, старая полоса обороны 27-й армии делилась надвое между 3-й и 4-й ударными армиями, с передачей 23, 33 и 257-й стрелковых дивизий в «бригадную» 3-ю ударную армию.
Ее построение было двухэшелонным. В первом эшелоне были испытанные 23, 33 и 257-я стрелковые дивизии и 31-я стрелковая бригада. Дивизии получили на усиление по одному дивизиону реактивной артиллерии.
Генерал-полковник Еременко также эшелонировал свою группировку войск в глубину с введением в бой всех сил по мере расширения фронта наступления.
Наша оборона первой линии до самого последнего момента прикрывалась старыми, известными врагу соединениями, что обеспечило внезапность советского наступления для противника.
Трагедия 189-го немецкого пехотного полка
Вражеская оборона не была прочной. В полосе наступления обеих армий на широком фронте оборонялись 123-я пехотная дивизия 2-го армейского корпуса 16-й армии группы «Север» и часть сил 253-й пехотной дивизии 23-го армейского корпуса 9-й армии группы армий «Центр». У них в тылу находилась кавалерийская бригада СС. Как почти на всем Северо-Западном фронте, оборона противника состояла из отдельных узлов сопротивления, оборудованных в населенных пунктах. Ожидалось прибытие из Франции свежего 189-го пехотного полка 81-й пехотной дивизии, которая кампанию на Западе прошла почти без потерь. Перед Рождеством 1941 г. дивизия стояла расквартированная на Атлантическом побережье, где солдаты и офицеры наслаждались службой. Но встретить Рождество на французском побережье им не пришлось. 23 декабря роты полка и артиллерийские дивизионы погрузили в воинские эшелоны. Пошли слухи: «Мы едем в Россию, на Восточный фронт». Через 13 дней непрерывной дороги эшелоны прибыли на станцию Андреаполь и выгрузились в метровой глубине снега при температуре 30 градусов ниже нуля. К таким условиям ни солдаты, ни офицеры не были готовы. На весь полк не было ни одной зимней шинели. Не было ни одной шапки и наушников для защиты от холода. Не успев еще понять, что произошло, многие отморозили пальцы ног и уши [72] .
В бой с наступающими советскими войсками им придется вскоре вступить недалеко от места выгрузки – на станции Охват.
Наступление
В окончательном варианте план операции выглядел следующим образом. Войска 3-й ударной армии должны были нанести главный удар в общем направлении на Великие Луки. Войска 4-й ударной армии наступали на Пено, Андреанополь вдоль железной дороги на Торопец. Примыкавшей к правому флангу армии Пуркаева 34-й армии было приказано частью сил своего левого фланга нанести удар в направлении на Ватолино с целью обеспечить правый фланг наступления.
Исходное положение войска двух армий заняли в ночь на 8 января 1942 г. Утром следующего дня после тридцатиминутной артиллерийской подготовки войска генерала Пуркаева перешли в наступление. У их соседей, в полосе войск Еременко, артиллерийская подготовка продолжалась два часа.
Не имея опыта прорыва вражеской обороны, наступая в метровом снегу, войска 3-й ударной армии втянулись во фронтальные затяжные бои с мелкими гарнизонами. Промежутки между ними не были использованы для обхода вражеских опорных пунктов и их окружения. В первый день наступления удалось продвинуться всего на 4–5 км. Войска 4-й ударной армии действовали энергичнее и к концу первого дня наступления продвинулись на 8–15 км.
Такую разницу в эффективности боевых действий войск М.А. Пуркаева и А.И. Еременко можно объяснить также разной укомплектованностью дивизий. Ядро 3-й ударной армии составляли понесшие потери в боях стрелковые дивизии (средняя укомплектованность 8689 человек). В 4-й действовали преимущественно свежие соединения (средняя укомплектованность 11 172 человека). У Еременко было едва ли не вдвое больше орудий 76-мм и выше, чем у Пуркаева, 790 против 489 по состоянию на 1 января 1942 г [73] .
Тем не менее в первый день наступления войскам 4-й ударной армии не удалось взять Пено. Из-за сильного огня и контратак противника пришлось даже отвести войска на восточный берег Волги. Только подтянув артиллерию, используя гвардейские минометы, удалось к 13 часам 10 января выбить немцев из Пено.
Надо сказать, что удар на Пено оказался совершенно неожиданным для командования противника. Созданные им в этом районе укрепления и опорные пункты образовали огневой «мешок» и, фланкируя подступы к городу, по мнению немцев, обеспечивали надежную защиту этого направления. Поэтому противник, укрепив стенки «мешка», не обратил серьезного внимания на оборону его дна.
Переход в наступление войск Северо-Западного фронта встревожил противника. В журнале военных действий Верховного главнокомандования вермахта (ОКВ) 12 января отмечалось:...
«Враг продолжает наступление на всем фронте озер, он занял Пено, а также многие сражающиеся до последнего опорные пункты. …Мы вводим все имеющиеся в распоряжении резервы».
Войска обеих армий выдвигались вперед, и 13 января разрыв между ними, прикрытый лишь 31-й стрелковой бригадой из войск генерала Пуркаева, достиг 35 км и все увеличивался. Это создавало угрозу войскам Еременко, продвигавшимся быстрее. Командующий фронтом требовал от 3-й ударной армии ускорения темпов наступления. Но при застывшем под Ватолино и Молвотицами ее правого фланга это привело бы к еще большему растягиванию фронта и постепенной потере армией наступательных возможностей.
22-см орудие на огневой позиции
Осью наступления 4-й ударной армии была железная дорога Осташков – Андреанополь. В районе станции Охват наступающие войска А.И. Еременко встретили боевую группу из 189-го пехотного полка 81-й пехотной дивизии и приданные ей дивизионы 181-го артиллерийского полка той же дивизии.
Наступление Северо-Западного фронта
По опыту Финской войны в СССР были сформированы отдельные лыжные батальоны, которые придавались дивизиям и армиям для обходов и охватов противника по глубокому снегу. В наступлении на Холм и Торопец лыжные батальоны были применены по прямому назначению. Два лыжных батальона (67-й и 68-й) обошли обороняющуюся вражескую группу по льду озера с тыла и перехватили пути ее отхода. С фронта противника атаковали части 249-й стрелковой дивизии генерал-майора Тарасова. Они были усилены двумя дивизионами артиллерии, дивизионом РС и 141-м танковым батальоном (4 – КВ, 7 – Т-34, 20 – Т-60).
Экипаж Т-34 осматривает местность перед наступлением
С востока боевую группу немцев атаковали части 332-й стрелковой дивизии, той самой, батальоны которой шли по Красной площади 7 ноября 1941 г. Бой с окруженным противником шел с 13 по 15 января 1942 г. Боевая группа была практически уничтожена, к Торопцу вышло всего 10 человек.
Одновременно войска левого фланга 4-й ударной армии создали угрозу частям немецкой 9-й армии в районе Селижарова и вынудили их к отходу. Это дало возможность правофланговым частям 22-й армии Калининского фронта выйти на правый берег Волги.
К исходу 16 января разрыв между 3-й и 4-й ударными армиями составлял 35 км и при дальнейшем наступлении мог увеличиваться еще больше. На рассвете 15 января после 20-минутной артиллерийской подготовки при поддержке 141-го танкового батальона 290-я начала атаку на Андреанополь одновременно с северо-запада и севера. Немцы никак не ожидали, что войска 4-й ударной армии выйдут непроходимыми лесами к ним в тыл, в городе началась паника. В 17 час. 30 мин. 16 января город был полностью очищен от противника.
Глубокое продвижение войск Пуркаева заставляло выделить все больше сил для защиты северного фланга армии. 17 января 1942 г. командующий Северо-Западным фронтом генерал-лейтенант П.А. Курочкин в докладе И.В. Сталину подчеркивал, что для движения вперед и выполнения основной задачи по выходу в район Великих Лук в 3-й ударной армии остается две стрелковые дивизии, три стрелковые бригады и лыжные батальоны. Накануне командующий Северо-Западным фронтом поставил перед 3-й ударной армией задачу освободить Ватолино и Молвотицы, а подвижным отрядам занять Холм. Последняя задача означала наступление почти строго на запад. Ватолино и Молвотицы – это населенные пункты, которые лежали на южном периметре окружаемой демянской группировки противника, они были хорошо подготовлены к обороне, имели сильные гарнизоны. Для наших войск они оказались «крепким орешком».
Продовольствие. Склады Торопца
Продовольствие! Чем кормить красноармейцев и офицеров? Этот вопрос мучил и Пуркаева, и Еременко. «Через десять дней, – писал А.И. Еременко, – наши запасы иссякли». В какой степени были важны заботы о приобретении трофеев, ясно из его слов: «…из показаний пленных на допросах и донесений наших разведчиков, действовавших за линией фронта в тылу у немцев, мы знали о наличии больших немецких складов с огромными запасами продовольствия в Торопце, поскольку этот город являлся крупной базой снабжения группы армий «Центр». Этот факт имел для нас решающее значение. Здесь у нас появился шанс получить продовольствие как для моей, так и для соседней с ней армии.
