Продовольствие. Склады Торопца
Продовольствие! Чем кормить красноармейцев и офицеров? Этот вопрос мучил и Пуркаева, и Еременко. «Через десять дней, – писал А.И. Еременко, – наши запасы иссякли». В какой степени были важны заботы о приобретении трофеев, ясно из его слов: «…из показаний пленных на допросах и донесений наших разведчиков, действовавших за линией фронта в тылу у немцев, мы знали о наличии больших немецких складов с огромными запасами продовольствия в Торопце, поскольку этот город являлся крупной базой снабжения группы армий «Центр». Этот факт имел для нас решающее значение. Здесь у нас появился шанс получить продовольствие как для моей, так и для соседней с ней армии.
Генерал-майор Тарасов, командовавший 249-й стрелковой дивизией, получил задачу быстрым маневром выйти к Торопцу и взять его, захватив целыми склады. План увенчался успехом. Мы взяли около сорока продовольственных складов, где находились масло и другие жиры, мясные и рыбные консервы, различные концентраты, мука, крупа, сахар, сухофрукты, шоколад и прочее. Этим провиантом наша армия кормилась целый месяц. Успех Торопецкой акции имел для нашей операции важное значение. Я гордился, докладывая о ней в Ставку».
В гарнизон Торопца входили части 403-й охранной и остатки 123-й пехотной дивизий. 19 января части дивизии Тарасова окружили Торопец. С утра 20 января начался штурм, бои шли в городе до темноты. С рассветом 21 января началась атака. Противник в панике отступил на запад, где он попал под огонь 925-го стрелкового полка 249-й стрелковой и передовых отрядов 360-й стрелковой дивизий полковника А.Ф. Болотова. При овладении городом большую помощь оказали партизаны.
Кроме продовольственных складов, захвачено 6 танков, 725 автомашин, около 450 тысяч снарядов, несколько миллионов патронов. Грамотно были использованы лыжные батальоны (67-й и 68-й). Они были направлены на юг и захватили ж.д. станцию Старая Торопа. Тем самым была перехвачена железная дорога из Великих Лук в Ржев, являющаяся важной транспортной артерией левого фланга группы армий «Центр».
А.И. Еременко все больше беспокоил растянутый левый фланг. Разрыв между 4-й ударной армией и 22-й армией Калининского фронта сдерживал продвижение войск А.И. Еременко на юг. Армия вынуждена была выделить значительные силы: 332, 258 и 334-я стрелковые дивизии и 21-ю стрелковую бригаду. Глубокие продвижения в бедном дорогами районе привели к отставанию артиллерийских полков на 60–80 км от основных сил армии. Отстал также приданный 4-й ударной армии 171-й отдельный танковый батальон (12 танков «Матильда», 9 «Валлентайн» и 10 Т-60).
Действия 3-й ударной армии были недостаточно успешными. К 21 января ее правый фланг оставался на прежнем рубеже. В центре 33-я стрелковая дивизия полковника Макарьева продвинулась на 60 км, ворвалась в Холм и вела бои в городе.
Левофланговые соединения армии, не встречая сильного сопротивления противника, продвинулись на 80 км. В результате фронт армии растянулся на 200 км. Отставание от армии Еременко достигало 60 км, что создавало угрозу ее правому флангу со стороны Великих Лук.
С выходом в район Торопца и Холма войска левого фланга Северо-Западного фронта выполнили поставленную перед ними задачу.
В связи с тем что Северо-Западный фронт вел наступление по двум расходящимся направлениям и его южная группировка решала общие с Калининским фронтом задачи, по директиве № 170034 Ставки ВГК от 19 января 1942 г. 4-я ударная армия вместе с 3-й ударной армией с 6 часов 22 января передана в Калининский фронт.
Глава 8 «ХОЛМСКИЙ КОТЕЛ»
Дивизия полковника Макарьева штурмует город
Холм – город старинный, в те времена умели выбирать места, удобные для обороны – на возвышенном берегу слияния Ловати и Куньи. С востока и юго-востока – открытая, болотистая местность, малопригодная для наступления на город. Обороняться в Холме немцам было легче, чем нам его брать в 1944 г. Интересны воспоминания латыша-добровольца, находившегося в городе зимой 1942 г. «Он вместе с другими добровольцами имел одинаковое задание – уничтожать партизан. Партизаны рассматривали зону вокруг Холма как идеальную базу для своих действий, а немцы считали сам город идеальной базой для операций против партизан. Из этого центра мы могли легко и удобно ликвидировать сосредоточение партизан во всей округе.
Но жизнь часто распоряжается совсем иначе, чем мы планируем. За несколько дней, как по взмаху волшебной палочки, все изменилось, и Холм вошел в книги по истории Второй мировой войны как осажденный город-крепость. …Семь дорог, образуя звезду, сходились в Холме, делая его позицию ключевой среди окружающих болот и придавая городу чрезвычайную стратегическую значимость.
В этой интерпретации Холм был как засов в тыльной стороне двери 16-й немецкой армии, и, если он выдержит, то остановит непрерывный напор коммунистов к западу и помешает их главной цели – отколоть группировку немецкой Северной армии от группировки Центральной армии. За этим последует освобождение Ленинграда и продвижение вперед – на Латвию» [74] .
Как покажут дальнейшие события, между Холмом и Демянском много общего – окружение, блокада, снабжение гарнизонов по воздуху, «пробивание» коридора к осажденным, правда, масштабы были различны.
Немецкая колонна, зима 1942 г.
Комендантом гарнизона был назначен командир 281-й охранной дивизии генерал-майор Шерер. Подразделения его дивизии были разбросаны по всей ширине фронта. Оборонять Холм предстояло силами местного гарнизона и разрозненных воинских групп, входивших в состав различных немецких дивизий. Все они должны были постепенно подтянуться к городу. Подразделения 280-го пехотного батальона, например, были переброшены на Восточный фронт из Дании. Были там и горные стрелки, и полицейские батальоны, и даже моряки. Плюс ко всему 8 латышских и 7 немецких батарей. Всего в гарнизоне было около 5000 человек. Этой «боевой группе Шерера» предстояло с конца января 1942 г. удерживать небольшой участок фронта на берегу Ловати. Занимаемая противником площадь составляла всего около двух с половиной квадратных километров, а порою гораздо меньше, удерживая тем самым автодорожный узел посреди огромного заболоченного района, опорный пункт и переправу через верховья Ловати.
Командир 33-й стрелковой дивизии полковник А.К. Макарьев 18 января в 15 часов получил боевое распоряжение о наступлении на Холм. Вечером того же дня в 23.30 был отдан приказ о выдвижении дивизии в район города Холм с последующим переходом в наступление и овладение городом. По этому приказу части дивизии в течение 19.01.42 г. выходили в район Холма, окружали его и, нанося удар с северо-запада и запада, в ночь на 20.01.42 г. овладевали городом, уничтожая в нем остатки отошедшего противника.
82-й стрелковый полк занял исходные положения для наступления к исходу 19 января. Остальные полки вышли только через сутки – 16-й стрелковый полк по причине отсутствия дорог, а 73-й стрелковый полк из-за того, что 19 и 20.01.42 г. он продвигался с боем. 19.01.42 г. первый раз за весь период наступления немецкая авиация группами в 15–20 самолетов бомбила наступающие части.
Дивизия при подходе к Холму имела 9924 человека, 374 автомата, 126 ручных и 18 станковых пулеметов, 50-мм минометов – 31, 82-мм минометов – 12, 76-мм орудий – 12, 122-мм орудий – 6. Вечером 20.01.42 г. началась борьба за Холм, а к утру следующего дня он был окружен. С 20.01.42 г. дивизия вела напряженные бои на подступах и непосредственно в Холме, одновременно отражая яростные атаки вновь подходящих частей 218-й пехотной дивизии в районе Куземкино. К исходу 23 января была очищена от противника вся западная часть города. Восточная часть Холма прочно удерживалась немцами.
Уже 22 января обозначилось выдвижение крупных сил противника по дороге Локня – Холм и ряд настойчивых его атак в районе Куземкино с задачей соединиться с Холмским гарнизоном. 23 января части 33-й стрелковой дивизии при поддержке 146-го танкового батальона (13 танков) вновь предприняли штурм города. Лишенные достаточной пехотной поддержки, танки, рискуя быть сожженными на узких улочках города, вынуждены были отойти.
27 января свыше батальона пехоты противника обходом с северо-запада ворвались в город. 164-й стрелковый полк вынужден был оставить западную часть Холма и отойти в Ореховно. В результате противник смог соединиться с частями немецкого гарнизона, находившимися на восточном берегу Ловати.
Немцы, прорвавшись в Холм, продолжали атаку против Куземкино с целью расчистить себе путь в город. Напор врага ослабел только 31 января, когда на дорогу Холм – Локня возле деревни Сопки в десяти километрах от Холма вышла 45-я стрелковая бригада. Предыдущими боями она была обескровлена. На 13 января в ее 73-м стрелковом полку насчитывалось 218 человек, в 164-м – 312 человек. До 12 февраля атаки на Холм не предпринимались. Наши части приводили себя в порядок, пополняли стрелковые батальоны за счет тыловых и спецподразделений, доведя состав каждого из трех батальонов полков до 500–550 человек.
