башка!
— Эксель! — всполошилась Мисси. — Леди не выражаются подобными словами!
— Но… но… — Эстер густо покраснел. — Почему тогда он отказался от престола?
— Уж явно не потому, что Вечный Сапфир усомнился в нем! Его заслуги были самыми выдающимися среди всех правящих лиц вовсехКоролевствах.
— А у меня несколько иное мнение. — Эстер запустил руку в карман брючек и вытащил вдвое сложенный листочек. Взволнованно открыв его, брат продемонстрировал мне аккуратно вычерченную табличку. — Смотри, в этом столбике — деяния Кейденса Азэлстана, а здесь — заслуги Кларанса Дюрана, правителя Королевства Водолея, почившего ровно десять лет назад. Так вот, я проанализировал историю и даже нашел одну монографию, и, если сравнивать их периоды правления, то персона Дюрана на небосклоне властителей сияет намного ярче остальных. Взять хотя бы его граничащие с безумием реформы по наделению правами кровавых гарпий. Весьма смело! Спасти их короля, одарить гарпийский народ доверием, пустить с их Закрытого острова на материк и даже в свою столицу — достойно восхище… ой!
Разозлившись, я резко встала, шагнула вперед и с силой толкнула Эстера в грудь, отчего брат налетел на соседнюю парту и рухнул на пол. Мисси охнула.
— Правитель Азэлстан наградил наших родителей деньгами и землей, поэтому мы можем так роскошно жить, не думая о нужде! А ты тут мне навязываешь свое глупое мнение, основанное на столь же глупых домыслах! И вообще, какого дьявола ты хвалишь чужого правителя?! Не кусай руку, которая тебя кормит, заморыш! — Меня вдруг осенило. — Да ты просто завидуешь мне. Потому что отец занимается только мной, а тебя не замечает. Он не любит тебя!
— Эксель! — воскликнула Мисси.
Брат сжал голову в плечи. Его лицо побелело, губы начали дрожать.
— Я просто решил, что будет здорово поговорить с тобой о чем-нибудь. Просто хотел… Хотел проводить с тобой как можно больше времени. Дру… дружить, — едва слышно пролепетал он.
— Не нуждаюсь в обществе такого бесполезного куска лошадиной лепешки! — От ярости мой крик обратился тонким мерзким взвизгом.
Толкнув дверь, я вылетела в коридор. Меня трясло от злости, ноги едва держали, поэтому я прислонилась спиной к стене здесь же, у двери.
— Не ушибся? — донесся до меня обеспокоенный голос Мисси.
— Ни капелюшечки. — Несмотря на случившееся, Эстер не утратил бодрость духа и продолжал храбриться.
— Эстер, не нарывайся на драку с сестрой. Ледяное спокойствие — ее обычное состояние, но ежели разворошишь драконье гнездо, тебя снесет, как мельницу ураганом.
— Не волнуйся. Не стану сопротивляться, если Эксель вновь пожелает меня ударить. Я вообще не любитель драться. Прибегну к насилию лишь в том случае, если мне необходимо будет защитить сестру.
Я оторопела.
Защитить меня? Это тщедушное создание желает менязащитить?
Но ведь я обозвала его и причинила ему боль. А он…
Съехав по стене, я свернулась клубочком, притянув колени к груди и прижавшись к ним лбом. От ощущения собственной неправоты раскалывалась голова, в висках стучала кровь. Но мне нельзя было делать неверные выводы. Если ошибусь хоть раз, отец разочаруется во мне. Да, разочаруется…
Я чуть наклонилась в сторону, вслушиваясь в легкомысленно звонкий смех Эстера за дверью учебной комнаты.
Не такой уж я и идеальный преемник, не так ли, отец?
* * *
И почему именно это воспоминание завладело сегодня моим сном?
Зависть… Тот, кого долгое время обуревала зависть, — это вовсе не брат.
Мышление Эстера всегда было шире моего. Взгляд в будущее, оценка последствий, поиск наилучшего решениядля всех. Я же раз за разом искала то, что будет полезно лично мне. Здесь и сейчас. Моя натура сплошь состояла из эгоизма и первосортного цинизма. Проницательный Дакот ощущал это, но почему-то не отвергал меня.
А я безумно завидовала Эстеру. Его чистому, незамутненному сознанию. Его мягкому принятию мира со всей мирской червоточиной и гнилью. Его всепрощающему отношению, умению понять. Всю ту отвратность, что я, не задумываясь, отталкивала от себя, он принимал и старался изменить в лучшую сторону. Будь мы с ним правителями, его Королевство бы процветало, а мое — кануло бы во тьму…
Просыпаясь каждое утро задолго до времени подъема, я просто лежала, глядя на пурпурно-бежевые фигуры потолка, и вспоминала блики, танцующие на волосах Эстера, когда на их струящуюся поверхность падали лучи солнца.
Эгоисты вроде меня не должны быть венцом жизни. Мир не падет, только если его основой станут люди, чье благородство и чистота затмят мерзость реальности. Такие, как Эстер. Мне же остается лишь упиваться собственной слабостью и надеяться, что хотя бы малая часть моего существования принесет ему пользу. Словно поганый грибочек, плененный во тьме выступающих над землей корнях дерева, я буду продолжать жаждать его чистого солнечного сияния…
Мои глаза уже открылись, но продолжали застилать разум иллюзорными образами. Вместо привычного потолка своей комнаты, я видела давящую черноту. Будто оказавшись пленницей в наглухо забитом гвоздями гробе, я дышала через раз и пыталась не впасть в панику.
«Страх полезен лишь как побудитель самосохранения. В ином случае он — спутник погибели», — одними губами я повторила слова отца. А потом снова. И снова. Пока в голове не прояснилось.
Приподнявшись на локтях, я огляделась. Глаза постепенно привыкли к темноте. А еще я ощутила легкую качку и услышала тихое шуршание снаружи.
Все-таки похищение не было кошмаром. Я и правда заменила собой Эстера и теперь была на пути к человеку, который сумел всего за пару часов превратить нашу размеренную жизнь в бесконечный Ад. Хранитель ядов. Может, и у меня найдется для него пару флаконов с ядом?
Пошарив рукой у бока, я обнаружила сумку. Эти олухи даже не догадались отобрать ее у меня. А ведь кармашки подарка Руары были доверху набиты всякой всячиной — чуть-чуть фантазии и новый изящный ход был бы продуман до мелочей. Уверена, я бы сумела ускользнуть.
Но будет ли это правильным выбором? Побег станет очередным моим эгоистичным поступком, имеющим цель спасти собственную жалкую шкуру. А Эстер вновь окажется в опасности. Из-за моей неуверенности.
Прижав сумку к груди, я глубоко вздохнула. Враг известен. Мне нужно
