на меня с жадными поцелуями.
День проходит как обычно, даже лучше: секс, завтрак, сбор чемоданов, обед, сериал, секс, сериал. Мое поведение не вызывает у Кирилла никаких подозрений. Сегодня мы даже выглядели (притворялись) счастливыми.
Вечером его срочно вызывают на работу. Когда часы пробивают полночь, я ухожу спать, так и его не дождавшись.
Глава 16
Я просыпаюсь от какого-то беспокойного сна, который тут же забываю. Кровать рядом все еще пуста. Переворачиваюсь на другой бок и дергаюсь от испуга: Кирилл сидит на кресле рядом с кроватью и смотрит прямо на меня. Часы показывают половину третьего ночи.
— Кирилл?
Он молчит. Я встаю, включаю лампу и сажусь ему на колени.
— Ты чего не спишь? — запускаю пальцы в его волосы и, поглаживая скулы большими пальцами, поднимаю на себя его лицо. От его полного ненавистью и гневом взгляда кровь стынет в жилах.
Он все знает. Он убьет меня.
Я вскакиваю с места и пячусь назад в сторону выхода. Кирилл встает следом и бьет меня по лицу, отчего я падаю на пол и ударяюсь головой о край кровати. Из носа уже течет кровь, в ушах звенит. Кирилл садится на меня верхом, его рука сжимается на моем горле. Его лицо исказилось от ярости, он точно обезумел. Я цепляюсь в его руку и бесполезно дергаю ногами, чувствуя, как вместе с остатками кислорода меня покидают и силы. Почему это происходит снова?!
Я тянусь к лицу Кирилла и оставляю на нем кровавые царапины, нахожу большими пальцами его глаза и давлю на них. Кирилл морщится от боли и отстраняется, разжимая руку, а я со всей силы пинаю ногой ему между ног и отползаю назад на четвереньках. Опираюсь на тумбу, чтобы встать, но Кирилл хватает меня за ноги и тащит назад. Я падаю на пол, но успеваю схватить лампу. Свет гаснет, спальня вновь погружается в полумрак. Успеваю ударить Кирилла по голове один раз, прежде чем он выхватывает дампу из моих рук и бросает в сторону. Воспользовавшись моментом, я встаю и иду к туалетному столику. Хватая все подряд, я бросаю в Кирилла помады, тени, украшения, флакон с духами и брызгаю дезодорант ему в лицо.
— Сука! — он жмурится и начинает тереть глаза руками.
Я беру свой телефон и бегу к двери, по пути включая свет. Дрожащими руками пытаюсь открыть замок, но кручу не в ту сторону. Наконец, дверь открывается, но в этот момент что-то сильно толкает мою голову вперед, и я ударяюсь о дверь. Потом Кирилл дергает меня за волосы и отбрасывает назад к стене. Я падаю на полку для обуви и вновь ударяюсь головой. Отползаю на локтях подальше от Кирилла, незаметно хватая одну туфлю на длинном тонком каблуке.
— Прикончишь меня и даже не скажешь, почему? — пытаюсь отвлечь его разговором.
— Потому что ты лживая лицемерная шлюха, — он наклоняется ко мне и бьет по лицу. Во рту появляется металлический привкус крови.
— А я не обещала тебе верность и вечную любовь.
Снова удар.
— Как ты посмела прийти сюда и прикасаться ко мне после того, как тебя так грязно поимели?!
— Какой брезгливый! Вот только поздно ты одумался.
От выражения его лица, исполненного недоумением, я разрываюсь диким хохотом. Кровь из носа стекает по губам прямо в рот.
— Ты так и не понял? Какой же ты олень. Мы трахались с ним прямо на нашей кровати.
На Кирилла нахлынывает новая волна ярости. В глазах сверкает отвращение и презрение.
Я замахиваюсь туфлей и ударяю его по лицу, оставив кровавый след на скуле, потом наклоняюсь вниз и всем весом давлю каблуком на его ногу. Кирилл кричит от боли и пятиться назад. Толкаю его в грудь со всей силы, и он падает на пол. Я поднимаю с пола телефон, ключи от машины, выбегаю в коридор и захлопываю дверь, надеясь, что это его хоть как-то удержит.
Судорожными движениями нажимаю кнопку лифта, не отрывая глаза от двери. С двадцать первого этажа я точно не добегу вниз. В момент, когда двери лифта закрываются, щелкает дверной замок. Сердце бешено бьется в груди, голова болит, кровь без остановки льется из носа. Хоть бы он не оказался внизу, когда я спущусь туда. В этом доме есть еще один лифт, но, надеюсь, Кирилл с раненной ногой двигается не так быстро.
Двери лифта открываются. В коридоре никого нет, но соседний лифт приближается вниз. Я бегу к выходу босыми ногами и ищу машину Кирилла, нажимая на все кнопки сигнализации. В этот момент Кирилл выходит из подъезда и, хромая, бежит в мою сторону. Я сажусь в машину, блокируя двери, и пытаюсь завести ее, но пальцы не слушаются. Кирилл подбегает к машине и барабанит по стеклу, что-то гневно крича. Кое-как выезжаю с парковки, царапая соседнюю машину и вижу в зеркале заднего вида, как удаляется фигура Кирилла. Хорошо, что уже поздно, и на дороге почти нет машин, иначе я бы разбилась.
Дрожащими пальцами я набираю номер Никиты. Идут долгие гудки. Я набираю номер два, три, четыре раза.
— Да? — слышится сонный голос.
— Кит, это я. Он все знает. Кирилл все знает, — чуть не реву я.
Молчание.
— Где ты сейчас?
— На его машине черт знает где. Где-то недалеко от дома, — тараторю я истерическим голосом.
— Быстро приезжай ко мне. Ты же помнишь адрес?
— Да.
— С тобой все в порядке?
— Нет, нет, блять, не в порядке! — я завершаю вызов и бросаю телефон на соседнее сиденье.
Через пару минут я понимаю, что еду в неизвестном направлении, и останавливаюсь на обочине, чтобы найти адрес Кита. Я еду к нему целых полчаса, все время проверяя зеркала. Чудом мне удается до него доехать безо всяких инцидентов.
Кит встречает меня на улице. Я подбегаю к нему и кидаюсь в объятия.
— Боже, Крис, ты в порядке? — хватает ладонями мое лицо и беспокойно осматривает его.
— Помоги мне, пожалуйста, —
