Читаем без скачивания Сказочный корабль - Филип Фармер

«Ненаемный» будет единственным металлическим судном на Реке, единственным, приводимым в движение не веслами или ветром, а силой подчиненной человеку энергии, и его вид заставит любого человека, независимо от того, когда он родился, в двухмиллионном году до нашей эры или в двухтысячном нашей эры, вскочить и уставиться во все глаза.

И он, Сэм Клеменс, будет капитаном, Капитаном с Большой Буквы, ибо на борту этого корабля с командой из ста двадцати человек будет только один Капитан!

Король Англии Джон может назвать себя хоть адмиралом, если ему захочется, хотя, если бы это зависело от Сэма Клеменса, он был бы не адмиралом, а первым помощником. А если бы это на самом деле зависело только от Сэма, то короля Джона — Джона Безземельного, Кровавого Джона, Грязного Джона — вообще не пустили бы на борт корабля. Сэм Клеменс с большой зеленой сигарой в зубах, в белой фуражке, в белом кителе с накидкой через плечо высунется из иллюминатора правого борта огромного капитанского мостика и крикнет: «Стойте, вы, увальни! Схватите этого бессмертного предателя и швырните его с трапа! Мне все равно, упадет ли он на берег или плюхнется в Реку! Освободите корабль от этого человеческого мусора и поживее!»

И принц Джон полетит вниз, ругаясь, изрыгая проклятия на своем средневековом английском языке с французским прононсом или на англо-нормандском французском, а может быть, и на эсперанто. Затем трап поднимут наверх, зазвенит колокол, раздастся пронзительный гудок, и Сэм Клеменс, стоя рядом с рулевым, прикажет отдать швартовы.

Путешествие! Вверх по Реке, возможно, на десять или на двадцать миллионов миль, продолжительностью в сорок лет, а может быть, и в целое столетие. На Земле, на давно умершей для них Земле, никто и мечтать не мог ни о чем подобном. Никто не мог мечтать о таком Судне, о такой Реке, а тем более, о таком Путешествии! Вверх по Реке — единственной на этой планете, на единственном судне под командованием Капитана Сэма Клеменса, которого разрешено будет называть боссом!

Он был так счастлив!

А затем, когда они направлялись к середине Реки для того, чтобы испытать корабль на самом сильном течении в центре этого могучего потока, когда тысячи людей вдоль обоих берегов махали им руками, приветствуя их или плача им вслед, сожалея, что они не могут последовать за ним, Сэмюелем Легхорном Клеменсом, известным как «Марк Твен» — Капитан-босс, он увидел человека с длинными желтыми волосами и широченными плечами, протискивающегося сквозь толпу.

На нем было одеяние из полотнищ, застегнутое на магнитные кнопки. Его кожаные сандалии сделаны были из шкуры речного дракона; вокруг массивной мускулистой шеи — ожерелье из ярко раскрашенных позвонков рогатой рыбы. В огромной могучей руке этот человек сжимал деревянную рукоятку огромного боевого топора из стали. Его светло-голубые глаза были устремлены прямо на Сэма Клеменса, а его лицо с ястребиным носом было печально.

Сэм Клеменс закричал рулевому:

— Быстрее! Быстрее! Полный вперед!

Огромные гребные колеса стали еще сильнее молотить по Реке. Палуба задрожала, несмотря на фиберглассовую виброизоляцию. И вдруг этот светловолосый человек, Эрик Кровавый Топор, король викингов десятого века, оказался на капитанском мостике.

Он закричал Сэму по-норвежски:

— Предатель! Я же сказал тебе, что мы еще встретимся! Ты предал меня ради того, чтобы добыть железо из упавшей звезды и построить свой великий речной корабль!

Сэм выскочил из капитанской рубки и стал по трапам сбегать вниз, с одной палубы на другую, пока не очутился в темном чреве трюма, но здесь тоже оказался Эрик Кровавый Топор!

Сэм Клеменс пробежал мимо колоссальных вращающихся валов электромоторов и очутился в химической лаборатории, где инженеры получали нитрат калия из человеческих экскрементов и, смешивая его с серой и древесным углем, приготовляли порох. Сэм схватил подвернувшийся под руку запал, быстро поджег его от одной из лабораторных горелок и закричал:

— Стой или я взорву весь корабль!

Эрик остановился, но продолжал размахивать над головой своим огромным топором. Он ухмыльнулся и сказал:

— Ну, попробуй! У тебя на это не хватит духу! Больше всего на свете ты любишь свой корабль, даже больше, чем свою неверную, но от этого не менее драгоценную Ливи! Его ты никогда не взорвешь. Поэтому я разрублю тебя до самого пояса и сам стану капитаном!

— Нет, нет! — кричал Сэм. — Ты не посмеешь! Ты не сможешь! Не сможешь, слышишь! Это же моя Мечта, моя! Это моя страсть, моя жизнь, это весь мой мир! Ты не сможешь!

Норвежец подошел к нему ближе. Топор засвистел у Сэма над головой.

— Я не смогу? Стой здесь и смотри!

За его плечом Сэм увидел тень. Она быстро приближалась и превратилась в высокую фигуру без лица. Это был Икс, Таинственный Незнакомец, этик-отступник, который направил метеорит в Речную Долину, чтобы Сэм мог извлечь из него железо и никель, а потом построить свое Судно. Чтобы он мог пройти вверх по этой Реке до северного полюса, где возвышалась Таинственная Башня, Великий Грааль (называйте ее, как хотите), спрятанная в холодном тумане. И там Сэм, в сопровождении одиннадцати человек, отобранных Иксом для осуществления до сих пор еще не ясного плана, возьмет штурмом башню и найдет… что же он там найдет? То, что будет внутри нее, что бы это ни было.

— Незнакомец! — вскричал Сэм. — Спаси меня! Спаси!

Смех был подобен ветру с ледяного полярного моря, от которого холодеют внутренности.

— Спасай себя сам, Сэм!

— Нет! Нет! Ты же обещал! — кричал Сэм. А затем глаза его открылись и стоны смолкли. Или ему это приснилось, что он стонал?

Он сел на кровати. Она была сделана из бамбука. Из бамбуковых же волокон был соткан матрац, набитый листьями железного дерева. Одеяло было составлено из пяти полотнищ, скрепленных магнитными кнопками. Кровать стояла у стены комнаты площадью в двадцать квадратных футов. В комнате были также письменный стол, круглый столик, около дюжины стульев из бамбука и сосны и ночной горшок из глины. Еще там стояли бамбуковое ведро, наполовину наполненное водой, большой высокий ларь со множеством отделений для бумажных рулонов, подставка для копий. Лежал лук со стрелами, боевой топор из никелевой стали и четыре длинных стальных ножа. На стене — большое количество крючков, с которых свисали белые полотнища. На колышке для головных уборов висела офицерская фуражка флотского образца, изготовленная из кожи и обтянутая тонкой белой материей.

На столе стояла его чаша — серый металлический цилиндр с рукояткой.

На письменном столе было несколько бутылок с черными как сажа чернилами, лежали ручки с костяными перьями и одна с железоникелевым. Бумага, лежавшая на столе, была из бамбука, но там было и несколько метров тонкого пергамента, изготовленного из внутренней оболочки желудка рогатой рыбы.