Читаем без скачивания Сказочный корабль - Филип Фармер

Ни Сэм, ни Грейвел не понимали английский язык, на котором изъяснялся каждый из них в отдельности. Однако в большинстве случаев прекрасно могли объясняться друг с другом с помощью эсперанто.

Сэм ухмыльнулся. Билл Грейвел, не замеченный часовыми, опустился по веревке, наброшенной на ветку железного дерева, на крышу двухэтажного здания. Он прошел в спальню, где спали три женщины, а затем взобрался на верхнюю лестничную площадку, откуда мог видеть сидевших за столом Джона и его шпионов — итальянца из двадцатого века и венгра из шестнадцатого.

Прибывшие отчитались о своей поездке вверх по Реке. Джон был взбешен, причем с его точки зрения совершенно справедливо.

Слушая рассказ Грейвела, Сэм также пришел в ярость.

— Он пытался убить Артура из Новой Британии? Что он хочет? Погубить нас всех?

Он стал расхаживать по комнате, остановился, закурил большую сигару и снова стал ходить. Опять остановился, чтобы угостить Грейвела куском сыра и стаканом вина.

Иронией Судьбы или, вернее, этиков — так как они знали, что делали — было то, что король Джон и его племянник, которого он когда-то вероломно убил, оказались на расстоянии всего лишь тридцати двух миль друг от друга. Артур, принц Британии на старой Земле, организовал людей, среди которых он воскрес, в государство, которое было названо Новой Британией. И хотя там было очень мало настоящих бретонцев, на территории берега в 10 миль, где он властвовал, Новая Британия все-таки существовала.

Прошло всего восемь месяцев, и Артур обнаружил, что его дядя стал его соседом. Он инкогнито пробрался в Пароландо, чтобы собственными глазами удостовериться, что это на самом деле тот его дядя, который собственноручно перерезал ему горло и швырнул его тело в Сену. Артур жаждал мести — он хотел поймать Джона и как можно дольше утонченно пытать его, не давая умереть, ибо смерть негодяя избавила бы его, возможно навсегда, от возмездия. На следующий день Джон воскрес бы где-нибудь за 1000 миль от этого места.

Артур направил послов, требуя выдачи Джона. Эти требования были отклонены, хотя только честность Сэма и его страх перед Джоном удержали его от удовлетворения требований Артура. Теперь Джон в свою очередь послал четверых людей, чтобы убить Артура. Двое из них были убиты, остальные, отделавшись легкими ранениями, скрылись. Это означало войну. Артур хотел не только отомстить Джону, но и заполучить железный метеорит.

Между Пароландо и Новой Британией по правому берегу Реки лежало 14 миль так называемой Земли Черского. Черский был украинским кавалерийским полковником, жившим на Земле в шестнадцатом веке. Он отказался заключить союз с Артуром. Но люди, жившие к северу от Новой Британии, имели своим правителем Иеясу. Это был могущественный и честолюбивый человек, основавший в 1600 году сегунат Токугава со столицей в Иедо, позднее названной Токио. Шпионы Сэма сообщали, что японцы и бретонец шесть раз проводили военные совещания.

Более того, еще севернее земель Иеясу находилось государство Клеомена, правителем которого был Клеомен, спартанский царь и сводный брат Леонида, который удерживал Фермопильский проход. Клеомен трижды встречался с Иеясу и Артуром.

К югу от Пароландо тянулось одиннадцать миль Публии, названной так в честь ее правителя Публия Красса. Публий был некогда военачальником в войсках Цезаря во времена его войн в Галлии. Он был настроен дружелюбно к Пароландо, хотя и заламывал высокую цену за вырубаемый Сэмом на его территории лес.

Южнее Публии было расположено государство Тайфана, которым управлял Тай Фанг, один из военачальников Кублай-хана, погибший на Земле, с перепою упав с коня.

А еще южнее Тайфаны был расположен уже известный Соул-сити, который возглавляли Элвуд Хаскинг и Милтон Файбрас.

Сэм остановился и взглянул из-под косматых бровей на Грейвела.

— Самое страшное во всем этом, Билл, то, что я сейчас ничего не могу сделать. Если я скажу Джону, что мне известно о его попытке убить Артура, который, возможно, вполне этого заслуживает, судя по всему, что я о нем знаю, то тогда Джон поймет, что у него в доме есть мои шпионы. И он будет все отрицать, требуя, чтобы я предъявил доказательства — и вы знаете, что тогда случится с вами, если я их предоставлю.

Грейвел побледнел.

— Успокойтесь, успокойтесь, мой друг, — махнул рукой Сэм. — Я никогда не сделаю этого. Нет. Единственное, что мне сейчас остается, это сидеть тихо и наблюдать за развитием событий. Но я уже сыт по горло такой тактикой. Это самый презренный из всех людей, встречавшихся мне. О, если бы вы только знали, насколько обширен был круг моих знакомств, включая всех издателей, вы бы почувствовали глубину моих слов.

— Джон мог бы быть сборщиком податей, — сказал Грейвел, что было в его устах страшнейшим оскорблением.

— Это был самый дрянной день в моей жизни, когда я решил взять Джона в компаньоны, — пробормотал Сэм, загасив сигарету. — Но если бы я не сделал этого, то был бы сейчас лишен возможности добывать железо.

Поблагодарив Грейвела, он отпустил его.

Небо над вершинами гор по ту сторону Реки уже покраснело. Скоро небосвод станет розовым у горизонта, а вверху голубым, но пройдет еще некоторое время, прежде чем из-за гор появится солнце. Перед его восходом произойдет разряд чашных камней.

Он вымыл лицо в тазу, зачесал назад густую гриву рыжих волос, поводил кончиком пальца, обмазанным зубной пастой, по зубам и деснам и выплюнул пену. Затем он прикрепил к поясу две пары ножен и сумку на ремешке и одел его. Вместо накидки он набросил на себя длинное полотнище, в одну руку взял дубовую трость со стальным наконечником, а в другую — чашу и спустился по лестнице. Каждую ночь ровно в три часа в течение получаса шел дождь, и долина не успевала просохнуть, пока не показывалось солнце. Если бы не отсутствие болезнетворных микробов и вирусов, половина обитателей долины давно бы вымерла от воспаления легких или от гриппа.

Сейчас Сэм был снова молод и энергичен, но, как и прежде, недолюбливал физические упражнения. По дороге он размышлял о том, что неплохо было бы построить небольшую железную дорогу от его дома к берегу Реки. Но это было бы частичным решением вопроса. Почему бы не построить автомобиль, двигатель которого работал бы на древесном спирте?

К нему стали присоединяться другие люди, и ход его мыслей был прерван приветственными возгласами. В конце прогулки он передал свою чашу человеку, который поместил ее в углубление на вершине серой гранитной скалы в форме гриба. Там было в общей сложности около шестисот серых чаш-контейнеров. Толпа отодвинулась от чашного камня на почтительное расстояние. Пятнадцатью минутами позже скала с ревом разрядилась. Голубое пламя взметнулось вверх почти на 25 футов, гром эхом пронесся по горам. Специально выделенные дежурные взобрались на камень и стали раздавать чаши. Сэм забрал свой завтрак и отправился назад, размышляя над тем, почему бы ему не посылать кого-нибудь со своей чашей на берег, чтобы доставлять ему еду на дом. Ответ, правда, не был секретом: каждый человек настолько зависел от своей чаши, что был просто не в состоянии доверить ее кому-либо другому.