Конечно, и этот завод не может существовать изолированно. Как и все предприятия, он станет составной частью производственного комбината.
Каждая ванна разделена посредине непроницаемой для воды перегородкой. В ваннах раствор, хорошо проводящий ток.
Кислород, выделяющийся на аноде, компрессоры будут выталкивать через высокие трубы в атмосферу. А водород, освобождающийся на катоде, по другим трубам пойдет на химический завод. Туда же по особому трубопроводу сжатый мощными компрессорами газ будет гнать отходы очистки атмосферы - измельченную щелочь со связанной ею углекислотой. С помощью водорода углекислота будет восстанавливаться и послужит сырьем для химического завода.
Итак, очистительная станция связана не только с химическим заводом, но и с электролизной установкой и, конечно, с энергетической. Энергетическая станция дает жизнь этим предприятиям и строительству искусственных вулканов (на первых порах оно пользовалось энергией доставлявшихся с Земли аккумуляторов). Готовые вулканы сами вырабатывают энергию. Позже будет создано, как и на Земле, единое всепланетное высоковольтное кольцо. Вот он, комплекс в действии!
--------------------------------------------------------------------------
----
Вскоре монтаж был закончен, и новые порции кислорода пошли в атмосферу.
Теперь строители уйдут отсюда туда, куда их направит Штаб освоения. Здесь никого не останется, завод будет действовать автоматически.
И вот опять надо расставаться. Двойственное чувство владеет Шотишем. Недавно разлучился он с Мерсье, с которым быстро подружился. А тут он успел уже подружиться с помощниками по строительству завода - и опять нужно уходить в разные стороны.
Грустно?
Но его охватывает радостное предчувствие, ожидание участия в новых предприятиях по освоению планеты. Даль пространства и даль времени! Все это раскрыто перед ним, раскрыто перед человечеством, которого он неотъемлемая частица. Что-то сулит завтрашний день?
Глава 19
Центр урагана
Они сидели друг против друга: смуглый, черноглазый, сухощавый, но атлетически сложенный Шотиш и русоволосый, светлоглазый Сергей.
- Так как же, Шотиш, - спросил Сергей, ласково коснувшись его руки, согласен ты со мной?..
- Постой-ка, - перебил Шотиш, - прежде всего я хотел бы знать, почему тебе разрешили...
- Не так уж обязательно мне быть членом Штаба освоения, - сказал Сергей. Правда, мне удалось там быть кое-чем полезным. Но масштаб работ растет с каждым днем. Нашлись люди с большими организаторскими способностями.
- Понимаю. Конечно, я заранее согласен. Хотя ты еще не сказал мне, куда зовешь.
- А если и не скажу, - озорным тоном сказал Сергей, - поверишь ты мне на слово, что это особенно интересно?
- Почему же не поверить? Неинтересного здесь я не видел.
- А это особенно интересно, - подчеркнул Сергей. - Я должен подобрать себе помощников... Ну, Жан. А он указал еще на тебя.
--------------------------------------------------------------------------
----
Уединенная, высоко поднятая скала среди необозримой равнины - будущий остров будущего моря.
Не случайно выбрано это место для нового грандиозного сооружения. По сведениям вулканологов, теперь недра под прилегающим обширным пространством сравнительно спокойны.
Недавно отбушевал здесь искусственный вулкан. Из вскрытого кратера выползла и потянулась по заранее проложенной дороге сверкающая огненная змея. Пар и дым поднялись к облакам. И презрительно, уверенно смотрела на буйство стихий из домика с пультом молодая девушка, управлявшая буром.
Когда большая часть магмы из этого скопления была вычерпана, геологи проверили прочность породы над образовавшейся сравнительно неглубокой пустотой. Осадка почвы оказалась небольшой. На месте вулкана остался холм из выброшенных им камней и пепла.
--------------------------------------------------------------------------
----
Однажды, на заре долгого венерианского дня, к этому месту подошел воздушный корабль.
Заря на Венере не похожа на земную. Светает медленно, на тучах ни малейшего отсвета солнечных лучей: не пробиться им сквозь тяжкую гущину. И все же есть что-то отрадное, бодрящее в медленной, но неуклонной победе света над долгой ночной тьмой. Над этой пустынной областью не зажигали электрическое солнце, и венерианский рассвет можно было наблюдать во всей его дикой прелести. Сперва чуть-чуть прояснились контуры уже намеченной береговой линии, затем из черноты стали проступать охряные оттенки бесплодных скал - рыжие, светло- и темно-желтые, бурые, оранжевые, красные. Всё больше и больше они отделялись друг от друга. Даль ширилась, становилась необъятной.
Утро было редкое на Венере: спокойное.
Жан, Шотиш и Сергей сошли с корабля и с волнением оглядывали неказистый холм.
Началась выгрузка. Доставленные детали нового сооружения грандиозны, но довольно просты, и монтаж будет несложным. Предстоит собрать вакуум-насос и башню, очень похожую на башню воздухоочистительной станции, но несравненно большую.
Насос громаден, однако прибывшим он кажется не таким уж колоссальным по сравнению с тем, какой объем работы предстоит ему выполнять.
С выгрузкой спешили: на этой планете все нужно делать быстро, никогда не знаешь, какой сюрприз она может преподнести в любой момент.
Недалеко от холма стоял пленочный домик, в котором раньше находился пульт управления искусственным вулканом. Возле домика сложили части насоса и трубы. Затем стали собирать насос. Смонтировали трубу. Ее секции и аппаратура были присланы с Земли, а теперь, доставленные сюда, собраны с помощью крана, прибывшего на том же корабле, который привез и людей.
И вот рядом с насосом встала цилиндрическая башня. Установка готова. Воздушный корабль ушел, увозя большую часть работающих. Скоро домик опустеет. Пока же в нем ненадолго остались только Сергей, Жан и Шотиш. Им предстоит произвести первое испытание установки. Все рассчитано заранее, но уж очень необычны размеры этого сооружения.
Тихо в домике. Глубокая тишина вокруг. Словно планета, уже неоднократно испытавшая вмешательство человека, ломающее стихии, замерла в ожидании нового, еще более могущественного вторжения в ее жизнь.
Все узлы агрегата увязаны. Надо только повернуть пускатель. Потом вся установка будет сама себя регулировать.
У рубильника Шотиш. Можно сидеть. Но он стоит. Так когда-то стояли часовые на посту у воинского знамени.
Перед ним на стене часы. Одна за другой вспыхивают и гаснут цифры, отмечающие секунды.
Полминуты осталось до момента, назначенного Штабом освоения. Теперь в разных местах Венеры, работая или отдыхая, люди застыли в напряженном ожидании. И на Земле, конечно, ждут сообщения...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
