хочет сказать ещё что-то.
Ну же, смелее, Мариночка, мы же взрослые люди! Что тебя действительно не устраивает?
— Марин, если честно, у меня дел по горло. Давай вечером обсудим? — На самом деле я тоже не горю желанием объяснять свою позицию, но, видимо, откровенного разговора не избежать.
Натали бы уже визжала от восторга и намекала на дополнительные расходы для подготовки к путешествию, Марина — другая.
Скомканно попрощавшись, возвращаюсь к своим серым будням и ожидающим меня людям. Немного злюсь на то, что позволил сбить себя с рабочего ритма. Времени мало, нужно ещё всё проконтролировать, иначе развалят компанию за три дня моего отсутствия. Шутки шутками, но я действительно болезненно отношусь ко всему, что касается бизнеса.
День заканчивается быстро, и вот я, в предвкушении серьёзного разговора, нажимаю на кнопку звонка у двери Марининой квартиры. Упираюсь руками в шершавые косяки и впиваюсь взглядом в мутное окошко глазка. Докатился. Собираюсь уговаривать её быть моей любовницей.
Марина открывает не сразу, заставляя меня томиться ожиданием в этом, хоть и не худшем, но от того не менее убогом подъезде. Щелчки замка — и, распахнув дверь, она предстаёт передо мной. Красивая, без косметики, тёплая, домашняя… Уверен, как только увидела меня в глазок, побежала переодеваться в эту бесформенную футболку. Зачем? Я уже всё видел и отчётливо помню каждую линию.
Воспоминания и источаемый ею аромат будят во мне знакомые и одновременно неповторимые желания, превращая мозги в жидкую кашу. Чёрт! А я ведь соскучился. За два дня? Пиздец.
Не выдав себя с потрохами, бросаю обычное «привет» и прохожу в её скромное жилище. Оглядываюсь: уютно, мило, чистенько.
— И где твой чемодан, Марина? — Мне правда интересно, что она скажет.
— Чемодан?
— Ну да. Чемодан. Bellagio, Baldinini или хотя бы Samsonite. — Не обращая внимания на её округлившиеся глаза, иду в ванную.
Мою руки и споласкиваю лицо. Вспоминаю, что забыл сказать отправить документы на почту утром. Или не забыл?.. Блять! Взяв полотенце, возвращаюсь в комнату.
— У меня, например, чемодан Porsche, представляешь? — продолжаю нести ахинею, но тут же беру себя в руки, меняю тон на серьёзный. — До вылета мало времени.
Подхожу вплотную и смотрю ей в глаза, подношу к лицу полотенце и вдыхаю его запах — оно пахнет ею.
Маринин и без того обескураженный взгляд и вовсе становится потерянным. Она приоткрывает рот и часто хлопает глазами.
Поговорить! Я хотел поговорить с ней. Хотя на кой чёрт мне эти разговоры? Если есть вопросы, пусть спрашивает. И желательно побыстрее, пока я окончательно не сорвался и не начал вдыхать её запах не с полотенца, а с кожи.
— Поехали ко мне, Марин. — Многозначительно смотрю на часы, намекая на ограниченность во времени, хотя это не совсем так.
Она отводит взгляд, будто что-то вспоминая, и вдруг её лицо озаряет догадка.
— Скажи, Глеб, а твой вопрос «К тебе или ко мне?» действительно предполагал возможность продолжения вечера… у меня? — Она обводит жестом комнату.
Ну вот, запахло порохом. Рванёт или нет?
— Тогда я намеренно хотел оттолкнуть тебя, — произношу спокойно и смотрю ей в глаза. Я не кривлю душой, это чистая правда.
— Почему? — вспыхивает она, удивлённо вскидывая бровь.
— Потому что ничего серьёзного тебе предложить не могу. Понимаешь меня?
Кивает.
— Не можешь или не хочешь?
— А какая разница? — Терпеть не могу эти попытки расставить точки над «i». Всегда и со всеми без слов всё было ясно.
— Могу узнать причину? — Её голос дрожит, а рука находит спинку кресла, упираясь в неё.
— Ты тут ни при чём, если ты об этом.
— Наши интересы по жизни не совпадают, — констатирует очевидный факт Марина, а я мрачнею. Не клюнет?
— Но в сексе они совпадают, — произношу я, дотрагиваясь костяшками пальцев до её щеки. Она не отстраняется, и я продолжаю: — Меня вполне устраивает формат встреч и свиданий.
— А меня — нет.
— Я подозревал, поэтому, когда решишь всё закончить, мы прекратим наши встречи, — выпаливаю быстро, рассчитывая, что так ей будет легче согласиться.
Марина часто моргает. Я подаюсь вперёд, к её отпрянувшему от меня телу, и прихватываю за талию.
— Серьёзно, так просто? — произносит она, глядя на меня свысока. Задумываюсь, как ей это удаётся, будучи на голову ниже меня?
— Да. К чему сложности? — отвечаю хрипло. Печалиться не из-за чего, наоборот, всё идёт по плану. Так ведь?
Она убирает мою руку с талии и подходит к окну. Несколько мгновений смотрит сквозь белую тюль и оборачивается.
— У меня нет чемодана, Глеб, — выдаёт Марина сухим голосом.
— Не вопрос, купим, — говорю я на автопилоте.
— И соответствующего данному отелю пляжного ансамбля тоже нет, — с улыбкой выделив слово «ансамбль», произносит она.
— Я понял, — всё ещё на автомате говорю я. — Водитель завезёт по дороге, куда скажешь.
— Виктор.
— Что?
— Твоего водителя зовут Виктор, — уточняет она спокойно. — И я не люблю второпях бегать по магазинам. Тем более в аэропорту Бодрума есть брендовые бутики… Я посмотрела! — заканчивает Марина свою обличительную речь и смотрит с вызовом в мои глаза.
Принимаю, разумеется. Уверен, в моих она видит шторм, потому что я приближаюсь к ней с намерением убедиться, что она не блефует и согласна на моё предложение.
Глава 30
Марина
Я два раза в жизни летала на самолётах. Один раз — в Москву на обучающие курсы сразу после устройства на работу, второй — в Турцию прошлым летом с Олесей по горящей путёвке. Ни тот, ни другой полёт не пробудил и сотой доли тех эмоций, что клокочут во мне сейчас.
Вглядываюсь в иллюминатор, пытаясь разобрать хоть что-то в кромешной тьме за бортом, но всё тщетно. Наблюдаю за мирно спящим Глебом в соседнем кресле, которое больше похоже на персональный диван. Устраиваюсь поудобнее в своём, блаженно утопая в мягкости под кожаной обивкой, и подношу к губам коктейльную трубочку. Щёлкаю кнопкой на мобильном, делаю селфи и смеюсь сама над собой. Осталось только в голос прокричать, что жизнь удалась, и счастливая картина будет готова.
Спящий Глеб, напоминает во сне затаившегося зверя, готового к прыжку. Смотрю на него и понимаю, что жизнь точно удалась у него, а у меня — лишь
