потому что он меня чертовски привлекает. Его рога, голубовато-серая кожа, хвост, странный член, грубоватые повадки и стремление защитить меня – все это мне очень нравится.
Он перекатывается на бок, явно не желая придавить меня своим весом. Я прижимаюсь к нему, потому что мне нравится чувствовать его большое теплое тело рядом, поверх моего, внутри моего, и довольно вздыхаю.
Вектал же опять начинает целовать меня, и я вновь чувствую толчки его бедер.
У меня вырывается тихий стон.
– Хорошо, что я не могу залететь от тебя, приятель, – говорю я, сцепляя ноги у него за спиной.
Вектал
Всю ночь напролет мое кхуйи трепещет от удовольствия.
Я заявил права на свою девушку. Снова и снова она позволяла мне войти в свое маленькое, мягкое тело, пока мы оба не обессилели от удовольствия. Быть с партнером по резонансу не похоже ни на что другое, я до глубины души доволен своей милой Джорджи. Мне не терпится вернуться с ней в племенные пещеры. Моя рука ласкает ее нежную кожу, она посапывает мне в ухо, солнечный свет проникает сквозь щели в дверной заслонке.
Не могу дождаться, когда она забеременеет. Будет носить нашего ребенка. Мое кхуйи поступило мудро, выбрав ее. Хоть она и миниатюрна, но сильна сердцем и духом и очень изобретательна. И пусть внутри нее нет резонанса (пока нет), но когда она обретет кхуйи, то будет трепетать от удовольствия при каждом моем прикосновении, как я трепещу от ее.
С этого момента и до тех пор, пока мой дух не покинет этот мир, для меня не существует никого, кроме нее.
Я благоговейно прикасаюсь к ней, пока она спит, запоминаю черты ее лица. Она странная, крошечная и мягкая, но ее влагалище так крепко сжимает мой член, что я испытываю экстаз, который невозможно описать. Ее соки сладки, но выражение ее лица, когда я погружаю в нее член, еще слаще.
С нетерпением жду сегодняшнего вечера, когда снова займусь сексом со своей Джорджи, пока она не начнет стонать от изнеможения, но все равно будет желать меня.
Я прижимаюсь к ней губами, чтобы разбудить.
– Джорджи?
Ее глаза – все еще тусклые, безжизненные, без блеска кхуйи – открываются. Это нужно будет исправить в самое ближайшее время, решаю я. Она выглядит усталой, темные круги под глазами ярко выделяются на бледной коже.
– Вектал, – радостно бормочет она и скользит рукой вниз по моей груди, отчего мое кхуйи снова начинает вибрировать.
– Гора? – спрашиваю я ее, удивленно приподнимая бровь, когда она пытается снова зарыться в одеяла и заснуть.
Это действует на нее пробуждающе.
– Гора? – спрашивает она, широко раскрыв глаза.
Я киваю.
– Одевайся, пока я проверяю ловушки, а потом мы выдвигаемся.
– Не зню, чт ты скзл, но я сглсна.
Она выглядит взволнованной, суетится в пещере в поисках своей одежды.
Требуется некоторое время, чтобы убедить ее остаться внутри, пока я буду проверять ловушки, но жестами и несколькими известными нам словами мне удается объяснить, что я пойду намного быстрее, если буду один. Она отчаянно целует меня на прощание, как бы желая заручится гарантией, что я вернусь за ней.
Как будто что-то может удержать меня вдали от нее.
Потирая пульсирующую грудь, я улыбаюсь про себя и бреду по снегу. Снег падал всю ночь и практически полностью замел тропы. Но в прошлом я много раз ходил по этим землям и точно знаю, где следует ставить ловушки, чтобы они приносили добычу. Поскольку здесь только мы с Джорджи, мои ловушки маленькие, а добыча еще меньше. Если бы я охотился для своего племени, я бы выследил двисти, убил их, а затем закопал в снегу, не забыв оставить метку, чтобы группа, которая будет направлена следом, смогла забрать добычу. Сегодня утром у меня есть два грызуна в перьях и маленький зверек для Джорджи. Поблизости нет ручья, поэтому я собираю чистый, сладкий снег, а затем прижимаю его к груди, чтобы он растаял.
Проверяю все ловушки и только когда возвращаюсь от последней, замечаю на недавно выпавшем снегу бугорок странной формы. Любопытство берет верх, я подхожу к нему и толкаю ботинком.
Под снегом я вижу ногу. Маленькую, голую и пятипалую, как у моей Джорджи.
Она уже окоченела.
Теперь я понимаю, что моя Джорджи здесь не одна, вот почему она так отчаянно хочет подняться на гору. Есть и другие, подобные ей.
Или… были.
Глава 4
Джорджи
Сижу в пещере, а Вектал проверяет ловушки и заботится о моем завтраке на планете Не-Хот. Твердо решаю, что захвачу с собой меховые накидки, а не брошу их в пещере, как мы сделали в прошлый раз. Вектал дал понять, что хочет, чтобы я была закутана с головы до ног, и так как мы направляемся в гору, хорошо бы захватить одеяла и для других девочек. Но мой план сработает только в том случае, если я понесу все это на себе.
Поэтому я отрезаю куски ткани от подкладки куртки и протыкаю ножом отверстия в меховом одеяле, чтобы сделать из него плащ. Не очень-то люблю шить, особенно такими ужасными принадлежностями, но зато можно себя занять в ожидании Вектала. Как раз примеряю свой второй «плащ», когда Вектал врывается в пещеру, его глаза неистово горят.
Я встаю в тревоге.
– Что случилось?
Он хватает меня, притягивает к груди и гладит по волосам, тяжело дыша. Кажется, я впервые вижу его запыхавшимся. Обычно ничто не может вывести его из равновесия.
Но прямо сейчас он напуган. И это меня
