и вбивал шестопер в её голову. Кантра крутила свой шестопер над головой прицеливаясь кому бы врезать половчее. Ферлингх отпустил автомат, чтобы лучше разглядеть «перформанс». Харил вновь выползал из оврага — уже целый, только правая нога блестела белой костью. Твари, что любопытно, тоже замерли на месте позабыв о драке, наблюдая за странной гибелью своего товарища. Ощерившись в статичном положении и только капли слюны свисали и капали с их зубастых пастей. Зверушки явно прихренели от увиденного.
— Пипец котёнку! Муа-ха-ха-ха! — взревел я и рассмеялся, как душевнобольной. — Да прибудет со мной сила! Всем выйти из сумрака! Работает! Ночной! Дозо-о-о-о-ор!
Я «взорвался». Ну, как взорвался… Раньше я уже стрелял силой из каждой клеточки, но приходилось себя контролировать, что бы не навредить своим союзникам или подчинённым. Но теперь-то какие ограничения? Белая сила не причинит мне вреда. Оркам — тоже. Разве что орчата-малыши слегка «поймают кайф»… Но это, в общем-то, самая мелкая из всех проблем.
Два десятка капель белой силы, раздробленных на мельчайшие крупицы, разлетелись во все стороны — досталось всем без исключения. Но больше всех «поймали кайф» чужие.
Одной крупицы оказалось достаточно, чтобы их начало нещадно колбасить: тварей било судорогой, они извивались и крутились волчком, выгибались под немыслимыми углами. Они дымились, шипели, визжали — и стремительно иссыхали, тая прямо на глазах.
Изгнание нечисти!
— УА-ХА-ХА! Да, детка! Да! Я — мегаэкзорцист, мать вашу!!!
Это зрелище лаской отзывалось в душе. А главное — их слизь наконец стала безвредной.
Несколько тварей, увидев такой поворот, дали дёру — разбегались во все стороны.
А я всё ещё сидел на жопе. Да-да, именно из этого положения и раздавал всем «плюшки» — сидя на заднице в пыли посреди дороги.
Поняв, что бой выигран, я откинулся на спину, растянулся во весь рост на земле и тяжело задышал. Сердце колотилось как бешеное где-то в районе горла — будто выскочить собиралось. В ушах пульсировало, в глазах плавали, словно медузы, белые мутные пятна. Каналы жгло — но не критично, терпимо, просто неприятно.
Выдать разом два десятка капель оказалось непросто.
Через минуту я уже сидел и ковырялся ножичком в теле чужого. Любопытный эффект давала моя белая сила: она иссушала даже мёртвых тварей, делая их абсолютно безопасными.
В теле хищника обнаружилась довольно крупная оранжевая бусина — новый цвет! Размер был таков, что в пузырёк из-под таблеток она не влезла. Пришлось срезать одну штанину, завязать конец узлом и собирать бусины туда.
Воскрешать существ я пока не стал — как и собирать все камни. Я всё ещё слышал шум и крики — значит, живы ещё люди. Двух шариков для будущих экспериментов будет достаточно. Собрать остальные никто не мешает.
Мы побежали по улицам — кривым, как моя жизнь (по старинной русской традиции). Ориентировались на звук.
Вскоре выскочили на широкую улицу — на удивление прямую, как стрела. «Всего-то?» — подумал я. В конце виднелся здоровенный дом — явно жилище местного царька-князька. Вокруг этого дома и кипела ожесточённая битва.
Подбегая, я понял: людям отступать некуда — за домом непроходимая чаща.
В окнах трёхэтажного каменного дома мелькали человеческие головы — видать, монстры загнали их туда. Последний рубеж обороны! На крыше стояли люди: судя по огненным шарам и сосулькам, слетавшим с их рук, — маги. В первых рядах обороняющихся тоже вспыхивала магия.
Тварей было немало. Но сзади всех них стоял… падла-пастух. Я уже научился различать некромантов и пастухов — не визуально, а по ауре. У некромантов аура была близка к моей, а эти «ребятки» крайне неприятно воздействовали на мой внутренний мир.
— Ферлингх! — остановил я всех и указал пальцем на уродца в капюшоне. — Гаси его, силы не жалей! Если сразу эту тварь не завалим — можем диких люлей огрести.
— Чего? — удивился орк.
Пастух, что-то почуяв, начал разворачиваться.
— Стреляй, курилка картонная, иначе нам пипеп!!!
Моё новое любимое слово сработало как надо. Пять одиночных выстрелов — и пастух завалился. Он успел вздёрнуть руки и выставить щит, но куда там!
Я заранее показал орку, как менять магазин. Теперь он стрелял не просто магией или пулей — а сборной «комбой» магии и технологии.
Из рядов атакующих вдруг выскочили чужие и рванули в нашу сторону. Я даже усмехнулся. Видимо, сбежавшие твари отправились грабить город — или к себе домой. Предупреждать своих не стали — и это было нам на руку.
Дождался, когда до тварей останется полсотни метров, — и жахнул.
В этот раз решил поберечься: направленным веером распылил перед собой десять капель белой силы. Погорячился.
Пробивной способности — ноль. Лишь первый ряд тварей опрокинулся, устроив свалку для второго. Но остальные перепрыгнули через подбитых и извивающихся собратьев — будто и не заметили их — и помчались дальше.
В запасе оставалась ещё десятка. На этот раз стал дозировать: две капли, потом ещё две… Но когда до врагов остались считаные метры, с перепугу опять выпустил последние шесть целиком.
Почти сотня чужих была уничтожена — без единой потери с нашей стороны. А главное — нас заметили.
И атакующие, и обороняющиеся. Из окон понеслись радостные крики. Воины издали незнакомый мне клич и с новым задором взялись отбиваться от противника — который и так уже отступал, разбегаясь по улицам города.
Пастуха мы ликвидировали, но зомбяки реагировали подозрительно слаженно. Часть войска развернулась к нам и двинулась в атаку. Радовало, что с ними не было великанов и циклопов — иначе мы бы точно не успели на выручку. А так — орки, люди, гоблины. Ни гномов, ни эльфов, ни мифических существ.
Быстренько зарядил силами всех своих слуг и спутников, а сам встал в сторонке — на невысокое крыльцо. Должен же кто-то следить за обстановкой в целом!
Улица была широкой — метров десять. В моём распоряжении — четыре пехотинца и один стрелок. Плюс я — на подхвате.
Битва вышла довольно прозаичной. Один Серкач чего стоил! Поначалу работал кулаками, пока не раздобыл две костяные дубины — отобрал у собратьев по расе. Вот тогда-то дела пошли на лад. Он один стоил всех остальных братьев и сестры.
Шёл, как мельница, проделывая в рядах врагов целые аллеи и улицы. Остальным оставалось лишь добивать раненых недобитков.
Вдруг перед нами возникла нежить. «Дьявол!» — хлопнул себя по лбу, увидев, как Харил вырывает камни силы, не утруждая себя добиванием тварей.
Отправил ему мысленный посыл: надо делиться информацией с роднёй. Тот кивнул и сообщил, что добивать противника необязательно — достаточно вырвать камень
