грязный пол, метрах в пяти от того места, где она разместила свой зад.
Повернувшись на бок, она подтянула ноги к животу и уткнулась лицом в согнутые руки. На ее запястьях по-прежнему были наручники. В носу свербело от пыли, пол нестерпимо вонял мочой. Но это было еще ничего.
Она была жива.
Унижена, растоптана, избита, но жива, что было уже неплохо. Правда, радоваться особо было не чему, Логово осталось далеко позади, путь был пройден, а это значило, что до ада она все-таки добралась.
* * *
Сервис здесь был, конечно, дерьмо, но все же лучше, чем у господина Крайтона в его «пятизвездочном отеле». Такой курорт, как у него, Гюрзе вряд ли когда-нибудь удастся забыть.
Она хрустнула шеей и почесала щеку, выковыряла из под отросшего ногтя комок грязи, щелчком отбросила его в сторону.
В железной, видавшей виды тарелке призывно дымилась похлебка, ожидая у противоположного края клетки, в которую ее вернули уже на следующий день после пребывания в местном «карцере». Рядом с тарелкой стоял стакан с водой.
Есть не было ни желания, ни сил.
Ее соседи уплетали за обе щеки. Тех, кого она успела сосчитать, шестеро, но лагерь, где их содержали, с ее места взглядом охватить нельзя было, так что она не сомневалась, что на самом деле заключенных гораздо больше, только рассажены они были по разным углам.
Щурясь от солнечных лучей, Гюрза безуспешно пыталась отключиться от непрекращающейся боли. Она старалась не шевелиться, даже не дышать. В противном случае боль становилась просто невыносимой.
Гюрза апатично следила глазами за снующими туда-сюда людьми. За пару дней уже пообвыклась в новых условиях, видимо потому, что они не шибко-то отличались от старых. Спасибо на том, что хоть на воздухе держали, а не в темном вонючем помещении.
А у них тут, кстати, неплохо, и с экипировкой, и с дисциплиной, да и со всем остальным тоже. Под словом «остальное», Гюрза подразумевала заключенных и наркоту, которой здесь было просто валом. Никакой конспирации. Все на виду. А чего им, спрашивается, бояться на своей территории?
Папаша бы повторно издох от зависти, окажись он здесь вместо нее, стал бы строить просто грандиозные планы по захвату этого дьявольского местечка, заранее подсчитывая возможную прибыль. Мозги-то у него варили, тут уж ничего не скажешь. И все же Гюрза не могла сравнить лагерь с тюрьмой господина Крайтона. За те пару дней, пока она находилась здесь, внутри высоких стен царила настоящая идиллия. Ничего удивительного. Меченого в лагере не было. Она пришла к такому выводу по отсутствию нервозности и суеты, что, однако не означало, что местные бандиты слонялись без дела. Каждый исполнял отведенные ему обязанности, четко зная свое назначение в установленной системе.
Похоже, Мистер Главный Ублюдок держал здесь всех железной хваткой. В этих местах превыше всего остального уважали силу. По-другому таких зверей обуздать нельзя было. Только если ты сам был зверем, причем намного более жестоким и свирепым, чем все остальные вместе взятые.
По описанию как раз подходит.
Гюрза скользнула взглядом по кромке стены, за которой начинались непролазные джунгли. Высокая. И вот это, пожалуй, было самым интересным. Она с первого взгляда поняла, что это не обычная база, возведенная из всевозможного хлама и ржавого железа, какие частенько показывают в дешевеньких постапокалиптических боевичках. Здесь хлама, конечно, тоже было хоть отбавляй, но все основные здания, казармы, ангары (интересно, самолеты здесь водятся?) караульные вышки — все это было построено из добротного бетона, причем очень давно.
Старая военная база. Вот, где она находилась. Оптимизма не внушало. Никакого.
Скорее всего, ее построили американцы, еще в шестидесятых. Черт его знает, какая у нее была история, уж наверняка богатая. Такая же, как и у этих мест, в прошлом знавших лишь редкие годы мира. В любом случае, теперь она перешла к бандитам.
Мяснику и Меченому.
Гюрза раздула ноздри, чувствуя, как струйки пота катятся по лицу. Провела ладонью. Отдернула, зашипев от боли. Не лицо, а сплошной синяк. Ну и видок у нее, наверное, сейчас. А когда-то мужики с нее глаз не сводили.
Неожиданно для себя, Гюрза растянула разбитые губы. Хрипло и тихо засмеялась.
Отчего-отчего, но уж явно не за красивые глаза, ее запихнули в эту VIP-камеру, расположенную под раскидистыми пальмами. Другие заключенные были лишены столь роскошной привилегии. Это что, распоряжение Мясника? Чтобы не окочурилась до приезда папочки? Сукин сын, Меченый, явно не стал бы заморачиваться по таким мелочам.
Она не знала всей ситуации, но чувства, которые она испытывала теперь, сильно напоминали ей чувства человека, угодившего в ров со змеями. Общей картиной она тоже не владела. Что творилось на этих островах? Кто заправлял здесь?
Явно, что власть не централизована. От того и грызня. Кто-то кому-то перешел дорогу, кого-то подставили, заказали, предали. Взять того же Меченого. Судя по всему, этот самый Хайв — бывший соратник/босс — сейчас точит на него нехилый зуб. Ясно, что за дело. Гюрза представляла, как Хайв сейчас, должно быть, рвет и мечет. Она познакомилась с Меченым всего две с половиной недели, но уж готова была душу продать за то, чтобы посмотреть, как его медленно поджарят, чего уж говорить об этом Хайве. Такие, как Меченый не признавали авторитетов, никого не боялись и водились только с теми, с кем им выгодно, а когда выгода заканчивалась, легко меняли сторону. Впрочем, и сам Хайв явно не был хорошим парнем. И, вполне возможно, даже хуже Меченого.
Как найти управу на такого? Да никак. Абсолютно.
Поразмыслив, Гюрза пришла к выводу, что на Большого Босса он все же не тянул.
Не тот склад характера. Слишком импульсивен. Зато имеет другие таланты. Такой как он незаменим, если нужно хорошенько надрать задницу. Мясник в этом прав. В его способностях она уже имела счастье убедиться. Хрена с два ей в одиночку удалось бы свалить из Логова и разобраться со всеми этими типами.
Мясник знал, на кого ставить. Если «большая игра» действительно назревает, услуги Меченого ему нужны позарез. И, похоже, он совершенно не боится, что этот тип предаст его, как предал Хайва, или что он там натворил такого, за что Хайв решил с ним поквитаться. У такого, как господин Крайтон наверняка был припрятан козырь в рукаве его халата из дорогого китайского шелка.
Последний, продемонстрированный ей, был охренеть каким неожиданным. Пока Хайв рвет жопу, разыскивая своего бывшего пса, Мясник готовится к заварушке, спонсируя Меченого, который теперь вероятно занимается подготовкой к чему-то грандиозному. При
