– Вас к телефону.
– Кто?
– Мой адвокат, – не моргнув глазом соврала я. – Объясните ему, куда вы меня увозите.
Череп пообещал разрешить ситуацию как можно быстрее, чем дал мне небольшую надежду на то, что все обойдется.
Перед тем как посадить меня в машину, выехавший на место преступления следователь опросил собравшихся неподалеку зевак и попытался выяснить, кто из них конкретно видел, как я стреляла в Руслана. Поначалу послышались все те же знакомые фразы:
– Это она убила! Она! Господин следователь, это она!!! Но когда понадобились реальные свидетели, публика тут же замолчала и начала потихоньку расходиться. Нашлись свидетели того, что я стреляла по машинам и выпустила целую обойму. Все. Свидетелей, видевших, как я убивала Руслана, не было. Да и откуда они могли взяться?! Правда, одна ушлая бабулька, вышедшая погулять со своей собачкой и подошедшая к толпе зевак позже всех, попыталась красноречиво рассказать, как я безжалостно расправилась с Русланом.
– Я все видела! Все видела! – кричала она и, по всей вероятности, получала от этого удовольствие. – Это было страшное зрелище! Мне было больно на это смотреть! Даже моя Муся жалобно заскулила и закрыла глаза. Боюсь, что у нее теперь психика нарушена. Она вообще крови боится. Она у меня очень тонкая натура и очень ранимая. Теперь придется вести к ветеринару.
– Бабуля врет. – В моих глазах было такое отчаяние, что следователь немного смутился. – Это не я сумасшедшая, а она.
– Молчи, бесстыжая! У моей Муси даже глаз дергается! – громко прокричала ушлая бабушка, которая явно пересмотрела американских боевиков и фильмов ужасов.
– Она врет! – стояла я на своем.
– Я видела, как он хотел жить! Как он просил, чтобы она его не убивала! Но эта девица достала пистолет и стала злобно смеяться. Парень встал перед ней на колени и стал молить ее о пощаде, но и это не помогло. Она стреляла в него и смеялась, пока у нее не закончились патроны.
– По тому положению, в котором мы увидели застреленного мужчину, я бы не сказал, что до того, как его застрелили, он стоял на коленях, – задумчиво произнес следователь и подозрительно оглядел бабулю, настроенную на самые решительные действия.
– Стоял, сынок. Еще как стоял. Я тебе говорю, что стоял на коленях. Если бы моя Муся могла говорить, она бы это подтвердила. Тебе, сынок, это пожилой человек говорит, который целую жизнь прожил, а ты смотришь на меня с недоверием. Ты посмотри на эту девицу. Убийца она и есть убийца. У нее же это на лице написано.
– Бабушка, зачем вы врете? Зачем вам это нужно? – Моему возмущению не было предела. – Да как вам не стыдно! Ведь вы же сами говорите, что вы пожилой человек, а сказки сочиняете, словно маленький ребенок!
– Это как тебе не стыдно! – еще больше разошлась бабуля. – Кто тебя научил людей убивать?! Ты киллерша, вот ты кто. Я когда тебя увидела, сразу поняла, что ты киллерша!
– Кто? – не поверила я своим ушам.
– Киллерша. Ты людей убиваешь и за это получаешь деньги, – с видом знатока выдала бабуля.
– Бабушка, да вы фильмов пересмотрели! Вы, наверно, на ночь много телевизор смотрите. Вам нужно срочно сократить время просмотра и лучше побольше гулять на свежем воздухе.
– Подождите, – вклинился в нашу перебранку следователь и посмотрел на бабушку.
– Жду, – по стойке смирно встала бабуля.
– Вы говорите, что вы видели, как эта женщина стреляла в мужчину? Вернее, вы это не говорите, вы это утверждаете?
– У меня эта кровавая картина сейчас перед глазами стоит. Могу все описать в самых мельчайших подробностях. Все как на духу. Даже не знаю, как теперь буду со всем этим жить. Теперь меня нужно к врачу, а Мусю к ветеринару, – не моргнула глазом бабуля.
– Вы утверждаете, что женщина стреляла в мужчину неоднократно?
– Пока не закончились патроны.
– Но тут есть человек, которому эта женщина прострелила колесо, а также другие свидетели, которые видели, как эта обезумевшая женщина была не в себе и совершенно бессмысленно палила по машинам. Тогда ответьте мне на вопрос, если эта женщина выпустила все патроны в мужчину, то каким образом она прострелила колесо вон той машине? – Следователь показал рукой на стоящую неподалеку зеленую «Ниву».
Бабуля с интересом посмотрела на машину и вновь не растерялась:
– Эта бесстыжая способна на все. Такая может делать два дела одновременно. Я думаю, что у нее было два пистолета.
– Два пистолета? – не меньше меня удивился следователь.
– Два, – подтвердила бабуля.
– Чокнутая! – У меня вконец сдали нервы. – Еще скажи, что у меня было ведро патронов.
– Может быть. Такая сумасшедшая, как ты, может по московским улицам и с автоматом ходить!
По лицу следователя было понятно, что ему уже все давно ясно.
– Если вы утверждаете, что видели два пистолета, то где тогда второй? Его тут нет.
– Она его в воду выкинула. – Бабушкиной фантазии не было предела.
Следователь посмотрел на часы и, решив не терять времени даром, объяснил бабушке, что происходит с теми, кто дает ложные показания, и как складывается их дальнейшая судьба. Слова следователя произвели мгновенный эффект. Бабуля опустила глаза и перевела все свое внимание на собачку, спросив ее, не хочет ли она есть.
– Так вы готовы быть свидетелем и подписаться под каждым вашим словом? – прищурил глаза следователь.
– А я ничего не видела, – тут же съехала бабушка.
– Как же так? А два пистолета, мужчина, стоявший на коленях и просящий о пощаде?
– Не видела. Да у меня и зрение плохое. Я без очков вообще ничего не вижу.
– Но ведь вы нам только недавно так красноречиво все рассказывали.
– Наверное, мне просто померещилось. У меня в последнее время случались галлюцинации. Это нормально. Я старый, больной человек. И вообще мне домой пора. Я вышла только собачку выгулять. Она кушать хочет.
В знак доказательства сидевшая рядом с бабулей болонка несколько раз пролаяла, и бабуля вместе с собачкой отошли от толпы.
– Пойдем, Муся. Пойдем. Ты уже, наверное, кушать хочешь. Что-то мы с тобой здесь задержались и уже проголодались.
– Вот из-за таких бабушек в тюрьму попадают невинные люди, – сказал кто-то из толпы, которая уже заметно поредела.
– Не такая уж она и невинная. Конечно, бабушка дала лишку.
Как только меня доставили в изолятор, меня охватила жуткая паника, и я попыталась надавить на жалость:
– Ребята, выпустите меня отсюда. Я же не убивала. Ведь у вас же даже свидетелей нет.
– Тысячи преступлений совершаются без свидетелей, и, между прочим, несмотря на это, совершившим преступление приходится нести уголовную ответственность, – ответил мне самый старший.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
