одно важное условие. При выявлении противника ни в коем случае не вести переговоры, сразу уничтожать, другие формы разумной жизни не должны прознать про нашу Миссию.
Я хотел было возразить, но Эверетт жётско сказал:
– Возражения не принимаются, здесь нечего обсуждать. Слишком многое поставлено на кон.
Вот так за одну фразу, человек, который при нашей первой встрече изначально производил впечатление доброго и учтивого человека, преобразился в нечто совершенно не укладывающееся в мои представления о нём.
– И помните, – продолжил четвёртый, до этого молчавший “гость”, – от успеха вашей Миссии зависит судьба всего человечества. Странник не обладает необходимым запасом энергии, поэтому, пока вы не вернётесь на Меду-Нефер, вам будет доступно десять перерождений на всех четверых.
На этом своего рода брифинг был закончен. Внезапно в кабинете стало светло, и за массивным столом мистера Эверетта Брауна, остался только он. Его лицо и голос снова стали прежними, как при первой нашей встрече, но теперь я знал, что это лишь маска добродушности. И у меня не было желания узнавать каков мистер Браун был на самом деле. Теперь я лишь хотел побыстрее убраться из этого кабинета, а может даже подальше от Земли и Меду-Нефер, подальше от тех людей, которые только что присутствовали здесь.
– Технология совмещения пространств, – коротко и спокойно прокомментировал он наше удивление. Но на этом его объяснения закончились. – Ну что же? Возвращайтесь к доктору Кроссу, он покажет вам Странника.
Встав из-за стола, мы молча вышли и также молча шли к кабинету мистера Брауна, задумавшись каждый о своём. Но на самом деле так это казалось “снаружи” ситуации, мы очень горячо обсуждали это с помощью мыслесвязи, установленной между нами при помощи аат-нубу. Мило заверил нас, что такие наши “переговоры” нельзя перехватить. Полезная штука, как ни крути.
– Что с ними такое? – первая задала вопрос Ани.
– Мне показалось, что такое уже давно вошло у них в привычку, – добавила Лиза.
– Мило, кто были те незнакомые люди? – спросил я своего помощника.
– Судя по всему, другие из Шену, они живут уже не одну сотню лет, направляя человечество в нужное им русло.
– Тогда понятно, почему они такие жестокие, – сказал Сэм.
– Не жестокие, а жёсткие, – поправил я его. – Продолжаем придерживаться нашего плана. Соглашаемся со всем, пока мы здесь.
– Я хочу быстрее убраться отсюда.
– Я полностью согласна с Ани, – сказала Лиза.
– Пока что у нас нет никаких ресурсов и возможности что-то изменить, – прервал я наш разговор, так как мы уже пришли к кабинету доктора.
Встретившись с доктором Кроссом мы пошли в ангар, где стоял наш будущий корабль. В пути я деликатно поинтересовался у доктора причинами, по которым мистер Браун мог выглядеть таким нервозным и недовольным. Глубоко вздохнув, будто понимая всю нашу озабоченность этим вопросом, доктор ответил:
– На него давят остальные Шену… Да и слишком много сил и времени было вложено в этот проект. Повторить его, если что-то пойдёт не так, мы уже не успеем…
При этих словах мы как раз заходили внутрь огромного ангара.
– Это и есть наш Странник?! – восторженно спросила Ани, и я с ней был полностью согласен.
В моём представлении космический корабль всегда был эдакой угловатой огромной конструкцией, нечто среднее между обычным морским прогулочным катером и индивидуальным летательным аппаратом сендетом, которыми представители нашей человеческой цивилизации пользуются в повседневной жизни.
Странник же был похож на сплющенную, немного вытянутую каплю, длиной и шириной около ста пятидесяти метров. Такая форма была удобна как для космического передвижения, так и для быстрого движения в плотных слоях атмосферы планет. “Капля”, казалось, лежала прямо на полу ангара. На ней не было видно никаких дверей, иллюминаторов или чего-то подобного. Осмотрев его со всех сторон, мы так и не поняли как попасть внутрь.
Доктор Кросс, сопровождавший нас, предложил нам мысленно обратиться к кораблю по имени, представиться и попросить открыть шлюзовой люк или, как его назвал Сэм, аэролок.
Почему-то взгляды всех членов нашей команды устремились в мою сторону. Видимо, почётное первое знакомство с нашим будущем кораблём было предоставлено мне. Только вот как себя вести в разговоре с кораблём? Приказывать? Попросить? Или отнестись как к ещё одному члену нашей команды? Это же корабль! Доктор Кросс говорил, что на Странник установлен самый передовой ИИ. Поэтому размышлял я недолго, решив остановиться на последнем варианте.
– Привет, Странник. Меня зовут Джек, рад знакомству. Хочу пригласить тебя в нашу замечательную команду. Будешь нашим кораблём?
Получилось как-то немного наивно и по детски, но корабль мне тут же ответил.
– Приветствую тебя, Джек! С радостью стану членом вашей команды.
– Ого! Какой вежливый! – сказала Ани. Видимо, ответ транслировался всем нам, потому что и Сэм, и Лиза улыбнулись.
Я продолжил, стараясь транслировать свою мыслеречь не только кораблю, он и остальным.
– Это Ани, – Ани кивнула, улыбнувшись. – Сэм и Лиза, – ребята тоже поочерёдно кивнули, когда я называл их имена.
– Пустишь нас внутрь, осмотреться?
Я даже не успел договорить свою просьбу, как на одной из сторон снизу “капли” появилась прорезь, края которой разошлись в стороны. Очень похоже на двери, которые я видел после разговора с Эвереттом Брауном, когда я только прибыл в МарсКорп на собеседование. Из получившегося проёма, выехала тонкая, толщиной в пару сантиметров, конструкция и, несколько раз согнувшись, превратилась в обычную, удобную для человека лестницу.
Доктор Кросс после этого сообщил, что у него ещё много других дел, и удалился. А я, переглянувшись со всеми, зашёл внутрь первым.
Внутри оказалось да этажа: технический и жилой. Лестница, по которой мы зашли внутрь, как раз вела через шлюзовой отсек прямо на технический этаж. На этом техническом этаже находилось всё, что нужно: очиститель воды, опреснитель, бойлерная, генераторы энергии, генераторы силовых полей, кросс-реактор для перемещения корабля методом Кросса – и я как астроинженер должен был за
